для меня семья. То, что у тебя есть твой сказочный город и сказочный муж, не значит, что ты можешь отмахнуться от хаотичной бисексуальной подруги.
— О чем, черт возьми, ты говоришь?
Она закатила глаза.
— Ной любит тебя, Шей. Он любит тебя даже дольше, чем я, и у него есть доказательства, подтверждающие это. Добавь к этому тот факт, что он женился на тебе, чтобы ты могла получить ферму своей бабушки, и он уничтожил Ксавьера посреди фермерского рынка, и ты знаешь, что будет дальше.
Слезы наполнили мои глаза, когда я сказала:
— Но я не знаю.
— Да, куколка, знаешь. Ты позволишь ему любить тебя. Будешь жить счастливой жизнью со своей причудливой маленькой фермой тюльпанов и его драгоценной племянницей-пиратом. Ты устроишься на работу в ту школу — в первый класс, чтобы мы могли делиться планами, пожалуйста, — и останешься там. С мужем, который любит тебя так сильно, что хотел видеть твой маленький звездный рисунок каждый день, даже до того, как ты вернулась к нему.
— Но что если…
— Нет. — Она подняла руку. — Нет. Мы не будем играть в «Что если…». Мы играем в «Папочка-хлебопек любит тебя». Мы не тратим наше время на поиски оборванных нитей или провалов. Мы не сравниваем его с бывшим и его огромным количеством красных флажков. Мы берем неопровержимые доказательства, которые твой муж предоставил сегодня — доказательства, о которых ты просила, — и верим в них.
— Но что, если он передумает?
— У тебя большая практика в игнорировании всех причин, по которым ситуация для тебя неправильная, поэтому потребуется некоторое время, чтобы понять, почему она правильная. Тебе просто придется довериться мне в этом. — Джейми вздохнула. — Ты просто не видишь, как Ной смотрит на тебя. Иначе, ты бы знала то же, что знаю я, а именно, что он принял решение уже очень, очень давно и ждет, когда ты примешь свое.
Я с минуту разглядывала подвал. В одном углу были сложены коробки, в другом — старая мебель. Все было точно и аккуратно, как и хотел Ной. В конце концов, я сказала:
— Я не знаю, как это сделать.
— Тогда скажи ему об этом.
— Я просто… не знаю… я знаю, что он уйдет. Или поймет, что хочет уйти, но не может, потому что застрял в этой ловушке со мной, или это причинит боль Дженни, или…
— Скажи ему и это, — сказала она. — Скажи ему, что ты испытала на себе множество проблем, связанных с отказами, и бывший действительно довершил эту ситуацию. Особенно когда встретилась с ним вопреки моему совету несколько недель назад. Скажи ему, что у тебя все перепуталось и перемешалось в голове после этого, и ты пытаешься найти выход. Расскажи ему, что у тебя сейчас на уме.
— А что, если я не оправдаю фантазию, которую он вынашивал со старшей школы?
Подруга фыркнула.
— На самом деле это забавно, потому что это не было фантазией уже несколько месяцев. Ты замужем, куколка. Ты живешь с ним, у вас много бурного секса, и вроде как есть общий ребенок. Я думаю, что ты можешь положить конец своим заботам — если только он не сунет свой конец в тебя раньше.
— Джеймс.
— Кстати говоря, почему он не набрасывается на тебя прямо сейчас? Такого рода заявление требует немедленного снятия одежды и всех запретов. Вам следует вести этот разговор голыми. Так будет намного лучше.
— Ной вышел проверить заборы, — сказала я, пожав плечами. — Но, — я нахмурилась, глядя на время на экране, понимая, что потеряла целый час из-за этих старых записок, — это не должно было занять так много времени.
— Радости фермерской жизни, — пробормотала она. — Иди и найди своего мужа. Скажи ему, что любишь его и не уверена, что у вас все получится, но хочешь попробовать.
— Могу я использовать именно эти слова?
— В вашем доме есть комната для гостей и место за праздничным столом для меня?
— Всегда, — сказала я.
— Тогда да, непременно позаимствуй все мои слова. — Она усмехнулась и добавила: — Я люблю тебя и хочу для тебя всего самого лучшего.
— Я тоже люблю тебя и хочу для тебя всего самого лучшего.
— Ладно. Хватит об этом. — Она фыркнула и вытерла глаза. — Я встречаюсь со свингерами за ужином, и мне нужно привести себя в порядок. Тебе нужно найти своего мужа и дать себе разрешение довериться большим, удивительным, пугающим вещам. Может быть, тебе также нужно дать ему разрешение любить тебя так, как он всегда хотел. Если он чувствовал себя так со школы, возможно, пришло время тебе сделать шаг вперед и проделать тяжелую работу.
Я кивнула. Если все это означало то, что, казалось, означало, то я не загоняла Ноя в угол фальшивого брака больше, чем он нуждался во мне, чтобы защищаться от Кристианы. Он спас меня, но сделал это, потому что хотел — потому что я была ему нужна.
Я чувствовала себя самодостаточной и глупой, думая так, но маленькая часть меня признавала правду, и эта часть кричала над всеми остальными частями, играющими старую заезженную пластинку о том, что я никому не нужна, и они уйдут, как всегда.
Ной не уйдет. Даже если бы я оставила его.
Когда звонок закончился, я сидела с минуту, подыскивая место для всех новых эмоций, наполнявших мою грудь. Сделав несколько глубоких вдохов, я поднялась на ноги, держа под мышкой записки и корзину для белья.
Кухня была пуста, а по окнам струился дождь. Рация Ноя все еще стояла на зарядке, а его телефон лежал на столе. Переобувшись в высокие резиновые сапоги, я крикнула вверх по лестнице:
— Дженни, я на минутку сбегаю в сарай. Я сейчас вернусь.
— Есть, капитан, — крикнула она.
Накинув капюшон на голову и прижав плащ к груди, я трусцой побежала по гравийной дороге к сараю, где Ной хранил свои квадроциклы. Я полагала, что найду его внутри, возящегося со своим снаряжением и избегающего меня, но сарай был пуст, а его любимый квадроцикл исчез.
— Кажется, остается один вариант, — пробормотала я про себя, заводя двигатель старенького транспортного средства. Когда выехала из сарая, перед домом остановились два квадроцикла. Из-за дождя и всего погодного снаряжения я смогла разобрать только крупные фигуры, возможно, мужские. — Ной?
— Нет, это Тони, — крикнул один из водителей. — Боунс.
Я остановилась рядом с его машиной, дождь хлестал меня по лицу.
— Вы не видели Ноя?
— Мы приехали сюда в поисках его, — сказал Боунс, жестом указывая на фермера в другой машине. — Он не выходит на связь
