никакой зверь не пережил бы такого.
Какая же склонность влечет южан изобретать цепи, карцеры, стальные зубья, все эти смертные муки? Это одержимость убийствами, какая-то отрава в душе. Он пытался вообразить разум, способный наслаждаться подобными изобретениями. Поистине извращенный разум!
Еще волки. Целая стая. Но Велок уже переживал последние мгновения жизни. Сцена перед глазами размылась, теряя четкость, цвета потекли мокрыми красками.
И волки пропали, вместо них стоял мужчина с густой бородой, лицо уродливое, побитое жизнью. В меховой шубе, оружие на поясе и перевязи.
"Жекк. Ах... ни лихорадки, ни быстрой смерти".
Он слышал, что Жекки шли среди атаковавших этот городок, но сам не видел их ни в битве, ни после.
Послышался топот подков, но он лежал не в том направлении и не видел прибывших. Затем перед ним присела Теблора. Налила воды в ладонь и отерла лицо, смывая копоть с глаз. Потом поднесла водяной мех к губам.
- Велок, - произнесла она.
Единственный глоток. Его глаза сузились. - Делас Фана. Я не узнал тебя. Почему я не узнал тебя?
- Ты в шоке.
- Не могу двинуться. Видишь? Волчий капкан. Хуже любых кандалов, Делас Фана. Намного хуже. Штырь забит слишком глубоко. Прочно держит.
Мокрая рука легла на лоб пальцы гладили веки. - Велок... Ты уже не в ловушке. Капкан сработал, да. Но ты лежишь далеко от него, и там осталась часть твоей ноги. Похоже, ты полз, прежде чем лишиться чувств.
Он попытался привстать на локте, окинуть взглядом тело. Она помогла. Да, она сказала правду. Правая его нога кончалась сразу под коленом. - Но, - шепнул он, - я чую цепи. Я знаю это чувство! Знаю! И сейчас на мне... оковы...
- Что тут было, Велок?
Он опустился, затылок ударился о почерневшую горелую землю. - Не оковы, капкан, - бормотал он, сражаясь с волнами дурноты. - Что было, Делас Фана? Я умер. Вот что было.
- Ты не мертв.
Она дала больше воды, и в горле полегчало. - Я умер со своим родом, - сказал он. - Сюнидов больше нет. Мы были рабами, потом не были, потом снова ими стали. Умерли здесь, скованные воедино жаждой мести. Вот что сделали мы с нашей свободой. - Он шарил рукой. - Видишь мой меч? Он рядом? Я так и не использовал его.
- Он сгорел, Велок.
Он увидел Рента за Делас Фаной, и еще одну из Урида, незнакомую. Взгляд сосредоточился на полукровке. - Убийца Галамбара, - прошептал он.
- Ты не мертв, - сказал Рент. - Капкан спас тебя. Есть и другие выжившие сюниды. Должны быть. Мы поищем.
Велок покачал головой, закрыл глаза от жестокого света. - Ты не видел того, что видел я. Никого вам не найти.
Делас Фана встала на колени, подняв его голову и положив на колени. Мокрой тряпицей бережно вытерла лицо. Он не знал, зачем ей так трудиться. За ногу потянули, он поглядел и увидел, что вторая Теблора бинтует культю. И снова закрыл глаза.
- Велок, здесь была малазанская армия?
- Армия? - Велок засмеялся. - Делас Фана, я видел врагов на валу, куда мы устремились. Там было всего шестеро.
Говер присоединился к Нилгхану, бродившему среди мертвецов на поле. Взгляд обежал черную почву, кратеры. - Что это за дыры, брат?
Нилгхан скривился, что-то бормоча. Потом сказал: - Тут нет славы. Нет мастерства. Нет ничего для песен грядущих лет. Брат, - повел он рукой, - поле было минировано.
- И что значит это слово?
- Малазанские припасы зарытые, неглубоко, утыканные короткими гвоздями, так, что они не достигали порошка внутри. Но едва нога наступит на них, как... - Он взмахнул руками, развел их и медленно опустил. - Видишь, у многих нет рук и ног? Вот что случилось.
- Первым делом, - пробормотал Говер, изучая следы бойни, - я подумал о колдовстве.
- О, оно тоже было, - зарычал Нилгхан. Указал на черные полосы: - Вот. Маг на вершине вала бросал огонь.
Говер оглянулся на спутников. Рент отошел от женщин, его окружали псы. Он смотрел на юг.
- Они так и не дошли до подножия, - заметил Нилгхан. - А могли бы попросту обойти город.
- Не догадывались о твоих зарытых припасах. Ожидали звона клинков, быстрой победы над гарнизоном.
- Это сделал не гарнизон. - Нилгхан плюнул. - Малазанские морпехи.
- Они знали, что будет.
- Знали, - согласился Нилгхан.
- Нилгхан, что ждет нас на юге?
Глаза брата были блеклыми. - Смерть, брат.
- Если только, - сказал Говер, - мы не будем быстрыми, не откажемся от стычек. Даже пойдем по ночам. Вот чего хочет от нас Сука-Война.
- Где наш народ, Говер? Я ожидал уже их увидеть. Хотя бы здесь.
- Сука ведет их. - Говер помолчал. - Я тоже ждал их здесь.
- Когда она последний раз говорила с тобой?
Говер покачал головой. - После встречи я видел много снов, брат. В них лишь тьма и тишина.
- Так она мертва? Она была здесь? Надо искать горелые трупы Черных Жекков в округе? Если так, - Нилгхан повернулся к брату, скаля зубы, - вы предали нас.
- Она не мертва, - сказал Говер, но в тоне звучало отсутствие веры. Он рассматривал мертвецов вокруг. О малазанах он не знал почти ничего. Еще одно племя, думал он, не отличающееся от натийцев или генабариан, или всяких коривийцев.
Он ошибся. Малазане не были подобны коривийцам или саэмдам. - Нилгхан, - начал он, - ты упоминал... морпехов. Ты часто рассказывал о малазанах, верно. Но - что такое эти морпехи?
Нилгхан шевельнул плечами. - Я видел одну, как-то. Она принесла послание командиру гарнизона. Выглядела как все, не особо страшная. Я взял бы ее в постель, будь такая возможность. Женщина, мундир не такой, как у регулярных войск.
- Иной тип солдата.
- Да. Их посылают туда, где трудно. И трудности кончаются. И тогда их посылают в другое место, где есть трудности. Трудности кончаются.
Говер всмотрелся в поле. Кивнул. - Здесь они тоже кончились.
Пейк Гилд нашла два не совсем обгоревших древка копий и начала делать волокуши. Велок потерял сознание, облегчив ей задачу. Привязав волокуши к упряжи своей кобылицы и поведя ее за узду, она и Говером и Нилгханом начали обходить город с востока, по опушке.
Быстро обнаружив трупы саэмдов
