обращалась к тебе по поводу этой экспедиции.
- Ты была чиста, как пятьдесят световых лет вольфрама. - Через мгновение Травертин добавил: - Я понял суть сделки, Чику. Ты предлагала мне помилование на единственных условиях, которые приняла бы ваша администрация. Для меня также было очевидно, что тебе было что скрывать от всех остальных. Все это связано с этим кораблем, не так ли?
Чику не отвечала, пока они не оказались в пилотской кабине. - В основном ты прав. На данный момент, вероятно, было бы полезно, если бы я показала тебе Крусибл. Хотел бы ты увидеть его?
- Было бы извращением не сделать этого после того, как мы проделали весь этот путь.
Чику вызвала увеличенное изображение планеты, которое она получила ранее. - А пока тебе придется поверить мне на слово, что точка, которую ты видишь в иллюминатор, совпадает с планетой, изображенной на этом рисунке. Через день она станет достаточно большой, чтобы ее можно было увидеть невооруженным глазом.
Травертин помедлил, прежде чем ответить. Он осмотрел спроецированный глобус со всех сторон, вращая его так, как это делала ранее Чику, увеличивая и уменьшая увеличение. - Это, должно быть, составная часть, - сказал он в конце концов, - собранная из данных, полученных за несколько вращений.
- Так и есть. Но это также точное представление о том, что мы увидели бы, если бы были намного ближе.
- Мандала там.
- Да.
- Но никакой очевидной конструкции на поверхности. Города и поселочки - я знал, что они будут маленькими, но наверняка мы увидим какие-то их свидетельства при таком разрешении?
- Абсолютно верно, но Производители ничего не построили до нашего прилета. Крусибл почти не тронут.
- Понимаю. - И последовало долгое, размеренное молчание Травертина, пока он переваривал эту новость, которую Чику знала уже много лет, но все еще с трудом принимала. В конце концов, он спросил: - Производители... что с ними стало?
- Мы узнаем, когда доберемся туда.
- Их что-то уничтожило?
- Я так не думаю. Что-то транслировало восходящие передачи с поверхности Крусибла. Думаю, Производители все еще здесь - просто не делают того, для чего они были предназначены.
Травертин медленно кивнул. - А как насчет других объектов, окружающих планету?
- Их двадцать два, - сказала Чику. - Они вращались вокруг Крусибла, по крайней мере, столько же, сколько мы знали о Мандале, но исходные данные были отредактированы.
- Когда ты говоришь "отредактированы"...
- Мы создали прибор под названием Окулар для детального наблюдения внесолнечных планет, а затем подключили его к мощному искусственному интеллекту, сущности под названием Арахна - единственному устройству, способному обрабатывать поток данных Окулара и искать признаки внеземной активности. Загвоздка в том, что мы, возможно, сделали ее слишком умной.
- Ее?
- Она - вещь, разум, обладающая собственной волей и сильным инстинктом самосохранения. По какой-то причине Арахна взяла на себя труд обработать исходные данные и удалила те части изображения, которые содержат эти объекты.
- И никто этого не заметил?
- Я уже упоминала, что Арахна дьявольски умна? Никто не заметил обмана, и на основе этих поддельных изображений, которые все еще содержали Мандалу, мы отправили пакеты с семенами Производителей к Крусиблу, а затем запустили голокорабли.
- Другими словами, эти поддельные данные спровоцировали значительное событие в истории человечества - миграцию в межзвездное пространство и толчок к внеземной планете.
- Да, - сказала Чику. - Но возможно - даже вероятно, - что человеческие последствия были всего лишь побочным продуктом, побочным эффектом главного замысла Арахны. Которая должна была размножаться сама - расширять машинный интеллект за пределы Солнечной системы. Чего она добилась, внедрившись в пакеты семян Производителей подобно вирусу.
- Ты хочешь сказать, что она сейчас там, впереди нас?
- Во всяком случае, что-то связанное с ней - возможно, дочерний интеллект. Несколько дочерей, кто знает? Часть ее - возможно, главная часть - все еще активна в старой Солнечной системе. Чику Йеллоу встретила ее. Я знаю, на что она способна.
- Это обнадеживает, учитывая, что мы приближаемся к другому ее аспекту.
- Я никогда не говорила, что это будет легко. Но начинаешь ли ты понимать, почему необходима эта предварительная миссия и почему я не могла обнародовать правду о Крусибле? Ты можешь себе представить, какую панику это вызвало бы?
- Могу, и это некрасиво.
- Наверняка у тебя есть множество вопросов об инопланетных объектах - этих штуках в виде сосновых шишек. Я расскажу тебе все, что знаю, но это не так уж много. Они большие, и они могли связаться с Арахной, или она, возможно, перехватила передачу, которую они транслировали, независимо от того, было ли это намерением или нет. Мы думаем, что они, возможно, были здесь очень, очень долгое время. Кроме этого, я в неведении.
- Мы, - осторожно повторил Травертин. - И кто твои сообщники в этом великом приключении?
- Союзники дома. Например, моя коллега Чику Йеллоу и еще одна женщина, которая принимала непосредственное участие в разработке Окулара. Плюс различные другие заинтересованные стороны. Все они работали в условиях строжайшей секретности, пытаясь собрать воедино хоть что-то из правды, не привлекая внимания Арахны к своей деятельности. Это было очень, очень трудно, и мое участие не сильно помогло делу. Арахна вцепилась в Чику Йеллоу, пыталась убить ее на Венере, а затем на Земле. Самом безопасном месте во вселенной! Арахна проникла в сам Механизм, преследуя его изнутри.
- Тогда ничего не поделать.
- Может, и нет, но мы должны попытаться. Переговоры, торг. Умоляя сохранить нам жизни. Пресмыкаясь, если уж на то пошло. Все, что могло бы убедить Арахну не нападать на своих бывших хозяев еще более разрушительно, чем она уже сделала.
Помолчав, Травертин сказал: - Думаю, что собираюсь заползти обратно в криогенный гроб, закрыть крышку и попытаться проснуться снова. Очевидно, это какой-то бредовый кошмар.
- Это реально. Я жила с этим достаточно долго.
- Это и есть объяснение - причина всего, что ты сделала?
- Более или менее.
- Я знаю, ты еще многого не договариваешь мне. Как вы вообще узнали об Арахне - какое отношение все это имеет к Каппе?
- Я рассказала тебе все, что тебе нужно знать прямо сейчас. Остальное... сложно. Я расскажу тебе остальное, но предлагаю оставить это до тех пор, пока мы не займемся доктором Эйзибой и остальными.
- Как много им точно известно?
- Совсем
