— Что случилось, Зейл? — сдавленным голосом спросил Дикерсон. — Я вроде приказал тебе оставаться на корабле… тьфу! — на самолете.
— Я посчитал, сэр, что следует доложить о том, — сказал пилот, — что на остров только что приземлился еще один самолет.
Дикерсон и Дал недоуменно воззрились друг на друга.
Глава 64
Тишина висела над покрытым пятнами островов заливом, где Флоридская бухта соединяется с болотистым берегом Эверглейдс. Вода и земля образовали здесь одно целое — нечто вязкое, густое и хлюпающее. Шоссе походило на черный шрам, зияющий на поверхности мелководья. На краю дороги стояли две машины. Под ними, частично погрузившись в воду, лежала третья. Вдали, ближе к Мексиканскому заливу, виднелась рыбацкая шхуна, идущая под парусами в направлении Ки-Вест. За ней тянулся белый пенистый след. Чуть ближе — почти рядом с берегом — плыла плоскодонка. Рыбак в широкополой соломенной шляпе отталкивался от дна шестом.
Гусман повесил «манлихер» на плечо, больше доверяя автомату «узи». Держа его наготове, он осторожно подошел к островку, внимательно всматриваясь в густые заросли мангрового кустарника, железных деревьев и тумбо-лимбо. И остановился.
— Эй, Блэквелл! Выходи поиграть! — крикнул Гусман.
— Иди сюда и поймай меня! — крикнул Блэквелл с другой стороны острова. — Я здесь, сукин ты сын. Кончилось твое время.
— Мое время? Да как ты со мной разговариваешь, сопляк? Тебе хоть раз приходилось убивать? Думаешь, у тебя это получится? — Гусман замолчал, прислушиваясь.
Внезапно Блэквелл появился из-за островка с перекошенным от злости лицом. В руке он сжимал короткоствольный «смит-энд-вессон» 45-го калибра. Гусман нажал на спусковой крючок и выпустил автоматную очередь из своего «узи». Правая рука Блэквелла тут же окрасилась в красный цвет. Револьвер выпал из разжавшихся пальцев. Блэквелл наклонился, чтобы поднять его, но новая очередь из автомата заставила его поспешно юркнуть в спасительные мангровые заросли.
Глава 65
Дверь в зал заседаний Багамской корпорации распахнулась. Дикерсон и Дал вскочили. Блэйк и Коэлли застыли возле противоположной стены, словно барельеф гангстерского саркофага.
На пороге появился Симмонс. А за ним — невысокий, стройный Мастер Охоты с приятной улыбкой на лице.
— Я знаю, кто вы такой, — медленно произнес Дал. — Мы имеем на вас солидное досье. Но я никогда не предполагал, что мы можем встретиться.
— Вы и ваши люди любыми способами пытались предотвратить подобную встречу, — сказал Мастер Охоты. — Как видите, напрасно вы старались. Встреча все же состоялась.
— У нас с вами разные пути, — сказал Дал. — Наша организация пытается спасти мир от самоубийственной близорукости и безумия. Вы же и ваша «Охота» являетесь частью этого безумия.
— Вряд ли вы сами в это верите, — сказал Мастер Охоты. — Мы в «Охоте» предлагаем человечеству единственное решение — заменить войну законным убийством на добровольной основе. Вам ведь прекрасно известно, что человек никогда не может полностью удовлетвориться, пока кого-нибудь не убьет. Люди не могут по-настоящему наслаждаться пейзажем, если там не двигается нечто такое, во что можно выстрелить.
Нельзя отключать инстинкты, которые ведут нас к войне и прогрессу. Это лишь приведет нашу расу к полнейшему вымиранию. Мы — человеческие существа — рождены для охоты, мистер Дал, но теперь у нас совсем не осталось дичи. Нам не остается ничего другого, как убивать друг друга. А мы должны убивать. Поэтому нам просто необходимо упорядочить процедуру убийства.
— Но мы все же можем добиться выполнения цивилизованных законов! — воскликнул Дал.
— Вы прекрасно понимаете, что это невозможно, — заметил Мастер Охоты. — Может, через несколько столетий, но не в обозримом будущем. Мой дорогой Дал, наша первейшая и наиглавнейшая задача — возвращение к первоначальному экологическому равновесию. Этим как раз занимаетесь вы и ваша Багамская корпорация. Наша же миссия заключается в том, чтобы отвлечь человечество от войны, предоставив ему не менее захватывающую альтернативу. Без нас и нашей Охоты ваши высокоинтеллектуальные ученые останутся лишь горсткой мечтателей, живущих в своем воображаемом мире, в то время как беснующиеся политики творят свои грязные дела. Будьте практичным, Дал. Давайте действовать сообща.
— В ваших словах есть зерно здравого смысла, — согласился Дал. — Я не могу не отметить, что в наших научно-исследовательских разработках действительно существуют кое-какие недостатки. Дело в том, что люди стали такими равнодушными. Если не происходит никаких катастроф типа Лав-Кэнал[27] или Чернобыля, идея сохранения экосистем Земли абсолютно не привлекает внимания людей. Да, люди хотят заниматься более интересными делами, и пусть уж лучше они добровольно занимаются бессмысленными убийствами, участвуя в Охоте, чем миллионами погибают в не менее бессмысленных войнах. Если бы это зависело только от меня… но, увы! Я всего лишь региональный директор, всего лишь один из тех десяти, кто принимает окончательное решение в Багамской корпорации.
— Я возьму на себя смелость заметить, — сказал Мастер Охоты, — что такому рассудительному человеку, как вы, давно уже пора занять пост главного директора корпорации. Мы, разумеется, окажем вам всестороннюю помощь.
Дал рассмеялся:
— Вынужден признать, что ваша идея весьма заманчива. Но, уверяю вас, это абсолютно невозможно.
— О, все в нашей власти, — ответил Мастер Охоты, и его лицо расплылось в улыбке. — По правде говоря, ничего другого вам и не остается. Я взял на себя смелость информировать вашу уважаемую организацию, что вы перешли на нашу сторону.
— Они никогда вам не поверят!
— Поверят. Мы уже приступили к исполнению плана «Диоскуры». В данный момент команда наших специально обученных убийц уничтожает ваших главных чиновников.
— Вы не посмеете! — воскликнул Дал.
— Ни вы, ни я не в силах этому помешать. К исходу дня ваша компания окажется без руководства. Так что давай, Дал, не стесняйся, пользуйся случаем! Неужели ты не понимаешь, что мы вдвоем можем свалить правительство США! И у тебя, и у нас есть могущественные друзья в Конгрессе. Объединим наши усилия — и это станет началом нового порядка для человечества.
Дал прищурился, пытаясь проанализировать возможные варианты своих действий. Да, действительно, выбора у него не было.
— Ну, честно говоря, — сказал он, — мне наплевать, сколько человек погибнет в вашей дурацкой Охоте. Главное, что мы с коллегами сможем спасти мир. Ладно, Мастер, я с тобой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
