передаёт Владыке жизненную силу собеседнике, а левая, с сапфирами, даёт ему ясность ума и мудрость поколений. Негромко стукнув тростью из редкого чёрного дерева Кервер, Берендор Кауз, Владыка Белого Королевства, глубоко вдохнул свежесть от холодной воды фонтана, и целиком развернулся к приблизившимся новусам.
— Приветствую вас, Владыка, — Юмена синхронно с Роривером воздела руки.
— И вам здравствовать, почтенные Соланис и Сопранис Великого Храма Ауколис, — тот благосклонно кивнул, жестом пригласив их пройтись по дорожке к внутреннему входу в основные чертоги дворца, — полагаю, ваше возвращение на Сарохар лишь краткая передышка? — его голос также деформировался, став громким и властным, как и полагается хорошему командиру.
— Владыка как всегда проницателен, — Роривер медленно последовал за ним, стараясь соблюдать этикет. По правилам, только члены королевской семьи имели право идти рядом с Владыкой, даже главам других государств полагалось лишь следовать за ним следом, — но угроза с Кайлити оказалась сильно переоценена. Анимагены не смогут долго сдерживать наш натиск.
— Тем не менее, вас выбили с материка, — заметил Берендор, неспешно вышагивая привычной ему военной походкой, — неужели псионические способности, что вы неоднократно демонстрировали мне, не помогают против каких-то роботов?
— Владыка, они не просто роботы, — Юмена сложила руки в замок, скрыв ладони под рукавами туники, — анимагены произошли от людей Нелии, Ловитании и Онту, и они такие же живые создания, как мы.
— До меня дошли слухи, Соланис, — выдержав паузу, промолвил Владыка, — что вы самоотверженно ищите мира между нами и этими… анимагенами, правильно? — уточнил он. — Но к вашему разочарованию, мира не будет.
Юмена промолчала, потупив взгляд. Как ноосенс, она ощущала настоящее желание этого человека, но не могла с ним согласиться, как бы лояльно не относилась. Эххи много сделало для новусов, приютив их после извержения Ойлигера. Ни один другой народ не осмелился дать псионикам полную свободу действий для исследований, и все они это понимали и были благодарны роду Каузов. Взамен, короли Эххи использовали их знания для обучения собственных детей и поисков древних артефактов своих предков, по преданию, произошедших от драконов. Потому перечить Владыке новусы не могли не только потому, что хранили верность стране и миру, но и из вечной благодарности.
— Это правда, Владыка, — помедлив, сказала Юмена, — я жила в их столице и много времени провела вместе с ними. Анимагены кажутся мне союзниками, а не врагами, и выгоды от будущего союза мне видится больше, чем от текущей войны.
— Ты всегда честна со мной, дорогая Юмена, — мягко улыбнулся Берендор, — но ты же знаешь, что ресурсы нужны Эххи для поддержания мира между всеми странами. Покуда «Белый Покров» объединяет человечество, Аревир будет процветать. Даже существование анимагенов необходимо скрывать, чтобы не позволить старым предрассудкам разобщить нас. Ты сама всегда радела за это, Миротворец Акторы.
— Я понимаю, — ноосенс переглянулась с Роривером, коротко качнувшего головой, мол, не начинай спорить, — Владыка, как всегда, прозорлив.
Берендор немного ускорился, постукивая тростью. Новусы ощутили беспокойство в его разуме, но оба знали, из-за кого переживает старый Кауз. Ведь королевская семья, несмотря на высокое положение в мире, всё ещё оставалась обычными людьми. Кроме одной.
— Полагаю, сегодня у вас некое празднество? — осведомился он.
— Оперетта впервые за столетие собралась вместе полным составом, — Роривер кивнул, зная, что тот заметит этот жест, — это действительно знаменательная ночь.
— Тогда передайте моей сестре, что я не жду её сегодня на завтрак, — он едва заметно поджал губы, — она в порядке?
— Ирша пребывает в добром здравии, Владыка, — очаровательно улыбнулась Юмена, — она недавно вернулась из Ахакорты.
— Это мне известно, — они подошли к высокой тяжёлой двери из красного дуба. Стоявшие у консоли клоны громко щёлкнули каблуками парадной брони и приставили большой и указательный пальцы к основанию шеи — знак власти семьи Каузов, змеиные клыки на уязвимом месте, знак преданности и покорности, — непонятно лишь, что вы здесь делаете? — он повернулся к ним, дожидаясь, когда дверь распахнётся.
— В королевский двор залетел наш исследовательский дрон, — к этому вопросу Роривер был готов, — и столкнулся с кабиной фуникулёра. Никто, разумеется, не пострадал, но мы хотели удостовериться, что эта маленькая неприятность не доставила вам неудобств.
— Вы про это? — Берендор сделал короткий жест рукой и из двери, услужливо улыбаясь, выбежал молодой мужчина в белом камзоле. Напудренные тоненькие усики подрагивали от напряжения, и в его льстивых глазах новусы видели трепет перед Владыкой. — Рэнси, принеси сюда находку наёмников.
— Слушаюсь, Величайший Король, — защебетал тот, раскланявшись и забежав куда-то в сторону, однако не прошло и минуты как он вернулся, держа в руках золочёный поднос с чёрным опалённым куском металла. Юмена не сразу узнала в этом огарке покорёженный шлем беота.
«Вульпи тут нет! — она переглянулась с Роривером, мысленно отправив ему эти слова. — «Сигма» всё это время шли за сигналом от шлема!» «Но где же сейчас пропавший беот? — Сопранис тоже догадался об этом. — Значит, он и «тёмный голос» в городе? Передай остальным!»
— Да, это он, Владыка, — он облегчённо вздохнул, сделав вид, что узнал этот предмет, — дрон-разведчик последней модели Хора Ауколис использующий ноосферические потоки в качестве источника энергии. К сожалению, ноосфера нынче нестабильна, и мы потеряли с ним связь на короткий промежуток времени.
— Вот как? — Берендор задумчиво потёр подбородок и взял в руки шлем, пачкая ладони в саже. — По внешнему виду и не скажешь. Хотя о чём это я? Все ваши устройства выглядят неоднозначно, — он скосил взгляд голубых глаз на Юмену, — полагаю, оно всё ещё опасно?
— Никак нет, Владыка, — та протянула руку к лицевой части полностью лишённой стекла, — лишь остаточный эффект, который может проявляться в дурных снах. Я могу его снять, — она едва заметно шевельнула пальцами, искривляя реальность и удаляя всю оставшуюся электронику внутри шлема, прервав сигнал.
— Любопытно, — тот едва заметно улыбнулся, с прищуром разглядывая «дрона», — не возражаете, если я оставлю его себе?
— Думаю, мы сможем создать нового, — Роривер и глазом не моргнул, хотя про себя он взвыл от досады.
— Отнеси его в сокровищницу, — приказал Берендор своему слуге, и тот, расшаркавшись, ретировался вместе с подносом, — что ж, если это всё, то
