умудряясь ни на кого не наступить в густой толпе. Удивительная прыть!
Попадались и ряженые актёры. В масках и костюмах героев легенд или диковинных зверей, они выплясывали вокруг гостей балагана и раздавали детям сладости. Вокруг актёров собралось полно народу, и Уми изо всех сил приходилось тянуть шею, чтобы получше рассмотреть их причудливые маски. Но вскоре толпа понесла их всё дальше, мимо лотков с жареной рыбой и карамельными пирожными, мимо больших лоханей с юркими золотыми рыбками, вокруг которых сгрудились шумные дети, и прилавков с расписными веерами, масками и небольшими оберегами.
Вскоре Томоко заприметила лоток, где были разложены полудрагоценные камни. Установленная рядом большая цветастая афиша обещала, что камни эти обладали самыми чудесными свойствами. Например, зеленоватый, напоминавший яшму минерал призван был принести своему владельцу достаток и удачу в делах. А похожий на глубокую речную воду «камень умиротворения» был способен примирить даже самых заклятых врагов. Тем не менее, никто, кроме домоправительницы, не проявил к камням такого же пылкого интереса, и потому Томоко пообещала, что нагонит остальных чуть позже, а сама склонилась над прилавком.
Двое якудза, которые сопровождали их от усадьбы, тоже куда-то подевались. Должно быть, как и Томоко, заприметили что-то интересное, да и отстали.
Народу вокруг становилось всё больше. Где-то в отдалении заливалась флейта и мерно стучал барабан. Похоже, они приближались к самому «сердцу» балагана – туда, где должно состояться представление. Уми старалась держаться поближе к Ямаде и Ёсио, чтобы не потерять их из виду.
Как Уми ни старалась, она не могла отыскать ничего, что выдало бы в балагане присутствие колдунов. Всё вокруг выглядело вполне обыденным. Вот какой-то молодой человек пытался произвести стрельбой из лука впечатление на стайку хихикающих девиц. Ему по нраву, похоже, пришлась самая тоненькая и богато одетая девушка, которая хохотала над ним громче остальных подруг, и потому он совсем не замечал восхищённого взгляда скромницы, которая то и дело прикрывала лицо веером, чтобы скрыть своё смущение. А у прилавка с печёным сладким картофелем стояли пожилые супруги. Сухонький старичок с длинными седыми усами прикрывал плечом от напора толпы свою супругу, которая тем временем выбирала себе клубень повкуснее…
– Смотри-ка, тут маски, – отвлёк её от наблюдений Ёсио. – Я бы взял себе одну. Может, и ты хочешь?
Уми подошла поближе к прилавку, перед которым услужливо вертелся тощий паренёк в маске Хёттоко. Выпученные глаза, сложенные трубочкой губы – Хёттоко хоть и был героем множества легенд, но лицо его всегда казалось Уми донельзя глупым и бестолковым.
Ямада тоже заинтересовался масками, и торговец сунул ему первую маску, которая подвернулась под руку. Это оказалась маска краснокожего тэнгу с длинным носом. Ямада едва заметно вздрогнул и поспешил отложить маску.
Ёсио тем временем уже нацепил клыкастую маску демона-о́ни, и теперь вживался в роль, искривив пальцы, словно намереваясь вцепиться кому-то в горло.
– Госпожа, у нас есть прекрасные Окамэ, как раз на ваш размер! – торговец заприметил Уми и уже спешил к ней с одной из масок. – Вот, примерьте-ка.
Маска Окамэ была округлой, с нарумяненными щеками и узкими, словно молодой месяц, глазами. Окамэ всегда изображали смеющейся, но отчего-то улыбка именно этой маски показалась Уми какой-то жутковатой.
Она вернула маску торговцу, и, сдержанно поблагодарив его, собиралась было идти дальше. Но неожиданно её толкнул спешивший куда-то невысокий мужичок с миской лапши в руках. Столкновение оказалось сильнее, чем ожидала Уми: если бы не помощь стоявшего рядом Ёсио, она упала бы прямо на прилавок с масками.
А вот мужичку повезло гораздо меньше. Ему не удалось удержать миску, и её содержимое оказалось прямо на одеянии стоявшего неподалёку молодого человека.
Мужчиок побледнел и задрожал. Раскланявшись и рассыпавшись в извинениях перед облитым господином, он метнул гневный взгляд на Уми.
– Ты чего под ноги лезешь, бестолковая?!
За его спиной выросла тень: то оказался облитый господин. Лица его Уми не могла толком рассмотреть – он стоял к ней вполоборота.
– Я уверен, что всё произошедшее не более, чем досадная случайность, – голос у него был вкрадчивым и мягким, как шелест травы, в которой скользила змея. – Давайте поскорее забудем о случившемся и продолжим наслаждаться праздником.
Мужичок как-то разом стушевался, словно узнал облитого господина, и поспешил удалиться. Ёсио собрался было броситься за ним («Да как посмел этот старый козёл обращаться к тебе в подобном тоне?!»), но тут взгляд его обратился на облитого господина, который всё ещё стоял рядом, и на лице его промелькнуло узнавание.
– Господин Араки?
Поначалу Уми показалось, что она ослышалась. Не мог же этот облитый господин оказаться тем самым Рюити Араки, колдуном и хозяином балагана?
– Господин Морита? Не признал вас сразу в этой маске.
– Ох ты ж, – спохватился Ёсио и поднял маску они на лоб. – Простите, совсем забыл о ней.
– Ничего, я очень рад, что вам у нас… весело. Но где же господин Хаяси?
– Оябун просил извиниться от его имени за то, что он не смог присутствовать сегодня, – поклонился Ёсио и тут же поспешил добавить: – Но со мной прибыла его дочь, Уми Хаяси. Позвольте, я представлю вас.
Лишь когда прозвучало имя Уми, Рюити Араки повернулся в её сторону. Она замерла, не в силах поверить тому, что видела.
Рюити Араки был весьма хорош собой. Длинные тёмные волосы ниспадали на грудь, дорогое шёлковое хаори было расшито танцующими на воде журавлями. Но отнюдь не щеголеватый внешний вид молодого человека так поразил Уми, а его явное сходство с мальчиком на портрете, который она нашла сегодня под подушкой дядюшки.
Глазами Рюити Араки на неё словно смотрел её старинный друг Дзёя. Те же изящно очерченные скулы, тот же прямой нос и густые тёмные брови вразлёт… Неужели… Что если это и правда он? Узнал ли он её, помнит ли ещё об их дружбе?
– Рад нашему знакомству, – проговорил Рюити Араки. В его холодных глазах не мелькнуло ни единой искры узнавания. За подчёркнутой вежливостью не таилось того дружеского тепла, что когда-то было между ними. Может, она всё-таки ошиблась?
Уми что-то пробормотала в ответ, кланяясь, но мысли её были далеко. Она терялась в догадках, могли ли не принадлежащие к одной семье люди быть настолько похожими друг на друга.
Хоть бы так оно и оказалось! Ведь если Рюити Араки – или Дзёя, нельзя забывать о том, что это может быть Дзёя, – окажется тем самым колдуном, который
