Северус Снейп рассеянно взял в руки чашку и неторопливо отпил глоток. Он невольно нахмурился, ощутив затхлый, слегка горьковатый вкус на языке. По-видимому, чайные листья были уже слишком старыми и настала пора обновить свои запасы. Он выплеснул остатки содержимого чашки в раковину, а банку с чайными листьями опустошил в мусорную корзину. Затем вышел из своих комнат, не забыв установить на дверь охранные чары. Он был просто блистателен в этом струящемся мягкими фалдами шелке, его величественная царственная фигура поневоле притягивала все взгляды.
Пивз материализовался двумя этажами выше, отчаянно дрожащий и ругающий себя за такое трусливое поведение. Он должен признаться во всём профессору. Но ведь было уже поздно! Пивз посмотрел на зажатый в его дрожащих руках флакон, отчаянно пытаясь прочесть, что было написано на крошечном ярлыке.
Ярлычок, как и сам флакон, были такие маленькие, что невольно наводили на пугающие мысли. Ведь это мог быть какой-нибудь быстродействующий яд, которого и нужно лишь пара капель для достижения эффекта, или же чрезвычайно дорогой и невероятно редкий ингредиент, который даже Хогвартс мог себе позволить только в столь миниатюрных количествах. Любая из этих альтернатив не сулила несчастному Пивзу ничего хорошего. Он вылетел в окно, надеясь, что под солнечным светом он сможет хоть немного успокоиться, и тут же, отчаянно застонав, влетел обратно. При этом пузырёк выскользнул из его пальцев и с тихим звоном разбился о плиты внизу. Что же он наделал! Пивз метнулся в сторону подземелий, отчаянно умоляя Мерлина не дать ему опоздать, позволить добраться до директора раньше, чем тот уйдет.
Уже на полпути к комнатам Мастера Зелий Пивз осознал, что опоздал, ощутив действие охранных чар. Снейп был вне его досягаемости. Мучительные рыдания вырвались из горла полтергейста, ведь Снейп мог погибнуть из-за него.
* * *
Снейп аппарировал в Малфой-Мэнор и невольно потёр живот. Да, не стоило ему допивать этот чай. Особенно ощутив столь неприятный привкус. Он не ел несколько часов, и сейчас был не прочь чем-нибудь перекусить. Только беспокоило жалобное урчание в желудке, его слегка мутило, живот сводило болью, казалось, что там ворочается растревоженная змея. Всё его тело было охвачено ощущениями, которые ранее он никогда не испытывал. Он чувствовал внутренний трепет, желание, жадную потребность в чём-то, сильное беспокойство. Снейп ощутил, как его дыхание учащается, становясь более поверхностным.
- Сев, - теплый голос Амриса коснулся его ушей, когда вер-леопард вышел ему навстречу, весь облитый золотистым шёлком, придающим ему поистине царственное великолепие. Охватившие Северуса слабость и дрожь внезапно сменились совершенно новой потребностью. Его буквально раздирали желание и чувственный голод. Он хотел прикоснуться к этому мужчине, принадлежать ему.
Снейп заскользил руками по мощному мускулистому телу, прижался к нему, более неспособный сдерживать себя, только не сейчас. Он прижался своим ртом к губам Амриса, предлагая себя без всякого стеснения. И Амрис ответил на это щедрое приглашение, дразня его сладкими поцелуями, собственническими, глубокими, исторгающими стоны из груди мага. Снейп буквально таял в крепких объятиях, пропуская через свои бледные пальцы густые светлые пряди любовника, поглаживая кожу головы трепещущими кончиками пальцев.
Внезапно рядом раздался тихий смех и Снейп рывком пришел в себя. Он внезапно осознал, что находится посреди огромной комнаты, заполненной людьми, которые прибыли на церемонию королевского бракосочетания, и сейчас вовсю наслаждались устроенным спектаклем. Снейп осознал, что только что беззастенчиво обнимался и целовался у всех на глазах, что мало соответствовало респектабельному образу нового директора одной из самых уважаемых магических школ Англии. Он невольно отстранился и почувствовал, как жаркая краска стыда начинает заливать его кожу, медленно поднимаясь от груди к шее, и, наконец, достигает лица. Амрис довольно засмеялся. Потянувшись, он ласковым поцелуем вновь коснулся губ любовника, мягко прихватывая их своими, и медленно отстранился.
- Меня очень впечатлила твоя страстность, маленькая мышка. - Амрис перебирал пальцами чёрные локоны возлюбленного. Ему очень нравилось, когда Снейп оставлял их распущенными, позволяя прядям свободно рассыпаться по плечам. Он мечтал о том, что уговорит любовника отрастить их до бёдер. Амрис представлял себе, как будет заниматься с ним любовью, а эти волосы, словно роскошное чёрное покрывало, рассыплются веером под таким покорным ему телом. - Я думаю, здесь нет никого, кто бы не знал, что ты принадлежишь мне, Северус.
Снейп откашлялся, стараясь прочистить внезапно пересохшее горло. Он заставил себя разжать руки и немного отстранился назад. И немедленно терзавшая его внутренности боль вернулась снова. Он невольно вновь прижал руки к животу, стараясь успокоить участившееся дыхание. Северус отчётливо ощущал запах Амриса, такой наполненный, такой богатый, такой соблазнительный. Он сейчас отдал бы что угодно за возможность уединиться с этим невероятным искушением. В его распалившемся воображении он уже ощущал, как это мощное сильное тело овладевает им, проникая глубоко в него, заполняя и подчиняя его полностью.
Амрис принюхался и невольно зарычал. Мощный поток феромонов, исходящий от его любовника, буквально сводил с ума, заставлял немедленно предъявить свои права на него. Он одним гибким движением преодолел разделявшее их расстояние, прижал желанное тело к себе, зарываясь носом в густые темные волосы, вдыхая невероятно насыщенный сладкий аромат, исходящий от обнажённой шеи. Мерлин свидетель, Снейп никогда ещё не пах настолько восхитительно.
Амрис приобнял любовника за плечи и вывел из переполненного зала. Затем, обнаружив первую попавшуюся пустую комнату, бесцеремонно затащил туда совершенно покорного Снейпа. У дверей были небрежной кучей свалены меха, и Амрис толкнул на них своего возлюбленного. Его руки принялись срывать мешающую одежду, разрывая шёлк, пока горячий рот выцеловывал посылающие всплески обжигающего наслаждения дорожки поцелуев на постепенно обнажающейся коже. Руки жадно и страстно оглаживали распростёртое под ним тело.
Снейп стонал, выгибался от этих мучительных сладких прикосновений, ласкал льнущее к нему желанное тело. Его колени приподнялись и приглашающее раздвинулись, побуждая Амриса скользнуть между его раскрытых бёдер в ответ на эту невысказанную мольбу.
* * *
Пивз вот уже несколько минут мучительно размышлял, как же ему постудить. Он развернулся и полетел к той пустой комнате, в которой недавно материализовался. Внезапно его осенило. Идеально решение. Профессор Люпин. Этот маг был очень мягкосердечен, он сможет разобраться с тем, как быть дальше. Он мало походил на того, кто мог бы применить проклятие и окончательно упокоить с миром неприкаянную душу Пивза.
