словно во сне шагнул к Мисселу. Наклонился. Нащупал ниточку его жизни, завязал первый из узелков. И в этот самый миг зашевелилась, приходя в себя, Торина. Она посмотрела осоловелыми глазами на Мюрра, который по-прежнему имел обличие Юрзина, и закричала:
– А-а-а!!!
– Что же я делаю! – Мюрр будто очнулся. Отшатнулся от Миссела, быстро метнул в кухарку парализующую молнию и набросил на дверь магическую сеть, опасаясь, что сюда прибегут остальные женщины, привлеченные криком. А потом с трудом взвалил на плечо мертвое тело Песчаного Духа и шагнул с ним в портал…
Повелитель Холода вернулся один несколько мгновений спустя. Подошел к кухарке.
– Сахарная болезнь… Ну, это мы быстро.
Ему действительно потребовалось завязать всего два узелка. Затем он принял облик Песчаного Духа и привел Торину в чувство.
– Господин Миссел, – срывающимся голосом произнесла женщина. – Что это было?
– Магия. Всего лишь магия, – ответил Мюрр. – Принеси мне бумагу, я составлю вам вольные.
– А трупы? – спросила Торина.
– Какие трупы?
– Трупы хозяина и Тырга, – напомнила Торина. – Вы обещали спрятать их.
– Спрячу, – кивнул Мюрр. – А ты неси бумагу.
Тут раздался стук массивного кольца по входной двери. Торина побледнела и посмотрела на Мюрра:
– Это приказчики из лавки!
– Ага. – Повелитель Холода напрягся, размышляя, что там по плану Миссела предполагалось сделать с приказчиками.
– Вы хотели встретить их в облике господина Анхеля и сказать, что уезжаете, – подсказала Торина.
– Точно, – кивнул Мюрр. – А ты не помнишь, что я собирался сделать потом?
– Потом? – Торина задумалась и начала перечислять, загибая пальцы. – Вы хотели вылечить меня, спрятать трупы так, чтобы маг-розыскник их не нашел, дать нам вольную, поговорить с приказчиками и… все.
– А вы? Что будете делать с вольными вы?
– Ну, Рейната вернется домой, а мы с Ангеликой… Не знаю, придумаем что-нибудь… Вы посоветовали нам покинуть Кротас. Наверное, поедем с Рейнатой в Тарредию…
– Не надо, – перебил Мюрр. – Вы можете остаться здесь, я перепишу на вас дом и лавку Анхеля.
Торина, не веря своим ушам, смотрела на лже-Миссела, разинув рот. Он улыбнулся и подтолкнул ее к дверям:
– Иди, открой приказчикам дверь, да принеси мне бумагу…
P . S .
Когда птица-вестница принесла послание от Мюрра, Творец гулял в парке, наслаждаясь фонтанами.
«Песчаный Дух обыграл меня, – писал Повелитель Холода. – Я не сумел заставить его сообщить Проклятым о предательстве Богов. Больше того, он успел отдать приказы Должникам…».
Творец прочитал тексты приказов и в яростном недоумении уставился на послание. Что все это значит?! Откуда Змееносец узнал про чашу?! Неужто Мюрр все-таки предал Творца? Нет, вряд ли. Чтобы там не думал Бовенар, но Творец почти не сомневался в верности Мюрра, потому что слишком хорошо знал его. Наверняка, Миссел просто сумел как-то обмануть Повелителя Холода.
Как бы то ни было, плохо, что в игру вступают Должники. И очень плохо, что один из них окажется рядом с чашей.
Может, попытаться спрятать ее? Творец помотал головой. Нет. От Должника не спрячешься. Пусть уж лучше чаша остается во дворце. А что касается Должника…
Нужно опередить его – как можно скорее убить Эрхала, и тогда третий приказ будет отменен. Вместе со вторым.
Эрхал с Темьяном сейчас в Скользящих Степях, выполняют Ритуал трагги – сражаются с пятью стихиями. Вернее, они уже одержали победу над четырьмя. Осталась последняя…
Творец сложил ладони так, словно держал невидимый шар. Миг и шар помутнел, завихрился туманами, а потом стал маленьким изогнутым окошком, в котором появилось удивленное лицо белого архимага.
– Вы?! – выдохнул магистр Живицы.
– Я, – подтвердил Творец.
– Что вам еще от меня надо? – белый архимаг глядел с ненавистью и бессильной яростью. – Я же сказал, что да, буду участвовать в Ритуале Судьбы! Я как раз собирался отправляться в Скользящие Степи, вы застали меня буквально на пороге.
– Условия несколько изменились, – сказал Творец. – Ты не просто будешь участвовать в Ритуале, ты должен убить Эрхала.
– Что?!
– Ты слышал, но если хочешь, я повторю: ты должен прикончить Ученика Бога.
– Это невозможно, я не стану этого делать, – забормотал архимаг.
– Тогда твоя дочь станет главным действующим лицом другого ритуала, и скажу тебе откровенно, перед смертью ей придется испытать много крайне неприятных моментов.
Архимаг помертвел лицом. Казалось, из него разом ушла вся жизнь – кожа посерела, губы побелели, а глаза стали двумя бездонными озерами боли.
– Заклинаю вас всем святым, – севшим голосом пробормотал он, – ведь есть же хоть что-то святое и для вас…
– Нет, – перебил Творец. – Не теряй зря времени. Один из них умрет: либо Эрхал, либо твоя дочь. Кто – решать тебе.
– Но, поймите, Эрхал очень силен, я могу просто не справиться с ним!
– Правила Ритуала трагги позволяют наносить удары исподтишка, – возразил Творец. – Ты вроде как лично знаком с Эрхалом. Приди к нему в открытую, войди в доверие, а чтобы он поверил тебе, можешь рассказать обо мне. И вот, когда он расслабится, размякнет, ты и нанесешь удар.
– А если он не расслабится? – упрямился архимаг. – Если он сумеет увернуться и перейдет в контратаку?
– Тогда, скорее всего, он убьет тебя, – потерял терпение Творец.
– Но вы должны поклясться, что все равно тогда отпустите мою дочь! Иначе я не сдвинусь с места, и не буду участвовать в вашем странном Ритуале!
– Хорошо, – кивнул Творец. – Будь по-твоему. Если ты или Эрхал погибните, но непременно от руки друг друга, я отпущу твою дочь. Клянусь.
– На крови поклянитесь, – потребовал архимаг.
Творец поморщился, но провел требуемый обряд.
Магическое окошко погасло. Творец задумчиво присел на бордюр у фонтана и опустил руку в воду. Он не очень-то верил, что этот Белый Упрямец и впрямь попытается убить Эрхала.
Ну, ничего, есть и другие средства. И самое действенное из них – сартавви. Они должны были выйти на след Эрхала чуть позже – когда Ритуал будет завершен, но придется их поторопить. Пусть отправляются немедленно, пока на место действия еще не прибыл Должник. Надо сказать Мюрру, чтобы поторопил их…
– Кстати о Мюрре, – спохватился Творец. – Интересно, где
