Читаем без скачивания Адептус Астартес: Омнибус. Том I - Энди Смайли

Закончив уничтожать тело Воара, Иктин подобрал Копье Души. Это была реликвия Великого крестового похода, созданная самим Рогалом Дорном в те времена, когда Император завоевывал галактику во имя Человечества. Примарх отдал Копье Испивающим Души в знак того, что они являются его детьми наравне с Имперскими Кулаками.

Разумеется, это было сказкой. На самом деле происхождение Копья Души, как, впрочем, и вся остальная история Испивающих Души, было покрыто таким же мраком, какой застилает любые из имперских анналов. Копье Души активировалось генами и подчинялось лишь тем, кто обладал генокодом Испивающих Души, поэтому кто бы ни создал или нашел этот артефакт, это был точно не Рогал Дорн. Копье Души, как и остальная часть вселенной, было ложью.

Но это не означало, что Копье бесполезно. Деният это понял. Как и весь Империум, Копье Души основывалось на лжи, но, тем не менее, могло стать частью плана.

Задуманное Дениятом преобразование Империума было процессом не из приятных. Как и любое дело, которое стоило того, чтобы за него приниматься. Но, несмотря на кровь, страдания и смерть, когда все закончится, вселенная поблагодарит Денията.

От разбросанных по полу дипломатических кают останков Воара Иктин направился к Глазу Хищника, чтобы стать свидетелем того, как зарождается будущее Империума.

Гефсемар и Давикс начали штурм сердца похожей на лабиринт библиотеки одновременно и с двух сторон, чтобы застать Сарпедона врасплох.

Но Сарпедона невозможно было застать врасплох. Освещаемый пламенем, охватившим книжные шкафы за его спиной, библиарий повернулся к Сангвинарным Ангелам и Серебряным Черепам, словно ожидал их появления.

Давикс открыл огонь. Реакция Сарпедона была столь молниеносной, что болтерные заряды взрывались, попадая в лезвие топора Меркаэно, который мутант подставлял под выстрелы.

Испустив струю пламени из прыжкового ранца, Гефсемар рванулся к магистру Испивающих Души. Движением расположенных слева ног Сарпедон бросил в сторону космодесантника тяжелый деревянный стол. Врезавшись в препятствие, Сангвинарный Ангел отлетел в сторону и угодил в книжный шкаф, похоронивший его под грудой горящих книг.

Среди пламени и резни разворачивающееся дальше сражение выглядело почти поэтично. Давикс парировал болтером удар топора Меркаэно, но рухнул на пол от взмаха конечности Сарпедона. Гефсемар вскочил на ноги и сделал выпад глефой, Сарпедон с невероятной ловкостью ускользнул от удара и ударил обухом топора в живот Сангвинарного Ангела, чтобы лишить его равновесия.

Выпрыгнувший из пламени капитан Луко врезался в Давикса прежде, чем осадный капитан снова смог вступить в бой. Два воина Адептус Астартес обменялись ударами столь быстрыми, что человеческий глаз едва мог их заметить, молниевые когти Луко смазались в широкую бело-синюю дугу, отбив в сторону ствол болтера Давикса, чтобы осадный капитан не успел выстрелить.

Гефсемар взвился в воздух и ринулся вниз из языков пламени. Сарпедон вытянул руку, схватил Гефсемара и притянул вплотную к себе, чтобы Сангвинарный Ангел не мог использовать глефу. Космодесантники начали бороться. Сарпедон воспользовался своей физиологией мутанта, чтобы провести неожиданный захват и опустить Сангвинарного Ангела на пол. Затем поднес к его горлу лезвие топора Меркаэно. Гефсемар активировал прыжковый ранец, но Сарпедон оказался сильнее, его снабженные когтями конечности вцепились в пол, сохраняя библиария в вертикальном положении.

— Отходим! — раздалось в вокс-канале Имперских Кулаков. Голос, отдавший приказ Воющим Грифонам, Серебряным Черепам и Сангвинарным Ангелам, принадлежал капитану Лисандру, — всем подразделениям, отступить к местам сбора! Немедленно прекратить атаку!

Вызванного этими словами секундного замешательства хватило Сарпедону, чтобы ударить кулаком в лицевую пластину шлема Гефсемара. Посмертная маска Сангвиния вмялась внутрь, из рельефно очерченного рта хлынула кровь. Драгоценные камни вылетели из золотой оправы, от силы удара все тело Гефсемара содрогнулось.

Давикс видел, что Гефсемар находится в смертельной опасности. Осадный капитан присел, уклоняясь от взмаха когтя Луко, бросился ему в ноги, приподняв в воздух и оттолкнув прочь. Воспользовавшись тем, что Испивающий Души отлетел в сторону, протаранив собой шкаф, Давикс поднял болтер и выпустил в сторону Луко очередь… Испивающий Души перекатом ушел с линии огня, теперь между ним и Давиксом находились деревянные полки и миллионы горящих страниц. Именно этого и добивался Серебряный Череп.

Давикс побежал к лежащему на полу Гефсемару, над которым уже нависла тень топора Сарпедона. Схватив Сангвинарного Ангела за запястье, Давикс выдернул его из — под удара, и топор оставил лишь глубокую пробоину в палубе.

— Уходим, брат! — выдохнул осадный капитан, — Лисандр приказал отступить!

— Битва не окончена, — ответил Гефсемар. Голос его звучал глухо из — за заливающей лицо крови, — враг еще не побежден.

— Приказы здесь отдает Лисандр! Мы отступаем! Собери своих братьев и возвращайся в зал хористов! Мы вас прикроем!

Космодесантники начали отступать сквозь дым и развалины. Сарпедон смотрел, как они уходят, и не собирался их преследовать, поскольку неподалеку определенно были другие их боевые братья.

Из тлеющих обломков книжного шкафа выбрался Луко.

— Проклятье, я сниму с тебя шкуру! — крикнул он в спину Давиксу.

Сарпедон положил руку на его наплечник.

— Постой, брат, — сказал он, — тут что — то не так.

Грэв рискнул высунуться из — за баррикады и осмотреться. На последнюю выпущенную Испивающими Души болтерную очередь ответа не последовало. Сквозь дым сержант увидел фигуры Воющих Грифонов. Неоторые из них стояли на одном колене с оружием наизготовку, но большинство отступало.

Грэв поднялся, прицелился и несколько раз выстрелил в мелькающие в дыму фигуры. Рядом с ним уже стоял Салк, также ведущий огонь.

— Они отступают, — сказал Салк, меняя магазин.

— Не так уж сильно мы их и потрепали, — отозвался Грэв, — я думал, они нас одолеют.

— Значит, случилось что — то еще, — сказал Салк.

— Не обольщайся. Возможно, они просто собирают силы для второй атаки.

— Нет, — ответил Салк, — Только не тогда, когда им удалось нас прижать. Только не Воющие Грифоны, и только не в такой ситуации. Они напирали бы до тех пор, пока либо мы, либо они, не были бы мертвы все до единого. А здесь… что — то пошло не по их замыслу.

— Возможно, логика все же одержала верх, — сказал Грэв.

Когда грохот перестрелки сменился одиночными редкими выстрелами, рев пламени и лязганье доспехов стали восприниматься как некая форма тишины, словно библиотека оказалась в глазу бури. За баррикадой лежали два Испивающих Души, сраженные шрапнелью и болтерным огнем. Один из них был мертв, Грэв и Салк видели изорванное тело и кровь, уже свернувшуюся в кристаллическую массу вокруг огромной и глубокой, до самого позвоночника, раны. Второй лежал неподвижно, но ранение в ногу, хотя и было довольно серьезным, в принципе, не должно было стать смертельным.

— Нам нужен Паллас, — произнес Грэв.

— Его с нами нет, — ответил Салк, — Испивающие Души! Соберите павших и отступайте на позицию Сарпедона! Брат Маркис, Фессалон! Прикройте нас!

Сквозь дым продвигались пережившие десятки атак Воющих Грифонов Испивающие Души. Они выглядели как призраки солдат давно закончившейся битвы, застрявшие на этой стороне реальности и ночь за ночью снова участвующие в том же самом кровопролитии. Большинство космодесантников выжило, отделавшись незначительными ранениями, но не было никаких сомнений в том, что численность и ярость Воющих Грифонов вскоре помогут им одержать верх. Но сейчас Грифоны отступили, а на их место, несомненно, пришел какой — то неизвестный противник, ни в коей мере не стремящийся облегчить участь Испивающих Души.

— Нет, — сказал Грэв, — если задуматься, то логика причиной быть не может.

— Выкладывай все, что знаешь, — сказал магистр ордена Владимир.

— Конечно, — ответил кастелян Левкронт, — нам мало что известно, но могу подтвердить, что мы лишились грузового отсека по правому борту.

Левкронта вызвали в Горн Эпох, который стал штабом Владимира. На полученных с поля боя пиктах мало что можно было увидеть, кроме дыма, а в вокс-канале слышались лишь отрывистые команды и возгласы возмущения, раздавшиеся после внезапного приказа отступать. Несмотря на это, Воющие Грифоны сохраняли порядок и уже приближались к кают-компании. Главная проблема была в другом.