Я вижу, как некоторые Лорды — не старшеклассники — ходят с подносами в руках, подавая напитки и закуски. Сегодня они не одеты в свои плащи и маски. Теперь они все в черном, а половина их лиц разрисована, как у скелетов.
Перед тем, как мы выйти из коттеджа, я разрисовала лицо Раята. Мне пришлось солгать и сказать, что мне нужно, чтобы Сара нанесла нужный макияж мне, когда мы приедем. Я могла бы сделать это сама, но Раяту не надо знать, какой я буду.
Поднеся к губам соломинку, я делаю глоток, надеясь, что от этого не сотрется помада. Я чувствую, как он входит в комнату, и улыбаюсь про себя.
Чья-то рука больно шлепает меня по заднице.
— Хочешь, я трахну эту задницу, чтобы напомнить тебе, кто здесь хозяин? — рычит он мне на ухо.
Эта мысль заставляет меня сильнее сосать свою соломинку. Обернувшись, я смотрю на него.
ГЛАВА 53
РАЯТ
Да чтоб меня!
Блейк накрасилась сильнее, чем обычно. Черные тени для век с густыми и длинными накладными ресницами. Они похожи на паутину, а сверху подведены черной подводкой. Это еще больше подчеркивает ее голубые глаза. Ее губы накрашены в тёмно-красный цвет.
Мой взгляд падает на ее шею. Она тоже накрашена. Все сделано так, будто ее шея перерезана от одного края до другого. Нарисованная кровь стекает из раны прямо ей на грудь, которую открывает глубокий вырез платья. На груди у Блейк перевернутый крест, такой же, как над входом в собор.
Я провожу костяшками пальцев по кресту и, скользнув рукой в платье, чувствую то, что и так уже знал — на ней нет лифчика.
Бросив взгляд на Блейк, я говорю:
— Ты действительно напрашиваешься, да?
— Возможно, — Блейк подносит соломинку к губам и посасывает ее.
— Тут не хватает некоторых аксессуаров.
Она перестает сосать соломинку и хмурит брови.
— Например?
Я наклоняюсь к ней и приближаюсь губами к ее уху.
— Этого кляпа с расширителем, а стекающей по твоему телу слюны и моей спермы, — отстраняясь, я смотрю на нее сверху вниз, и Блейк сглатывает.
Черт, она смотрелась бы потрясающе! На полу разорванное в клочья платье, Блейк в бункере, связанная и обнаженная и с кляпом во рту, готовая к тому, чтобы я ее использовал — звучит идеально. Я бы предпочел провести ночь с ней в таком виде, а не здесь.
Блейк опускает взгляд на мои черные джинсы, под которыми заметны очертания твердого члена.
— Да, — говорю я ей, и она поднимает на меня глаза. — Мой член ровно настолько твердый, насколько мокрая твоя киска.
Я в этом уверен.
— Раят, — Блейк толкает меня в грудь и смеется, думая, что я шучу.
Я хватаю ее за руку и резко притягиваю к себе, отчего она врезается в мое тело. Прикоснувшись ладонью к ее щеке, я нежно провожу большим пальцем по ее накрашенным губам.
— Я знаю, что ты делаешь.
— И? — шепчет Блейк, приоткрыв губы.
Она проводить по губам языком и засасывает в рот мой палец.
— Это работает, — рычу я.
Отстраняясь, я вынимаю у нее изо рта большой палец, и Блейк мне улыбается.
— Можешь позже мне это доказать.
Затем она поворачивается ко мне спиной, чтобы поговорить с Сарой.
БЛЕЙКЛИ
Я иду через задний двор, мои каблуки проваливаются в рыхлую землю. Здесь холодно, но мне потребовалось время, чтобы перевести дух. В помещении стало жарко и тесно. Мы здесь уже больше часа, а музыка слишком громкая. Раят разговаривал с Ганнером и Прикеттом, поэтому я воспользовалась моментом, чтобы отойти.
Посмотрев налево, я вижу грузовик с прицепом, везущим людей в лес на страшную прогулку. Впереди меня, на задней части участка, находится дом с привидениями и зеркалами. Сегодня ночью я планирую заставить Раята меня там трахнуть.
Подняв свой новый напиток, который сделал мне Раят, я делаю глоток и замираю, услышав справа от себя смех.
— Тайсон! — визжит какая-то девушка.
Прищурившись, я вижу, как Тай подхватывает женщину и перекидывает ее через плечо. Он несет ее к линии деревьев, и я понимаю, что следую за ними. Когда он останавливается, я замираю, стараясь держаться так, чтобы они меня не заметили за густыми деревьями.
Тай опускает девушку на ноги, а она откидывает свои светлые волосы на плечо и глядит на него. Одним глотком Тайсон допивает свой напиток и бросает на землю пустой бокал.
— На колени, — приказывает ей Тайсон. — Ноги под себя.
Я поджимаю губы и, посасываю соломинку, прислоняюсь к дереву.
Она делает то, что ей велят, сначала снимает туфли на каблуках, а затем опускается в своем мини-платье на колени, устроившись задницей на пятках ног. На голове у нее кошачьи ушки, на кончике носа розовая краска, на щеках черные усики, кошачий образ завершают черные тени для век и толстая подводка.
Тайсон тянется вниз, расстегивает ремень и срывает его с петель, а я делаю еще глоток, уставившись на него как какая-то вуайериста. Стоя перед ней на коленях, он продевает кожаный ремень под ее голени, обматывает его вокруг ее ног поверх бедер и туго затягивает, от чего девушка стонет.
Отсюда мне видно, как тянется ее кожа. Надавив на ей плечи, Тайсон толкает ее к хилому дереву, перед которым она стоит. Затем достает из заднего кармана наручники.
Я еще немного посасываю свою соломинку, жжение меня больше не беспокоит. Я уже сбилась со счета, сколько раз я его чувствовала с тех пор, как мы приехали.
