15. И благословил Рагуил Бога, говоря: благословен Ты, Боже, всяким благословением чистым и святым! Да благословляют Тебя святые Твои, и все создания Твои, и все Ангелы Твои, и все избранные Твои, да благословляют Тебя вовеки!
15. В отличие от принятого греческого текста, в котором славословие усвояется одному Рагуилу, в других греческих кодексах оно приписывается Рагуилу совместно с Саррою.
16. Благословен Ты, что возвеселил меня, и не случилось со мною так, как я думал, но сотворил с нами по великой Твоей милости!
17. Благословен Ты, что помиловал двух единородных! Доверши, Владыка, милость над ними: дай им окончить жизнь во здравии, с весельем и милостью!
18. И приказал рабам своим зарыть могилу.
19. И сделал для них брачный пир на четырнадцать дней.
20. И сказал ему Рагуил с клятвою прежде исполнения дней брачного пира: не уходи, доколе не исполнятся эти четырнадцать дней брачного пира;
19–20. 14 дней или две недели брачного торжества - срок, вдвое превышающий обычную продолжительность этого торжества на древнем и новом Востоке (Быт XXIX: 27–28; Суд XIV: 17; в теперешней Сирии, по свидетельству Ветцштейна, брачное торжество продолжается тоже 7 дней: - «царская неделя» новобрачных).
21. а тогда, взяв половину имения, благополучно отправляйся к отцу твоему: остальное же получишь, когда умру я и жена моя.
Глава IX
Путешествие Рафаила в Раги
1–4. Просьба Товии к Рафаилу Азарии сходить в Раги мидийские за долгом Гаваила. 5–6. Рафаил исполняет просьбу и приводит самого Гаваила на брачное торжество Товии и Сарры.
1. И позвал Товия Рафаила и сказал ему:
2. брат Азария, возьми с собою раба и двух верблюдов и сходи в Раги Мидийские к Гаваилу; принеси мне серебро и самого его приведи ко мне на брак;
2. Верблюды требовались Азарии - Рафаилу как ввиду предстоящей перевозки денег от Гаваила - 10 талантов серебра ( I: 14 ; IV: 20 ) весили никак не менее 25 пудов, - так и для переезда самого Азарии, Гаваила и рабов Рагуила.
3. ибо Рагуил обязал меня клятвою, чтоб я не уходил;
4. между тем отец мой считает дни и, если я много замедлю, он будет очень скорбеть.
5. И пошел Рафаил и остановился у Гаваила и отдал ему расписку; а тот принес мешки за печатями и передал ему.
5. Деньги хранились, запечатанные в мешках; последние и были положены на верблюдов.
6. И на утро рано встали они вместе и пришли на брак. И благословил Товия жену свою.
6. Принятый греческий текст: καί ευλύγησεν Ταβείας γυναίκα αυτού, слав.: И благослови Товия жену (так и русск. синод.) дает неудобоприемлемую и расходяшуюся с контекстом речи мысль. По Синайск. код. и другим текстам, напротив, не Товия, а Гаваил (по прибытии своем в дом Рагуила на брачное торжество) благословил Бога и призвал благословение Боже на Товию и его жену. В Вульгате (ст. 9–11) приведен и самый текст благословения, преподанного новобрачным со стороны Гаваила.
Глава X
1–7. Скорбь Товита и жены его о Товии. 8–14. Рагуил и Една, по настоятельной просьбе Товии, отпускают последнего с женой и напутствуют их благословениями и благопожеланиями.
1. Товит, отец его, считал каждый день. И когда исполнились дни путешествия, а он не приходил,
2. Товит сказал: не задержали ли их? или не умерли Гаваил, и некому отдать им серебра?
3. И очень печалился.
4. Жена же его сказала ему: погиб сын наш, потому и не приходит. И начала плакать по нем и говорила:
5. ничто не занимает меня, сын мой, потому что я отпустила тебя, свет очей моих!
6. Товит говорит ей: молчи, не тревожься, он здоров.
7. А она сказала ему: молчи ты, не обманывай меня; погибло детище мое. - И ежедневно ходила за город на дорогу, по которой они отправились; днем не ела хлеба, а по ночам не переставала плакать о сыне своем Товии, пока не окончились четырнадцать дней брачного пира, которые Рагуил заклял его провести там. Тогда Товия сказал Рагуилу: отпусти меня, потому что отец мой и мать моя не надеются уже видеть меня.
1–7. В ст. 2 по принятому греческому тексту стоит неуместное слово κατάσχονται, слав.: посрамлени суть ; здесь очевидная ошибка, которую легко исправить по другим текстам: в Синайск. код. LXX стоит κατεσξέθη, в Vet. Lat. и Vulg.: detentus est, задержан, т. е., по предположению Товита, сын его мог быть задержан какими-либо затруднениями при получении денег у Гаваила.
Равным образом в ст. 5 в принятом греч. тексте стоит совершенно неуместное выражение: ού μέλει μοί, слав.: несть попечения мне . Правильное чтение опять имеется в Синайск. сл.: ουαί μοι, и в Vet. Lat: vale mini, или в Vulg.: Неu heu me.
8. Тесть же сказал ему: побудь у меня; я пошлю к отцу твоему, и известят его о тебе.
9. А Товия говорит: нет, отпусти меня к отцу моему.
10. И встал Рагуил и отдал ему Сарру, жену его, и половину имения, рабов и скота и серебро,
11. и, благословив их, отпустил и сказал: дети! да благопоспешит вам Бог Небесный, прежде нежели я умру.
12. Потом сказал дочери своей: почитай твоего свекра и свекровь; теперь они - родители твои; желаю слышать добрый слух о тебе. И поцеловал ее. И Една сказала Товии: возлюбленный брат, да восставит тебя Господь Небесный и дарует мне видеть детей от Сарры, дочери моей, дабы я возрадовалась пред Господом. И вот, отдаю тебе дочь мою на сохранение; не огорчай ее.
13. После того отправился Товия, благословляя Бога, что Он благоустроил путь его, и благословлял Рагуила и Едну, жену его. И продолжал путь, и приблизились они к Ниневии.
8–13. В принятом греч. тексте, равно в слав.-русск. перев., в ст. 11 замечается пропуск находящихся в других греческих списках слов: καί ίδοιμι υμώνπαιδία - да увижу детей ваших, - вследствие чего получается странная мысль, будто бы Рагуил просил Бога, чтобы Он благопоспешал благословляемым лишь до смерти его.
В целом, благословение, преподанное Рагуилом и Едною своей дочери Сарре и зятю - Товии (ст. 11–13), представляет прекраснейший образец родительского благословения новобрачным в Ветхом Завете. Не напрасно и вообще брак Товии считался и считается у евреев совершенным образом брака святого и благочестивого, почему подражать в устроении брака брачному торжеству Товии считается правилом у евреев. Возвышенное библейское воззрение на брак, как на благоустановленное моногамическое единение мужчины и женщины (Быт II–III гл.), в книге Товита является проведенным и осуществленным в самой жизни благочестивых Товита и Товии.
Глава XI
Прибытие Товии в Ниневию
1–3. Приготовление к встрече с родителями. 4–9. Радостная встреча Товита и Анны с сыном. 10–14. Прозрение Товита. 15–18. Встреча Товитом Сарры и новое семидневное брачное торжество в Ниневии.
1. И сказал Рафаил Товии: ты знаешь, брат, в каком положении ты оставил отца твоего;
2. пойдем вперед, прежде жены твоей, и приготовим помещение;
3. а ты возьми в руку и желчь рыбью. И пошли; за ними побежала и собака.
1–3. В Синайское кодексе LXX ст. 1 названа местность, к которой приблизились путники - Рафаил и Товит с Саррою на пути к Ниневии: εις Κασερείν, ή έστιν κατέναντι Νινευή, no др. списку - εις Καισαρειαν. Но, конечно, здесь нельзя видеть какую-либо из Кесарии, явившихся лишь в пору римского владычества. Равным образом о поставленном в Вульгате ст. 1 имени Сharan нельзя видеть известного из истории Авраама месопотамского города Харрана (Быт XI: 31, сн. Толков. Библия т. I), к юго-вост. от г. Едессы, впоследствии входившего в состав царства Ассирийского (4 Цар XIX: 12; Толков. Библ., т. II), так как последний Харран лежал на северо-западе Месопотамии, след. на запад от р. Тигра, тогда как местность, упоминаемая в кн. Товита ( XI: 1 ), лежала во всяком случае к востоку от Тигра (сама Ниневия лежала на восточном берегу Тигра, а Екбатаны и Раги мидийские были еще далее на восток). Без сомнения, здесь имеется в виду какая-либо местность, неизвестная переводчикам книги (может быть, Kisiri при канале реки Косера - Husur, см. у проф. Дроздова , с. 507–508).
4. Между тем Анна сидела, высматривая на дороге сына своего,
5. и, заметив, что он идет, сказала отцу его: вот, идет сын твой и человек, отправившийся с ним.
6. Рафаил сказал: я знаю, Товия, что у отца твоего откроются глаза;
7. ты только помажь желчью глаза его, и он, ощутив едкость, оботрет их, и спадут бельма, и он увидит тебя.
8. Анна, подбежав бросилась на шею к сыну своему и сказала ему: увидела я тебя, дитя мое, - теперь мне хотя умереть. И оба заплакали.
