— Вот, я принес зелье от горла и кашля, на счет болезни то там нужно… О-о…! — воскликнул Лондон, поднимаясь из подвала. Не понимая, что он такое увидел, ошарашенно открыл и глаза и варежку: — Вы…
Его указательный палец потянулся в нашу сторону в немом вопросе. Моментально очнувшись от криков, я и Чон-Е отскочили друг от друга, будто ошпаренные! Я приземлилась прямо на край софы, а второй дроу спешно раскрыл веер и спрятал половину уже ледяного лица за ним, оставив только разъяренные глаза, направленные на нерадивого братца.
— Я ничего не видел. — заверил нас последний, показывая жестом, что его рот на замке. Усмехнувшись и запылав закатом, я покачала головой. Мальчишки, что с них взять! Скоро и Гордон узнает, причем, разукрашенную историю.
— Скажешь кому, навек умолкнешь. Помяни мое слово. — тяжелым голосом заявил лонк Де Иррида, вставая.
— Да, старший. — в повиновении склонил голову эльфенок.
— Что нужно от болезни? — вернувшись на наболевшее, спросил дроу, нервно дернув плечами.
— Пара ингредиентов. Их всего пять. Кое какие можно отыскать на рынке, один на аукционе, а вот последний… за пределами города, в Дикой роще.
— Хорошо. Отправишься на рынок. Дай нам изображение нужных трав. Я разыщу что-нибудь на торгах, а ты, shallen, отправишься в рощу.
— Я? — недоуменно переспросила, ткнув в грудь пальцем. Лонк кивнул. — Но там же могут…
— Выживешь. — коротко бросил он. — Пешки уйдут с доски только с позволения хозяев.
— А как же… волки!? — истерично взвизгнула на его ответ, взмахнув рукой. Чон-Е и Лондон раздраженно потерли прижатые уши от моего крика. Повернувшись ко мне всем станом лиловоглазый уже гневно вымолвил:
— Оружие возьми да сапоги покрепче, чтоб удрать от них смогла. Давай, хлебай лекарство и дуй за работу, пока по новой не накостыляли!
Обиженно поджав губы, медленно встала и, пройдясь мимо второго брата, прошептала: — Все шишки мне…
Затем приняла протянутые склянки, наскоро осушила их и, накинув на себя свой плащ, пошла на выход. По крайней мере, я добилась того, за чем вообще шла в штат гильдии. Мне помогут. Осталось лишь решить, как избавиться от виверна.
***
— И как оно умудряется в снеге расти да еще под тенью? Апхч-и-и! — бурчал я себе под нос, выдергивая из сугроба красный пучок тоненьких веточек. — Бр-р-р-р…
Зябко поежился и вытер нос. Зима в Залеоре, как в России, суровая и лютая. Не дает поблажек. Засунув траву в походную сумку, удрученно погоревал над тем, что до сих пор не приобрел зачарованный кошель с двухмерным дном для удобства. Все денег нет. Еще меч бы купить… Потоптался уже мокрыми до колен сапогами на месте. “Противно.” — недовольно сморщился. Целый день на улице. Да и тело ломит от пережитого в гильдии: “Чертовы божие одуванчики…”
*Кар-Кар!*
Нехотя обернулся на чье-то карканье и наскоро осмотрел замерзшие деревья. Все голое, холодное, серо-голубое… Глубоко вдохнул ледяной воздух и закрыл глаза. “Хорошо…”. Позади меня осталась столица, скрытая за огромной каменной стеной, что была выбелена как снег. Впереди же, черный и страшный лес. Чем глубже в него заходишь, тем хуже становится. Аура здесь тяжелая… Даже невооруженным глазом видно, не нужно быть семи пядей во лбу. Не решаясь отходить от начала бора больше чем на двадцать метров, я по дуге расхаживал взад и вперед, ища под сильными корнями заветную траву. Глубже — боязно. Вдруг на этих тцук — волков набреду? Нервно передернул плечами, откинув нежелательные думы.
Вот продолжал бы и дальше собирать травы, однако, по законам жанра, спокойно это сделать мне не дали…
*Чей-то протяжный крик наполнил просторы лесной чащи, мигом спугнув многих пестрых птиц!* — я резко выпрямился и рефлекторно встал в боевую стойку. Глазами принялся сканировать направление, откуда прилетел звук. Кричать мог кто угодно: звери, птицы, заблудившиеся охотники… Но.
*Крик повторился.* — неверяще раскрыл глаза.
— Ребенок? — слабо прошептали посиневшие губы в пустоту. Не колеблясь ни минуты, я кинулся к эпицентру шума, ибо… это были мольбы помощи. Тут мне опасно быть, что говорить о каком-то малыше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Поляна уже была видна через густые покореженные ветви, однако я не собирался, сломя голову, выпрыгивать из них как какой-нибудь герой и спасать всех немощных. Нашли дурака! Наоборот, утонув в тени огромного дерева, я затаился. Через пару секунд, когда почувствовал себя в безопасности, опасливо выглянул из-за ствола. В голове так кстати всплыли мысли о рассказах “Сталкер”, где монстры могли подделывать детские крики и обманывать всех проходящих одиночек. Это другой мир, есть вероятность и такого исхода. Нужно собрать информацию…
Передо мной раскрывалась заснеженная панорама древних развалин. То ли храм, то ли склеп. Заметны обломки каменных колонн и декоративных рельефов. Сохранились кое-где высокие прямоугольные арки. На них, словно гирляндой, висели острые искрящиеся сосульки, что вызывали в сердце некий страх и в то же время восторг от их солнечных переливов. Неожиданно от лицезрения завораживающей картины, кою можно лишь на картинках или фильмах увидеть, меня оторвал резкий хлопок и детский вскрик за разрушенной небольшой постройкой! Неосознанно взглянул через плечо. Эхо такое звонкое, будто за спиной кнутом щелкнули. Убедившись, что позади все спокойно, вернул взгляд на сооружение и узрел выбежавшую из-за угла небольшую фигурку, закутанную с ног до головы в плащ. Но вот было странно. На спине он был весь исполосован на рваные полосы, местами капала кровь на снег… Рассмотреть более подробно не дали.
Фигура, спотыкаясь и падая на сугробы, спешила как можно скорей убраться прочь. Она лихорадочно оборачивалась, когда вставала на дрожащие ноги, в сторону того угла, откуда сама появилась. Я задумался, цепко следя за тем местом: “Зверь с когтями? Или человек с кнутом?” Выходить на закатный свет не спешил. Рано.
— Не смей убегать, выродок суки! — вдруг совершенно с другого угла зарычал мужской баритон! *Хлоп!* И вокруг шеи “ребенка” стремительно обвился черный кнут, сдавливая трахею. Серкара! И человек, вышедший на снежную площадь, яростно дернул веревку на себя, отбрасывая истошно вскрикнувшего малыша себе под ноги! Я моргнуть не успел, так быстро все произошло. Хотел было ринуться спасать. Но меня мигом остановило осознание, что такого удара слабый ребенок не сможет пережить. “Сломал шею!?” — мой рот ошарашенно раскрылся, когда возле человека упало бессознательное темное тело. Мужик, а им был слабо бритый громила, одетый в охотничьи меха с здоровой секирой за спиной, презрительно скривил итак перекошенную природой рожу и, весело хмыкнув, пнул бедняжку ногой! Тот не отозвался. Почесав мощный подбородок, охотник ударил еще раз для надежности. Но снова не было никакой реакции. Тогда он, слегка распустив кнут, раздраженно прорычал:
— Вставай, рыжая гнида! На меня твои дохлые уловки не действуют! Или… — тут он хитро прищурился и достал из кармана странного вида кулон. Вытянул руку и, все также продолжая стоять, покачал украшением в воздухе: — Или я сломаю твою безделушку… Живо поднимайся! Тут еще по округе бегает алая желань, я хочу ее шкуру, и ты ее мне добудешь даже ценой своей никчемной жизни!
Фигура нервно дернулась, но продолжила лежать. На это у меня повторно открылся рот: “Человек уже б умер, а этот, оказывается, еще дышит? А человеческой ли он расы?”
— Я теряю терпение! Считаю до трех… один уже был… — грозно заявил мужик, схватив кулон в красную ладонь и с силой его сжав. *Хруст металла*
— Не надо! — испуганно вскрикнул ребенок, молнией вскинув вверх светленькую руку. — Верни! С трудом начал приподниматься. В то же мгновение его на пол пути грубо схватили за шкирку и подняли до уровня лица громилы. Он вырывался и одновременно второй рукой старался достать свой кулон, но человек был, словно голем, неприступный. На все тщетные попытки, охотник заливался громогласным хохотом, широко открывая рот. Я, стоя поодаль, гневно сжал кулаки. Никогда не любил смотреть, как кто-то маленьких обижает. Рука непроизвольно потянулась к ножнам на поясе…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
