— Вскоре мы все узнаем, вскоре мы все узнаем, мастер Кэп. Вот куттер уже показался из-за соседнего островка, и через пять минут все станет ясно. Но было бы неплохо предостеречь мальчика каким-нибудь знаком. Не годится, чтобы он попал в западню, а мы его никак не предупредили.
Однако ни Следопыт, ни Кэп, встревоженные и растерявшиеся, так и не попытались подать Джасперу какой-нибудь сигнал. Да и как могли бы они это сделать? "Резвый" так быстро летел по протоке с наветренной стороны острова, оставляя пенистый след, что для этого не оставалось времени; да и на борту куттера не было никого, кто мог бы увидеть сигнал; никто не стоял даже у руля, хотя "Резвый", несмотря на быстрый ход, двигался точным курсом.
Кэп застыл в безмолвном восхищении перед этим необыкновенным зрелищем. Но, когда "Резвый" подошел ближе, опытный глаз моряка обнаружил, что штурвал приводится в движение невидимым рулевым при помощи штуртросов. Вскоре тайна объяснилась команда куттера залегла за его довольно высокими бортами, Следопыт выслушал объяснение своего товарища и огорченно покачал головой, — значит, на куттере находился только его маленький экипаж.
— Это доказывает, что Змей не добрался до Осуиго, — сказал он, — и нам нечего ждать подмоги из крепости. Надеюсь. Лунди не взбрело в голову заменить Джаспера кем-нибудь другим — ведь в таком трудном деле Джаспер Уэстерн один стоит целою отряда. Мы втроем, мастер Кэп, должны будем храбро обороняться; вы, как моряк, наладите связь с куттером; Джаспер, для которого озеро что дом родной, будет действовать на воде, а мне с моими способностями, такими же, как у любого минга, мне уж вы поручите все остальное. Я говорю, мы будем мужественно сражаться за Мэйбл.
— Эго наш долг, и мы его выполним! — горячо отвечал Кэп, с восходом солнца несколько успокоившийся за целость своего скальпа — Одним обстоятельством я считаю появление "Резвого", а вторым — предположение, что Пресная Вода все-таки окажется честным. Джаспер, видно, парень осторожный, он держится на почтительном расстоянии от острова и, кажется, решил разведать, что здесь делается, прежде чем причалить.
— Смотрите, смотрите! — взволнованно закричал Следопыт. — Вот пирога Змея на палубе "Резвого". Вождь попал на борт куттера и, без сомнения, точно сообщил им о нашем положении. Делавар — это не то что минг, он либо расскажет все как оно есть, либо вообще промолчит.
Следопыт был склонен считать всех делаваров добродетельными, а всех мингов — негодяями. Это уже должно быть известно читателю. Проводник высоко ставил правдивость первых, а о последних думал так же, как наиболее наблюдательные и разумные люди в, нашей стране склонны думать о некоторых наших писаках, изолгавшихся до такой степени, что им уже никто не верит, даже когда они из кожи вон лезут, стараясь говорить правду.
— Но эта пирога, может быть, принадлежит куттеру, — заметил придирчивый моряк. — На борту: у этого чертова малого была пирога, когда он отплыл, — Верно, друг Кэп, но если вы узнаете свои паруса и мачты по гротам и гафелям, то я, прожив столько времени на границе, узнаю пироги и тропы. Вы замечаете новый парус, а я — свежую кору, из которой сделана пирога. Это пирога Великого Змея. Благородный человек! Едва увидев, что блокгауз осажден, он поспешил в гарнизон, по пути встретился с "Резвым" и, рассказав там обо всем, привел куттер сюда, нам на выручку. Дал бы бог, чтобы вел его Джаспер Уэстерн!
— Да, да, это было бы кстати. Изменник или честный человек, парень ловко справился с ураганом, это надо признать.
— И при переправе через водопад! — сказал Следопыт, слегка поддав своему собеседнику локтем в бок и заливаясь своим беззвучным, добродушным смехом. — Надо отдать мальчику справедливость, даже если он собственными руками снимет скальпы со всех нас.
"Резвый" подошел уже так близко, что Кэпу было не до споров. Пейзаж был в ту Минуту настолько своеобразным, что его стоит описать подробнее: тогда читатель составит себе более точное представление о картине, которую мы хотим нарисовать. Буря все еще не утихла. Деревья потоньше гнулись, как бы стремясь коснуться вершинами земли, а вой ветра среди ветвей напоминал отдаленный грохот катящихся колесниц.
Листья, которые в это время года легко опадают, тучами носились в воздухе и, подобно стаям птиц, перелетали с острова на остров. Если бы не их шелест, вокруг стояла бы могильная тишина. Однако дикари еще не покинули острова: их пироги вместе со шлюпками Пятьдесят пятого полка стояли в маленькой бухточке, служившей гаванью. Никаких других признаков присутствия индейцев нельзя было обнаружить. Внезапное возвращение куттера, никак ими не предвиденное, застигло их врасплох, но привычка к осторожности на военной тропе, вошедшая в плоть и кровь, заставила каждого притаиться, как только был подан сигнал тревоги, с хитростью лисицы, убегающей в свою нору. Так же тихо было и в блокгаузе. Следопыт и Кэп, держа под наблюдением протоку, приняли все меры предосторожности, сами оставаясь в укрытии. Странное отсутствие всякой жизни на борту "Резвого" казалось чем-то сверхъестественным. Индейцев, следивших за его. — по-видимому, никем не управляемым движением, охватывал благоговейный ужас, и даже наиболее храбрые из них начинали сомневаться в исходе своего набега, вначале столь успешного. Даже Разящей Стреле, привычному к общению с белыми, живущими по обе стороны озера, появление этого корабля без людей казалось зловещим, и он был бы рад опять очутиться в эту минуту в лесной чаще.
Куттер тем временем неуклонно и быстро двигался вперед. Он держался середины протоки, то кренясь под порывами ветра, то вновь выпрямляясь и вспенивая форштевнем воду. Так мудрец, который сгибается под бременем житейских невзгод, вновь высоко поднимает голову, едва они минуют. Паруса на куттере были зарифлены, но, несмотря на это, он бежал очень быстро — с тек пор, как он промелькнул вдали белым облаком среди деревьев и кустов, не прошло и десяти минут, а он уже поравнялся с блокгаузом. Когда куттер подошел к этому орлиному гнезду, Кэп и Следопыт высунулись из своего укрытия, чтобы получше разглядеть палубу. Вдруг, к их восхищению, Джаспер — Пресная Вода вскочил на ноги, приветствуя друзей троекратным радостным кличем. Позабыв об опасности, Кэп прыгнул на бревенчатый парапет с громким ответным восклицанием. К счастью, его спасла тактика врагов, которые все еще лежали в кустах и не сделали ни одного выстрела. Однако Следопыт думал только о деле, не обращая никакого внимания на драматическую сторону войны. Увидев своего друга, он тотчас же крикнул ему зычным голосом:
— Поддержи нас, Джаспер, и победа будет за нами! Возьми на мушку вон те кусты, и ты вспугнешь дикарей, как куропаток, Но Джаспер почти ничего не расслышал, потому что слова Следопыта относило ветром.
