люди не переносят кровопускания из-за общего дурного состояния тела, хотя их болезнь требует применения именно этого средства. Если наша задача — различать все эти случаи, то нам необходимо рассмотреть каждый из них в отдельности, как и для других методов лечения[130]. Если же делать классификацию кровопусканий, то, как и для любого другого метода лечения, следует исходить из части тела. Далее, следует сказать о том, какие вены надлежит вскрывать. Ведь неоднократно обсуждалась следующая проблема: одни говорят, что не имеет значения, какую вену вскрывать, а другие, в том числе Гиппократ и славнейшие из врачей, утверждают, что большая разница, вскрывать ту или эту вену. Когда ответ на этот вопрос будет найден, следует определить цели этого лечения, исходя из которых надлежит определять необходимое количество выпускаемой крови. Кроме того, в некоторых случаях предпочтительно проводить однократное кровопускание, а в некоторых полезно произвести так называемое «дополнительное изъятие», у некоторых пациентов необходимо удалять кровь до тех пор, пока они не потеряют сознание, в иных же случаях этого следует остерегаться, как величайшего зла. Все это необходимо иметь в виду тому, кто хочет хорошо пользоваться этим лечебным средством.
2. Обо всем этом уже сказано в моей книге «О методе лечения», а также в специальном сочинении против Эрасистрата, где я доказываю, что он не прав, отвергая этот метод лечения. Еще одно сочинение написал я против тех последователей Эрасистрата, которые утверждают, что этот человек пользовался данным лечебным средством. В любом случае они достойны презрения: либо как коварные и жалкие софисты, которым доставляет удовольствие изобретать все новые и новые аргументы в пользу своей теории, хотя они и знают, что она ложна, либо как неучи-самозванцы, которые не знают о величайшей пользе этого средства, но придумывают аргументы против него. То же справедливо и для другого уроженца Книда, Хрисиппа, который полностью изъял вскрытие вен из числа лечебных средств. В этом за ним последовали и ученики его, Мидий и Аристоген, также славные среди эллинов. Затем Эрасистрат, прославившийся еще больше, чем они, сделал мнение Хрисиппа еще более известным. Что касается его учеников, то сначала все они разделяли мнение своего учителя, однако затем некоторые из них отказались от него. Они устыдились, но и в стыде своем остались бесстыдными. Ведь как иначе сказать о тех, кто утверждает, что Эрасистрат рекомендовал вскрытие вен, в то время как ни в одном из своих сочинений он не рекомендует его ни при каком заболевании? Они утверждают, что естественно, чтобы тот, кто использовал в качестве опустошающего средства голодание, тем более пользовался для удаления лишнего вещества вскрытием вен. И при этом все те, кто так говорят, считают правильным прибегать к вскрытию вен в тех состояниях, для которых Эрасистрат рекомендовал голодание. Так неужели, если он пишет в сочинении «О лихорадках»: «В начале болезни рекомендуется голодание», — из этого следует, что всем больным лихорадкой нужно вскрывать вены? А ведь в данном случае эти последователи Эрасистрата утверждают именно это. Воистину, величайшим злом будет, если они внушат молодым людям, изучающим врачебное искусство, что следует действовать подобным образом. Но еще большим злом будет, если они станут делать это, не учитывая другие факторы, которые нужно в данном случае иметь в виду. Об этом мне пришлось отдельно писать в другом сочинении, доказывая молодым людям, что Эрасистрат не пользовался вскрытием вен, ведь это лучше, чем считать, что следует прибегать к вскрытию вен во всех случаях, для которых он рекомендовал голодание. Ведь наибольшая польза для больного от того или иного лечебного средства происходит в том случае, если использование этого средства бывает уместным. По моему мнению, пожалуй, и не было бы мне особой необходимости писать о вскрытии вен еще одну книгу, притом что я изложил то, что касается использования этого средства, в сочинении «О методе лечения», а также в сочинении «О здоровье». Также в двух книгах, одна из которых направлена против самого Эрасистрата, а другая — против его римских последователей, я изобличил их ложные мнения. Однако по просьбам многих моих друзей-врачей, которых отпугнула необходимость читать сочинение «О методе лечения»[131], я был, наконец, вынужден взяться за настоящее сочинение, чтобы не показалось, что я злонамеренно лишаю их важного знания, и изложить в надлежащем порядке все, что касается этого метода лечения. Итак, настало время приступить к изложению.
3. Слово «состояние», как я говорил в другом месте[132], происходит от глагола «состоять» и, как и он, может относиться к множеству вещей. Однако на протяжении всего настоящего сочинения мы будем подразумевать под этим понятием лишь всевозможные отступления от естественного состояния. Во-первых, следует рассмотреть, какие из них требуют опустошения, а во-вторых — в каких из состояний, требующих опустошения, надлежит прибегать к вскрытию вен. И так как для исследования любого вопроса любой науки, как и в целом в нашей жизни, нам необходимо два инструмента, а именно разум и опыт, мне кажется, что и в настоящем случае надлежит исследовать предложенный вопрос либо лишь с помощью разума, либо лишь с помощью опыта, либо с помощью того и другого. А разумное рассуждение, в свою очередь, может либо опираться в своих открытиях и доказательствах исключительно на общепринятые доводы здравого смысла, либо пользуется также выводами прежних рассуждений такого рода, и, как мы уже показали, любая наука пользуется обоими названными видами рассуждений. Так что и мы ныне будем пользоваться обоими способами рассуждения, в той мере, в которой применение каждого из них покажется нам уместным. Итак, первым видом рассуждений пользуются все люди на протяжении всей своей жизни, а вторым не все — он присущ лишь людям ученым. Например, геометр доказывает первым способом лишь первую теорему своего искусства, а в дальнейшем пользуется только вторым способом, но в каждом из доказательств применяет и то, что обнаружено первым способом. И чем дальше он отходит от первой теоремы, тем дальше он оказывается от первого способа рассуждения, а под конец почти совсем не пользуется им, но доказывает новые положения через уже доказанные и из этих новых, в свою очередь, выводит следующие. Так, уходя все дальше и дальше в своих рассуждениях, он доказывает то, что людям несведущим кажется невероятным, например, вычисляет не только размеры Солнца, Луны и Земли, но и расстояние между ними. Исходя из этих данных, ученые, следующие этим путем, изобрели солнечные часы и клепсидры и научились предсказывать солнечные и лунные затмения. Поэтому и мы в данном научном рассуждении будем пользоваться многими положениями, доказанными
