- Доброе утро, матушка.
- Доброе утро, сынок. Ну, выкладывай, с чего это ты скачешь, как жеребенок.
Возион сморщил свой длинный нос.
- Непочтительно сравнивать пастыря душ человеческих с жеребенком.
- Погоди, не то еще услышишь.
- В таком случае... прошел слух, что Гексцион Гараб умер.
У Гвин оборвалось сердце. Она взглянула на Тибала. Тот вскинул бровь и пожал плечами.
- Это правда?
Он кивнул. Гвин посмотрела на Возиона. У того в глазах таился огонек понимания.
- Подробности известны?
- Нет. Я бы сказал, что эта смерть очень кстати для твоего дела, матушка.
- Почему моего? Нашего! Я хочу сказать, что это - дело всех нас.
Может, случайное совпадение? Но Гвин подташнивало - от сознания не столько вины, сколько утраченной невинности. Смерть этого чудовища не заслуживала того, чтобы чувствовать себя виноватой. И вообще, чего она так разволновалась?
- Во всяком случае, наше дело правое. Без этого отродья в Куолии будет легче дышать, - оскалился Возион. - Конечно, пастырю не подобает такое говорить, но я надеюсь, что кто-то распилил его на куски тупой пилой. Если мне доведется встретить этого человека, я пожму ему руку.
- Я тоже не собираюсь его оплакивать. Тебе не кажется, что Судьбы отомстили ему за Полиона?
- Очень может быть. Если верить рассказам, Судьбам было за что ему отомстить.
Булрион наконец сбежал от корнета и подтягивал подпругу Грома. Интересно, он знает про Гексциона? Что бы ни думал по этому поводу Возион, Булрион осуждает всякое убийство.
Появились и остальные меченые: Баслин, Панг, Орт. Ордур оттащил Джасбур от ее ухажеров. Та кричала, что не его дело, с кем она разговаривает: "А кто вчера ухлестывал за служанками в харчевне?" Тибал поднялся и ушел, не говоря ни слова.
64
На дикой Петушьей Арене путники будут соблюдать осторожность, но, пока они еще на территории Нурца, можно ожидать от них большей беспечности. Поэтому Устрашитель Озион подвел свой отряд почти к воротам Ом-Балка. Это было рискованно, но удача улыбается смелым.
Он нашел идеальное место для засады. Только очень наметанный взгляд военного заподозрил бы, что на этой травянистой поляне могут скрываться враги. Дорога здесь спускалась в небольшую низину - вот и все. Вокруг не было деревьев, не было, казалось, ничего, за чем можно укрыться. Так что путники будут ехать без опаски. На самом-то деле низина глубже, чем кажется, и в середине поблескивает болотце, где его люди смогут напиться, если их за долгие часы ожидания одолеет жажда. Болотце заросло осокой до колен, и в нем легко укрылся отряд из пятидесяти Череполиких. Но заросли не настолько густы, чтобы кто-то из жертв мог найти в них убежище. Никто не должен выжить - таков приказ.
Череполикие сидели в засаде уже две ночи и день. Может быть, придется ждать еще несколько дней. Озион был терпелив.
Ему были хорошо видны подступы к низине и справа, и слева. Единственное, что может спутать его планы, - это если в то же время, как его добыча, через низину проедет Другая группа путников. Но проезжающие здесь очень редки. Если же такое случится, он будет считать, что приказ "Никто не должен выжить" относится не только к жертвам, но и к свидетелям. Озион был человек обстоятельный.
В самом низком месте дорога была грязной и скользкой. Путникам придется внимательно глядеть под ноги, и тут-то Озион и устроил ловушку. Своих ветеранов он расположил по периметру ложбины - ловить спасающихся, а молодых солдат уложил рядом с дорогой. У них было традицией при подобных вылазках давать молодым возможность убить свою первую жертву - и горе тому новобранцу, который не оправдает доверия. Устрашитель Озион не прощал слабости.
65
Дорога от Чан-Сана до Ом-Балка шла по гобелену садов и деревушек. К востоку от Ом-Балка местность резко переменилась. Здесь старая имперская дорога, которая все еще была в приличном состоянии, поднималась к подножию Колоссов. Кое-где виднелись заросшие травой руины - напоминание о том, что здесь проходил со своей армией Пантолион. На холмах ничего не выращивали только пасли скот. Там и сям виднелись стада бурых коров. В ущельях густо росли буки, тополя и можжевельник. Любое ущелье годится для засады, объяснял своим тенорком корнет Сип Нунг, но пока им ничто не грозит. Когда они отъедут от Ом-Балка подальше, он примет нужные меры предосторожности.
Сип со своим взводом из двенадцати кавалеристов, казалось, был надежной защитой для семи меченых и шести Тарнов, но Гвин не была спокойна - ее мучила нечистая совесть. Предположим, что слухи верны и Гексцион действительно мертв. Тогда трон унаследовал этот жуткий Зорг. Если он догадывается, благодаря кому взошел на престол, и считает, что честь обязывает его отомстить убийцам его двоюродного брата, то они подвергаются очень серьезной опасности даже в Нурце. Въехать же на территорию Васлара равносильно самоубийству. Она опять пожалела, что не взяла с собой больше джоолгратов. Джоолграта невозможно захватить врасплох.
Во главе отряда ехали Сип и Булрион. За ними следовали четверо нурцийских лучников. Первые двое держали синие флаги. Ордур и Джасбур ехали рядом, продолжая препираться. За ними следовал Кволит, сумевший противостоять соблазнам Ом-Балка. За Кволитом - остальные Тарны. Возион и Занион о чем-то спорили. Тисвион громко хохотал, слушая ивилграта Панга Твоо. Это был маленький человек с огромным носом и склонностью к непристойным шуточкам. Его обучила и рекомендовала Пар А-Сиур, так что, надо полагать, дело свое он знает.
Гвин решила держаться подальше от Булриона. Может быть, почувствовав, как ее ему не хватает, он передумает и согласится поехать с ней в Джаринфарку.
Но ее страшно раздражал доставшийся ей в спутники Баслин, с которым было буквально не о чем перемолвиться словом. С другой стороны, в бою он может оказаться полезнее, чем корнет Сип. На нем был выцветший лиловый балахон, желтая зарданская шляпа и коричневые штаны. Поскольку сегодня был день Джооль, его дряблое лицо было покрыто седоватой щетиной. Он брил и лицо, и голову раз в неделю - в день Муоль.
- Что, если на нас нападет банда разбойников? - прервала мучительное молчание Гвин. - Ты сможешь внушить им страх, чтобы они разбежались во все стороны?
Баслин подумал, поджав губы, потом сказал:
- Смогу. Но мое воздействие распространится на всех, кроме меня самого. И какой прок будет в том, что обе стороны превратятся в толпу верещащих идиотов?
- Вот как? Да, задача.
- Лучше внушить состояние полной апатии. Все проникнутся сонливым дружелюбием, и никто никого не захочет убивать.
- Что ж, неплохая мысль.
- Но тогда возникнет другое затруднение: как заставить наших ехать дальше, не возродив враждебности и алчности в нападающих?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
