Читаем без скачивания Лилипут - Игорь Колосов

— Джордж, вы останетесь здесь! Действуйте так же, как и братья Стронгбоу. Никого не пропускать! Джеки! — обратился он к заместителю. — Револьвер! — Монро отдал оружие Джорджу, а Лоулесс вручил ему рацию. — Только не приближайтесь к «шевроле»!

— Хорошо, — устало проговорил Поборски. — Я всё понял, Чарли!

— При малейшем недоразумении или если увидите что-то странное, связывайтесь со мной…

— Да, шериф. — Юрист снял пиджак, зашел за желтую полосу, бросил пиджак на асфальт и уселся на него. «Форд» сорвался с места и на огромной скорости помчался на юг по Уэст-стрит.

До того, как Джордж Поборски услышал голос, прошло минут пятнадцать. Когда полицейская машина скрылась за горизонтом, Поборски решил, что, судя по всему, ждать (чего?) ему придется долго. Солнце пекло не по-осеннему жарко, добавляла духоты и неестественная неподвижность воздуха. Джордж расстегнул рубашку, оголив живот, покрытый густой растительностью. Время от времени он вытирал лоб платком. Он не знал, что именно произошло с водителями «плимута», «хонды» и «шевроле», но предполагал, что произошло что-то такое, что вряд ли доступно человеческому разуму. Он смутно догадывался, что нечто похожее случилось с Энн Шилдс, той женщиной, которая не так давно переехала с семьей в Оруэлл откуда-то из Массачусетса. Ее смерть породила в городе много разговоров. Поборски знал, что рядом с ним в неподвижном «шевроле» лежит Лестер Томпсон, у которого нет ни колотой раны, ни пореза, ни царапины, однако сиденье водителя наверняка залито кровью. Джорджу не хотелось думать об этом. Он был относительно спокоен по вполне конкретной причине — еще в выходные его жена вместе с дочерью отправилась в Бостон к родне. И раньше утра пятницы Джордж их не ждал. Это очень облегчало его состояние. Он почему-то был уверен, что до пятницы все вернется на круги своя. Поэтому весь творившийся кошмар лишь частично касался его сознания — примерно так, как современного человека волнуют массовые бойни где-нибудь в тринадцатом или четырнадцатом веке. Это хорошо, что жена и дочь находятся так далеко от Оруэлла. Джордж Поборски не мог знать, что в миле от заехавшего в кювет «плимута», чей зад виднелся неподалеку, на Гленн-роуд стоял поперек дороги почти новенький «олдсмобиль», в котором находились Эрин Поборски с дочерью. Обе были залиты собственной кровью, хотя никто не обнаружил бы никаких повреждений на их телах.

— Фу ты, черт! — вслух сказал Джордж. — Ну и жара! — Он снова обтер лоб платком, уже сырым от пота.

Поборски недоверчиво посматривал на небо. Он не мог припомнить за всю свою жизнь подобной жары в самом конце октября! Ладно, если бы сейчас было начало октября, то… бабье лето иногда преподносит сюрпризы, но сейчас… почти ноябрь, и это было странно. Платок из белого превратился в серый; Поборски посмотрел на небо, покачал головой и брезгливо отбросил платок в сторону. Черт с ним, есть рукава рубахи. Джордж оглянулся, выискивая тень, но ничего подходящего не нашел. Он мог, конечно, спуститься с дороги в лес, но в этом случае он вряд ли успеет вернуться, если вдруг появится какая-нибудь машина. Правый рукав рубашки был уже сырым от пота. Джордж решил было выйти на связь с шерифом, но передумал. Не стоит его беспокоить, Лоулесс не забудет про него. Поборски был высокого мнения о шерифе; кого-кого, а мистера Лоулесса он уважал. Вот только… его лицо, да и фигура в целом… Нет, лучше не думать об этом. Поборски был практичным человеком, он понимал, что сейчас он все равно не найдет ответа на вопрос, ПОЧЕМУ Лоулесс стал таким, какой он есть? Поэтому об этом лучше не думать, а потом… потом все станет на свои места. Все будет хорошо! Джорджу хотелось верить в это. Но, Боже, какая сегодня жара! Вчера вечером он смотрел программу новостей, а затем прогноз погоды, и… как будто никаких изменений не ожидалось. Он точно не помнил, но, кажется, говорили именно так. Но сегодня…

— О-о-о, Джордж! — послышался голос.

Поборски вздрогнул. Он вытирал лицо локтем, когда в воздухе возник голос. Джордж оглянулся. Рядом никого не было. Он бы услышал, если бы кто-нибудь подходил или тем более подъезжал.

— Джордж! — Тот же голос.

— Что за черт! — ругнулся Поборски.

Он встал и посмотрел по сторонам. Теперь было видно намного дальше, но это ничего не изменило — он никого не заметил. И все же ошибки быть не могло: он слышал, как его кто-то позвал. Два раза. Голубые глаза Джорджа бегали из стороны в сторону, он тяжело, со свистом, втягивал в себя душный воздух, пот тек с него ручьем, затекая в глаза. Поборски смахнул пот рукой, и… снова…

— Джордж! — Голос шел… Мужчина сомневался, шел ли голос с какой-то определенной стороны.

Поборски продолжал резкими рывками поворачивать голову, но Гленн-роуд была пустынна. Никого! Но его КТО-ТО ЗВАЛ!

— Джордж, помоги мне, я еще жив, помоги мне выбраться отсюда…

Поборски вздрогнул, в одно мгновение жара сменилась лютым холодом — он почувствовал, как вся спина покрылась гусиной кожей. В ушах свистел январский ветер.

— О, Джордж!

— Нет, нет, нет… — забормотал Поборски, отступая на шаг.

Голос шел… из «шевроле». Его звал Лестер Томпсон. ЗВАЛ? Но ведь он был мертв.

— Я еще жив, жив, жив!..

Юрист почувствовал, как у него подгибаются ноги и перехватило горло.

— Этого не может быть, — хрипло прошептал он.

— Может. Я был без сознания, а теперь очнулся. Помоги мне, Джордж! — Голос как будто был не мистера Томпсона, но… черт возьми, чей же тогда? — Джордж, ну что же ты? Помоги мне, ведь я умираю, помоги мне выбраться из этой проклятой машины, помоги, пожалуйста! Ты только открой дверцу, а дальше я сам.

Оттуда, где он стоял, Поборски не мог видеть Лестера — только зеркальце заднего вида и верх сидений; но до его сознания дошло, что голос как-то уж слишком свободно долетает до него из закрытой машины. И это не был голос Лестера. Казалось, это шепчет какой-то старик, Томпсон гораздо моложе. Минуту длилось молчание, Поборски подумал (с облегчением, накрывшим его прохладной волной), что голос из машины с трупом — следствие перегрева на солнце. Молчание продолжалось.

— Тьфу ты! — Джордж сплюнул. Он нащупал в кармане брюк кольт и осмотрелся кругом. «Жарко, как в августе», — подумал он.

— Джо-о-рд-ж… — Тот же голос, но на этот раз он звучал так, словно человек при последнем издыхании пытался что-то сказать, с трудом выговаривая слова. — П-о-м-о-г-и м-н-е.

Поборски вздрогнул и заставил себя подойти к «шевроле» на несколько шагов. Лестер Томпсон лежал в прежнем положении. Он не шевелился. Джордж уже было направился к дверце со стороны водителя, но резко остановился. Как же он забыл, что этого нельзя делать? Он может умереть, если будет так опрометчив… Послышался какой-то звук. Джордж резко обернулся. Никого. И тут ему попалась на глаза медная проволока, лежавшая в трех футах от него. Поборски недоуменно смотрел на нее, усиленно соображая, как это он не замечал ее раньше. Звук, который он услышал, скорее всего, и принадлежал этому куску проволоки… если его случайно задеть, но… Поборски не задевал его, он точно знал, что его башмаки ничего не касались. Ему вдруг ужасно захотелось убрать эту никчемную железяку, выбросить ее с дороги, захотелось настолько сильно, что лицо исказилось в гримасе. Он сделан шаг к проволоке, но прежде чем наклониться, чтобы подобрать ее, Джордж повернул голову и посмотрел на Лестера, видневшегося на переднем сиденье. Голова исчезла. Поборски чувствовал, что теряет контроль над собой; все было алогично и лишено какого бы то ни было смысла. Желание осмотреть Томпсона вблизи было почти неодолимо, но страх перед неизвестностью был не менее силен. Поборски колебался. Наконец он решил, что сначала выбросит проволоку. Она почему-то бесила его. Это выглядело просто смешным (какой-то кусок проволоки!), но Джордж ничего не мог поделать со своей яростью. Он снова повернул голову и глянул на проволоку… вернее, на то место, где она только что лежала, потому что сейчас ее там не было.