всего пять этажей, и в любую секунду столкнусь со стеной и окажусь в тупике наедине с убийственным чудовищем.
Минуя лестницу на последнем этаже, заметил лишь одну открытую дверь в коридоре и не раздумывая буквально залетел в неё, резко захлопнув за собой дверь. В комнате находились до смерти перепуганные, как и сам, люди. Приставив палец к губам и продублировав вербально: «тише», прошёл в угол комнаты и осторожно присел у стены. Меня трясло, как бельё на верёвке в ветреную погоду. Сердце будто поднялось к горлу, и отчаянно пытался его проглотить.
Что будет дальше? Идея прийти сюда довольно глупая, ведь если он будет в ярости сносить стены, то наверняка доберется и до нас, а здесь нет путей отхода. У меня, однако, впервые появилось время, которое мог потратить на обдумывание ситуации, но сначала следовало прогнать засевший в душе ужас.
По ту сторону двери стало тихо. Может быть он ушел? Какие глупые мысли иногда роятся в человеческом мозгу, но доверился им и потому пошёл проверять догадку. Прильнув к двери и пытаясь расслышать хоть что-то, я, — как на беду, как нельзя кстати, — чихнул! Цепная реакция последовала сразу — в ту же секунду дверь превратилась в клочья! Гигант вырос прямо передо мной, он невероятным образом не задел меня своими смертоносными кулаками, когда рефлекторно отпрыгнул. Сердце забилось с такой бешеной скоростью, с какой обычно напрягают двигатель автомобиля при въезде на горку. В голове пронеслась одна-одинокая неотвратимая мысль: «вот и всё, твою мать».
Он закричал ужасным и противным воплем и собрался нанести по мне сокрушающий удар двумя своими занесенными рубилами. Вся моя недолгая жизнь буквально пронеслась перед глазами, как бы это плоско ни звучало. Теперь понимал подобное тягостное чувство, а ощущение того, что сам вовлек себя в подобную ситуацию, совершенно не успокаивало.
Но не успел попрощаться и принять на себя удар обезумевшего чудища, как кто-то оттянул меня назад. Мясорубки, немного разодрав левое предплечье, застряли в полу, и чудище довольно комично пытался выдернуть их, приходя в еще больший гнев.
Вернулся в реальность через мгновение и не сразу понял, что произошло. Был ещё жив?
Кто-то схватил меня за предплечье и с недовольством спросил:
— Жить хочешь? Вставай!
Послушался и немедля побежал за ним вниз по разрушающейся лестнице. Вокруг стояла тишина. Люди, видимо, попрятались у себя в комнатах, либо у меня заложило уши от стука сердца. У входных ворот мы нашли два черных автомата, принадлежавшие ранее тем двум военным, и взяли с собой — весьма неутешительный приз от молодых ребят, старавшихся защитить нас, хоть и безуспешно.
То, что осталось от металлической бронированной двери, можно было легко переступить, и мы выбрались из здания, что называлось домом лишь одни сутки. Несмело сделал шаг и увиденному снаружи не поверил: вся база была усеяна трупами и частями тел людей и чудовищ, полыхали некоторые бараки. Свежесть ночи слабо маскировала ужасную вонь горелой и мертвой плоти.
Вспомнил об оставшихся людях в бараках, в том числе и о своих соседях, и попросил парня вернуться за ними и спасти от того гиганта-разрушителя. Во мне кипел энтузиазм и переполняющее чувство жизни, ведь меня недавно оттянули от цепких рук костлявой, и потому сам хотел стать спасителем для кого-нибудь, но тот был холоден:
— Мы не сможем с ним совладать. Останавливаться нельзя! Они рядом! — закричал тот, что спас меня.
Нехотя подчиняясь его приказам, к своему сожалению понимал, что он прав, и попытки сделать что-нибудь героическое закончатся пополнением кучи здешних трупов. Несмотря на то, что у меня был опыт владения оружием со времен армии, вряд ли бы смог точно выстрелить в ту огромную тварь, — до сих пор вспоминал его с невероятным ужасом, — и мысленно укорил за свой пылкий выпад.
Покинув через главные развороченные ворота базу, а точнее то, что от неё осталось, мы направились в темноту ночи, в близлежащий лесочек. Он прав, останавливаться нельзя: сзади были лишь трупы, ужасные светящиеся гиганты и их будущие жертвы. Сзади была лишь смерть.
На небе слабо мерцали и переливались звезды. Куда мы бежали, невозможно было понять.
Пробежав с незнакомцем, — да, именно с незнакомцем, ведь времени на разговоры мы не тратили вообще, — наверное, километр или два и жутко устав, нас не покидало чувство, что нас кто-то преследует уже долгое время.
— Что там? — внезапно хрипло спросил парень и сменил бег на шаг.
— Не знаю, — честно ответил, уперся руками в колени и вгляделся туда, куда указывала рука моего товарища по несчастью.
Сердце забилось ещё сильнее, а палец уже был на спусковом крючке: мы были готовы стрелять в любую секунду. Как вдруг незнакомца неожиданно подкосило, и он упал, с криками отдаляясь от меня. Что-то стало тащить его, догадался, и тут же сорвался с места на помощь. Сквозь крики несчастного так и не понял, что именно схватило его. Что же это, черт возьми? Неизвестная тварь продолжала тянуть незнакомца, а сам старался не отставать усталыми ватными ногами.
— Попробуй стрелять! — кричал ему. — Не вижу это и могу попасть в тебя!
Не успел закончить предложение, как нечто дотащило моего напарника к отвесной скале и стало бить и терзать его, словно крупный хищник. В ходе борьбы автомат отбросило на пару метров, заставив парня судорожно и в большей степени напрасно сражаться с воздухом. Он не умолкал ни на секунду, будто бы не устал после нашего марафона, более того, закричал громче. В конце концов, он задергался всем телом в попытках отползти от твари, не предполагая о пропасти с чернеющей глубиной за спиной. И тварь позволила ему.
— Постой! — только и вырвалось из меня, тихо, примирительно.
С отчаянными криками о помощи он рухнул головой вниз. Раздался глухой звук о землю, и незнакомый мне парень замолк.
Нечто сделало своё гнусное дело и с тихим шёпотом и шелестом удалилось, а сам упал на колени и не мог поверить в то, что он погиб. Как же так? Он спас мне жизнь, а сам не ответил ему взаимностью! В момент опасности он не растерялся, а я… замешкался и подвёл его. Надо было стрелять! Чему там научился в армии, на стрельбище, неужели все растерял? Какой же
