среди гражданского населения.
— Я знаю, — отослал Агансу, подумав о том, как типично и вместе с тем постыдно, что начальник пытается прикрыть себя от любого неблагоприятного исхода, громогласно заявляя о том, что и без того уже должным образом предусмотрено в постоянных приказах и правилах ведения боевых действий. Приказах — во многом противоречащих поставленной перед ним задаче. Несомненно, что использование разрушительного оружия с его стороны, необходимое для её выполнения, впоследствии может быть поставлено ему в вину и нынешнее руководство всеми силами попытается откреститься от него, о чём свидетельствовали слова маршала. Из за репутации Чекври он прежде думал о ней иначе, но, видимо, ошибался.
— Маршал, полковник, — вмешался капитан Чуркуна. — Дополнение к текущей ситуации. Мы предотвратили относительно интенсивное перемещение корабля Культуры и захватили то, что, по нашим расчётам, являлось его главным вспомогательным судном. Однако модуль был не занят и не вооружён, являя собой, по всей видимости, отвлекающий маневр. Почти сразу после этого произошло еще несколько перемещений, сосредоточенных в объеме непосредственно вокруг дирижабля, но мы не смогли отследить или нарушить их. Мы уверены, однако, что противник в данный момент не находится внутри воздушного судна из-за особенностей конструкции последнего, в частности четырёхмерного экранирования, не позволяющего использовать его для непосредственной дислокации. Это означает, что противостоящая сторона должна проникнуть на дирижабль обычными средствами. Поскольку мы наблюдали за дирижаблем в течение некоторого времени и не заметили никакой подозрительной активности, мы убеждены, что до сих пор этого не произошло. Кроме того, все наши четыре взвода теперь готовы к высадке по приказу полковника.
— Понятно, капитан, — отозвался Агансу. Конечно, он мог бы сказать и больше, но время для того, чтобы пожурить "Чуркун" за его неспособность точно определить места дислокации агентов Культуры, будет позже. — Значит, наши противники здесь, но мы не знаем, где?
— Да, полковник.
— В таком случае, я предлагаю вам немедленно привести все взводы военных арбитров в готовность. Разместите часть впереди корабля, часть позади — скажем, по полвзвода на каждой позиции — но большинство в паре концентрических оболочек, окружающих корабль, держась в пределах от десятков до сотен метров вокруг конструкции. Прикажите также наружным силам следовать параллельно с дирижаблем по возможности скрытно, замаскировавшись под беспилотники или другие гражданские средства.
В этот момент из толпы людей вокруг полковника вынырнула женщина и принялась уговаривать его потанцевать с ней. Он покачал головой и отвел руки назад, когда она попыталась схватить его. Женщина упорствовала, поэтому он быстро повернулся и пошел прочь, к проволочному парапету на краю проезжей части, протискиваясь между людьми и на ходу извиняясь.
— Предлагаю рассредоточить прибытие, полковник, — сказал капитан Чуркуна, — будет заметно, если прибывших будет слишком много: вы их не только услышите, но и увидите. Секундные или двухсекундные интервалы между каждым прибытием должны быть достаточны.
— Если вы так считаете, капитан, — ответил Агансу, когда очередная вспышка огня и фейерверков ознаменовала серию детонаций в туннеле впереди дирижабля.
— Капитан, — послала маршал Чекври, — могу я предложить вам приурочить наиболее интенсивные дислокации к шквалам фейерверков?
— Хорошая идея, маршал.
Секунды спустя Агансу услышал канонаду дополнительных, приглушенных тресков, раздавшихся вокруг него. Оглядевшись, он увидел несколько платформ, похожих на медиа-камеры. Ряд туманных возмущений в воздухе высоко над дирижаблем и впереди него — легко различимых обычным человеческим глазом — вероятно, тоже были замаскированными боевыми арбитрами.
Он вызвал подтверждение. Тут же в сознании начала вырисовываться картина: схема Поясного Города, в центре которого находилась труба, по которой двигался дирижабль "Экваториал 353", и вся окружающая его структура, а также позиции всех арбитров-пехотинцев, появившихся окрест.
Для полноты картины не хватало только обозначений мест дислокации противника.
— Хорошо, — отправила Чекври. — Остаюсь на связи. В данный момент появились дела, которые необходимо уладить. Я вернусь позже. Но дайте знать, если произойдет что-то серьёзное — капитан, полковник.
* * *
— Ты меня разыгрываешь. Где мы?
— В кормовом подфюзеляжном резервуаре для хранения полутвердых отходов, — сказал Бердл через скафандр. Его голос звучал достаточно беззаботно. Она не могла его видеть. И вообще ничего не видела, не в состоянии также прикоснуться к чему-либо устойчивому.
Коссонт осознавала, что плавает в чем-то плотном и теплом, в полной темноте. Её усовершенствованные глаза, работающие в унисон с сенсорами боевого костюма, передавали, что вещество, которым она была окружена, было чуть ниже нормальной температуры тела.
— Ты буквально посадил нас в дерьмо? — спросила она, стараясь не выдать паники. Трудно сказать, что было хуже в этой ситуации — пребывать в неведении или сознавать себя погруженной в нечто подобное.
— Идеальный вариант, — сказал ей Бердл. — Эта часть дирижабля не экранирована, потому что, как я полагаю, её периодически опустошают. Менее затратно, чем переработка и достаточно старомодно. Но как бы ни было, а это означает, что мы смогли пробраться внутрь. Конечно, корабль хорошо настроен, чтобы следить за такого рода вторжениями, но прямо перед нашим входом аналогичный объём … материи был вытеснен из резервуара. Не думаю, что мы вообще что-то здесь потревожили или вызвали какую-либо реакцию. Последнее могло бы обернуться неприятностями.
— Хоть что-то хорошее, — выдохнула Коссонт. — Но возникает вопрос — как нам, чёрт возьми, отсюда выбраться?
— Очень просто.
— В самом деле? Возможно, ты даже знаешь, как нам очиститься?
— Тоже не представляет труда. Я переключаю тебя на сонар. Следуй за мной. Вплавь.
Перед глазами Коссонт вдруг открылся вид. Он был похож скорее на рисунок, чем на реалистичное изображение — белый, с нечеткими синими линиями по краям и зелёными пятнами, обозначающими поверхности.
К счастью, она не в состоянии была видеть ничего из того, что её окружало, за исключением схематичной обтекаемой версии Бердла, плывущего впереди неё к вершине большого цилиндрического резервуара. Внизу и по бокам виднелись конические опоры, удерживающие резервуар, а сверху и снизу нависали дополнительные конструкции, по которым можно было приблизительно проследить, где находятся палубы. Коссонт повернулась и поплыла за Бердлом.
Она чувствовала, как руки и конечности соприкасаются с полужидкой массой. Это напоминало плавание в густом сусле, о природе которого она старалась не думать.
— Успокойся, — посоветовал Бердл, уже добравшийся до вершины резервуара. Он протянул руку к чему-то на потолке, где выступали поверхностные слои перекрытия.
— Я тут плаваю в остатках жизнедеятельности. — отозвалась Коссонт — Тебе, машина, это трудно понять.
— Справедливо. Но сейчас нам как раз надо выбираться, — заметил Бердл, положив обе руки на круглую конструкцию, которая, как искренне надеялась Коссонт, была люком. — …Ещё один датчик… готово. И две небольшие сферы для размещения, после того, как выберемся… — Его руки закрутились. Круглый объект взметнулся вверх
