в модном боулинг-клубе неделю назад…
* * * * *
О том, что Саша будет днем в боулинге, она узнала совершенно случайно – из услышанного краем уха телефонного разговора Макса с мужем. По некоторым репликам охранника – и, главным образом, по его двусмысленному и несколько игривому тону она догадалась, что Белов, по всей видимости, будет там не один.
Ольге давно уже не терпелось взглянуть на свою соперницу. Вдобавок ее вдруг охватило мстительное желание поставить в неловкое положение мужа и посмотреть, как он станет из него выкручиваться.
С Максом, понятное дело, своими намерениями она делиться не стала. Просто попросила отвезти ее в косметический салон по соседству с боулинг-клубом, а когда машина проезжала мимо него, приказала остановиться. Для Макса это оказалось полной неожиданностью, он растерялся, замешкался, и Ольга, воспользовавшись этим, первой устремилась к дверям клуба.
Влетев в игровой зал, она остановилась и быстро окинула его цепким, внимательным взглядом. За ее спиной Макс предупреждающе сигналил Белову, но Ольге все-таки удалось увидеть Сашу раньше, чем муж заметил ее.
Белов сидел за столиком с высокой крашеной блондинкой, лица ее видно не было – она сидела к входу спиной. Ольга двинулась к ним. Саша, наконец, увидел жену, легкомысленная улыбочка сползла с его лица. Он что-то коротко сказал своей спутнице, та недоуменно оглянулась и удивленно округлила губы.
Взгляды женщин скрестились. Мрачный и решительный – Ольги и вызывающий, нагловатый – Анны. Подчеркнуто неторопливо артистка поднялась с кресла и, послав напоследок Ольге снисходительно-торжествующую улыбку победительницы, направилась к стойке бара.
От игровой дорожки к Белову метнулся Пчела. Он склонился к нему и зашептал что-то – горячо и торопливо.
Ольга шла как на дуэль, как на главный в жизни поединок – собранная, решительная, напряженная, как натянутая струна. Все ее чувства были обострены до предела, и поэтому она сумела расслышать, как прошипел мужу сердитый Витя Пчелкин:
– Развяжись с этой сукой, Саша! Что ты делаешь? Жена вернулась!
А уже через секунду он проворно развернулся ей навстречу и с преувеличенной радостью воскликнул:
– Привет, Оль! Какими судьбами?!
Белов с некоторым удивлением посмотрел на друга.
– Здравствуй, Витя, – улыбнулась ему – и только ему – Ольга и мельком чмокнула его в щеку. – Так, ехала мимо…
Она опустилась в кресло, где только что сидела Анна. Кожа спинки еще хранила тепло ее тела. Пчела, помявшись у столика, виновато развел руками:
– Пойду поиграю…
Белов проводил его долгим взглядом и нехотя повернулся к жене.
– Что случилось? – хмуро спросил он.
– Ничего, – покачала головой Ольга. – Пока меня не было, у тебя появились новые увлечения… Боулинг, что еще?
Белый поморщился словно от зубной боли и снова отвернулся к дорожкам боулинга.
– Оль, ты знаешь поговорку: «Не буди спящую собаку»? Ну на черта обострять?
– Не говори мне о собаках.
– Ты же понимаешь, о чем я. – Белов коротко, исподлобья взглянул на жену.
– Понимаю… – с горечью кивнула Ольга.
Она взяла со стола бокал с недопитым шампанским – его края были испачканы яркой губной помадой. Повертев бокал в руках, Оля поставила его на место.
– Странно жизнь оборачивается, правда? – задумчиво и печально сказала она. – Я ведь так по тебе скучала! И Ванька год без отца прожил… Если не считать твоего единственного приезда.
Белов ничего не отвечал. А Ольга словно ждала чего-то от него, каких-то простых и ясных слов, которые разрядили бы эту тягостную тишину, не дали бы разразиться грозе и вернули бы спокойствие в их маленький мир.
Но Саша, свесив голову, упрямо молчал. Все, что слышала Оля – это бешеный галоп своего загнанного сердца и дробный перестук сбитых шарами кеглей.
Она подавила рвущийся из груди тяжкий вздох и постаралась улыбнуться:
– Ладно, Саш, не бери в голову. Я действительно просто ехала мимо…
Белов и на этот раз ничего не ответил. Оля встала.
– Ты будешь сегодня? – тихо спросила она. В последнее время Белов ночевал дома нечасто, и этот странноватый вопрос вовсе не был риторическим.
По-прежнему не поднимая глаз, Саша утвердительно кивнул. Помедлив у столика еще секунду, Оля развернулась и быстро направилась к выходу.
– Макс! – крикнула она на ходу. – Поехали! Но раньше Макса к ней подскочил Пчела.
– Оль, подожди!
Он поднял на нее виноватые глаза и замялся. Вите было больно за ее унижение – это Оля видела ясно. Он осторожно коснулся ее плеча ладонью.
– Ты это… не парься, – наконец, выдавил он и постарался улыбнуться, – все будет нормально!
– Угу… – кивнула Оля. – Пока…
– Пока.
Поверх плеча Пчелы Оля бросила последний взгляд на свою соперницу. Рядом с артисткой, положив руку ей на талию, отирался Фил. Он приветственно помахал Ольге, всем своим видом демонстрируя ей, что девушка рядом – его. Даже на секунду прижался щекой к ее крашеным волосам. Анна вызывающе улыбалась, держа в руке тяжелый шар для боулинга.
Оля постаралась взглянуть на нее беспристрастно – нет, не получалось, артистка напоминала ей отвратительную скользкую ящерицу, ощерившую в наглой ухмылке свой безгубый рот.
Ольге страшно захотелось поставить на место эту игуану: проходя мимо Анны, она мягким, но сильным движением выбила шар из руки соперницы. Маленькая, но бесполезная победа!
Переступая порог, она заметила, как Витя Пчелкин обернулся к Саше и в ярости постучал себя кулаком по лбу.
XXXXI
Доставив Ольгу с сыном до поликлиники, Фил встретился с Аней, вернул ей камеру и поехал в модный клуб в центре Москвы, принадлежавший их чеченским партнерам. Там должна была состояться важная встреча хозяев клуба с руководством Бригады, собирались обсуждать какой-то новый проект. Фил заметно опаздывал, но это его нимало не беспокоило – в коммерческих делах Бригады он мало что понимал и не особенно ими интересовался, предпочитая заниматься своим делом – вопросами безопасности.
Несмотря на относительно ранний час, в клубе уже было довольно много народу. Гремела музыка, сверкали разноцветные огни, у своих шестов вовсю трудились девочки-стриптизерши.
Фил пересек просторный зал, открыл служебную дверь и нос к носу столкнулся с одной из них.
– Валерочка! – радостно промурлыкала девица и ласково провела по его щеке затянутой в шелк ладонью.
Она только-только закончила свой номер, поэтому из одежды на ней были только длинные красные перчатки, такого же цвета туфли и некая конструкция из шнурков и тесемок, едва прикрывающая гениталии девушки.
Расплывшийся в улыбке Фил с готовностью полез в карман. Зеленая бумажка с портретом президента Гранта в
