– А в чем же еще? – спросил Дарк, устав стоять и садясь на корточки рядом с Мирандой.
– Полесская община наверняка дает прибежище всем, кто не в ладах с традициями кланов и кто не чтит дисциплину. Это гнусное отродье, пожираемое амбициями, низменными страстями и жаждой доказать свое превосходство над остальными!
– Постой, постой, где-то я уже подобное слышал, – снисходительно улыбнулся Дарк. – Ага, припомнил! Примерно так лет семьсот-восемьсот назад отзывались священники Единой Церкви об индорианских собратьях. Послушай, меня ваши клановые распри не интересуют. По мне, вы все жалкие, гнусные отродья, паразитирующие на других: на людях и крысах…
Порой не все сравнения и примеры бывают удачными. Дарк не хотел унизить вампира, но упоминание о крысах задело самолюбие девушки, воспринявшей его обобщенное высказывание как личное оскорбление. Обескровленные тушки крыс в углу комнаты еще не успели остыть, а во многих кланах питаться грызунами считалось так же предосудительно и позорно, как в цивилизованном человеческом обществе поедать остатки пищи с чужой тарелки.
– Я могла бы многое высказать в адрес твоего легендарного Легиона, но пока удержусь, – процедила сквозь сжатые зубы Миранда, в глазах которой заплясали огоньки злости.
– И как долго будет длиться это «пока»? – поинтересовался Дарк, пытаясь свести на нет назревающий конфликт и представить свои слова как глупую, неудачную шутку.
– Пока я не оплачу долг, – произнесла Миранда и резко отвернулась, обрызгав лицо Дарка каплями грязи с мокрых волос. – Если бы ты был более беспристрастен, хоть немного последователен и вместо того, чтобы лишний раз пытаться уязвить мое самолюбие, подумал бы головой, то не прошел бы мимо вопроса: «А чем эта орава кормится?»
Лицо Дарка мгновенно стало серьезным. Он вдруг понял, что Миранда была абсолютно права.
– Существуют строго определенные, проверенные временем демографические показатели, в соответствии с которыми Лорд клана и определяет численность общины каждого города, каждой страны, – продолжала вещать Миранда, пряча от Дарка взгляд. – Договором с Легионом установлено: «…чтобы не наносить человеческой популяции вреда, Ложа обязуется выдерживать пропорциональное соотношение: один вампир на пятьсот человек и более…» – процитировала наизусть Миранда пункт договора, по поводу которого Дарк больше всего и громче всех возмущался, когда другие члены Совета Легиона убеждали его поставить подпись под этим пораженческим, уступническим соглашением. – Однако на практике Лорды стараются придерживаться других цифр. Перестань смеяться, меня бесит твоя ухмылка! Мы можем быть незаметными лишь при пропорции один к тысяче, а для таких маленьких городков, как Старгород, Самбина вообще установила норму: один на две тысячи человек. Чуешь, куда я клоню?!
Дарк молча кивнул. В маленьком полесском городке с численностью населения чуть больше ста тысяч человек могло проживать не более пятидесяти вампиров, а, по словам Миранды, в одном только подземелье их было около тысячи. Соотношение один к ста, город уже давно должен был вымереть, но на поверхности о кровососущих даже не было слышно.
«Вот оно, я, кажется, нашел то, что искал, по крайней мере это хорошая зацепка! Полесские вампиры или изобрели альтернативный источник полноценного питания, или научились разводить людей, как домашний скот, – пришел к выводу Дарк. – Что из двух, я сегодня установлю!»
– Ладно, проехали, признаюсь, я болван, – произнес моррон вслух и примирительно похлопал все еще злящуюся на него Миранду по плечу. Конечно, его больше устроило бы «по-дружески» погладить соблазнительную коленку, но обстоятельства, к сожалению, были не те. – Ты натолкнула меня на ценную мысль, поэтому, будем считать, что твой долг полностью погашен. Можешь ругать Легион сколько влезет, а теперь давай выбираться отсюда!
– Как? – тяжело вздохнула Миранда. – Мы даже не знаем, в каком из отсеков этого коллективного саркофага находимся. А даже если бы и знали, то моррону ни за что не прокрасться сквозь толпу вампиров. Они учуют твою кровь, не хочешь же ты перебить всех?
– Хочу, но не смогу, – честно признался Дарк и подмигнул девушке для поднятия настроения и падшего боевого духа. – Давай не загадывать наперед, а действовать. Выхода-то все равно другого нет, рано или поздно палачи захотят проверить, кто оказался сильнее: голодный вампир или наполовину дохлый моррон?
Коридор не стал светлее, но двигаться по нему на этот раз было намного проще. Миранда, прекрасно видевшая в темноте, держала его, как ребенка, за руку и вела за собой по извилистому проходу, ведущему то вверх, то вниз, петляющему неимоверными зигзагами и обросшему боковыми ответвлениями, по словам поводыря, явно более поздней постройки. Прогулка обошлась почти без травм, если не считать пары ссадин и синяков, зато Дарк узнал интересный факт, подтверждающий его первоначальное предположение. Они прошли мимо десятка, а может, и более железных дверей, полностью идентичных той, о которую он самозабвенно бился плечом. Подземный лабиринт был тюрьмой для пленных людей, которая по непонятным причинам в последнее время опустела.
– Ну, вот и пришли. – Заботливая мамаша остановилась и отпустила руку моррона.
– Где мы? Опиши, что видишь, – попросил спутницу Дарк, даже не пытаясь вслушаться в неимоверную тишину, царившую вокруг.
– Абсолютно пустая комната площадью приблизительно десять квадратных метров, три коридора. Мы пришли из того, что слева от тебя, – методично начала перечислять Миранда. – Впереди небольшая лестница, ступеней двадцать, ведет наверх, к двери.
– Дверь какая, железная? – решил уточнить Дарк, у которого от дурного предчувствия заныло все еще болевшее плечо.
– Железная, но она лишь прикрыта. Ты отсюда не видишь, но между ней и стенкой узкая полоска света. Я и сама не сразу заметила, – обрадовала моррона Миранда.
– Тогда чего мы стоим? Пошли!
– Постой. – Ладонь Миранды легла на многострадальное плечо и остановила рвущегося на свободу моррона. – Ты уверен в том, что делаешь? Наверху действительно много вампиров, они учуют тебя, как только переступим порог.
– Есть другие предложения? – кратко спросил моррон, сам не знавший, как поступить, но не видящий смысла и дальше отсиживаться в темноте и сырости.
– Если тебя чуть-чуть обмазать моей кровью…
– Милая, – перебил Дарк, заранее просчитавший этот вариант, – мы, морроны, как варканские сыры, чем дольше живем, тем от нас сильнее пахнет. Не я придумал, могу сослаться на авторитетный источник, то есть на слова твоей госпожи. Это «чуть-чуть» в моем случае вырастает до нескольких литров. Ты опять обессилеешь, а мне крыс по подвалу гонять. Нет уж, так пошли!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
