— Джони. Возьми. Это награда Сорок второго.
Голос главного клона на борту, после лайн-коммандера Чёса, вырывает из сумрака боли.
В руках Кэпа красивая простая, обтянутая бархатом коробочка, на подушке под свидетельством о награждении, закрепленном ленточкой на крышке, лежит новенькая, простенькая, но никому кроме нас, здесь всех собравшихся, ненужная медаль. Орден "Герой Республики III ст."
Аккуратно ставлю открытую коробочку на полку под фотографией. Чего тут только нет. От разбитых шлемов до фигурок, вырезанных из всего на свете теми, кто уже никогда ничего не сможет сделать для тех, кто собрался тут.
Кто-то что-то говорил. Наверное, правильные красивые слова. Нужные. А я стоял и сжимал нож в руке не в силах его ни отпустить, ни выронить. Сорок второй, братишка, ну как же так, а? Как же я теперь без тебя?
— Простите, парни, — шепчу, — не сберёг. Наверное, я плохой командир.
— Вы хороший командир, сержант, и должны гордиться такими подчинёнными, — сказал подошедший летёха.
Осознание того, что я тут стою не один — смело наплывом странного, щемящего чувства в груди. Вроде как осиротел и вроде как вдруг нашелся. Обернулся и… Мимолётное, неуместное, но правильное ощущение, что вот они, все, кто погиб, тут стоят, среди живых, и улыбаются, подбадривая. Практически слышу, как Сорок второй шепчет из строя — "Не расстраивайся, Джони, я не умер, просто ушел в Силу на перегруппировку. "
Поднимаю взгляд на летёху.
— Я горжусь, сэр, — улыбнулся я, сглатывая слезу. — Я ими горжусь…
____________________
* Ауребеш — язык ДДГ имеет свою циферно-буквенную литерацию.
Город в облаках (ч.1) Шухер
Вот всё в армии хорошо. Везде порядок, всё разлиновано, отмерено, закреплено положением соответствующего устава, и за каждый винтик отвечает специально назначенный боец, а если у винтиков наметился комплекс мероприятий от ПХД до боевой тревоги — соответствующий дежурный. Делается это для того, чтобы в случае если какая-нить кракозябла превысит или проебланит — соответствующим образом, с помощью фантазии и лютого старшины эту самую кракозяблу просветительно наскипидарить, дабы не началась в войсках анархия, долбокретинизм и прочая небоеспособность.
Страшнее небоеспособности может быть только небоеспособность тотальная. Это когда, так сказать, ВЕСЬ наличествующий состав отказывается по каким-либо причинам выполнять поставленную задачу. Даже когда бойцы переходят на сторону врага — это херня. Ты по крайней мере знаешь — с кем, чем и как воевать, и какие сведения уплыли на ту сторону.
Нет, оно по первой у горе-командиров вызывает легкое недоумение, когда бойцу говорят — приказ — спуститься в яму с говном, а потом ему начинают разные неэротичные позы из камасутры советовать принять, чтобы ему, значит, в яму интереснее лезть было, ну и хлебало его, бойцовское, значит, пошире открыть, чтобы выхлебать, значит, эту яму быстрее… А он, боец, значит, глазками так это — хлоп-хлоп и такой: "Не буду". А ему говорят — мол, ты чего, товарищ боец, охренел, мол, лезь, говорят тебе, а то щас тебя, понимаешь, в той самой эротичной, понимаешь, позе цуцерыкать будут начальственно-самолично, понимаешь. А он стоит, молчит, мнётся и выразительно так затвором — клац. И тут до горе-командира доходит, что боец этот непросветлённый премудростью неуставного говнохлебания в эротичной позе "зю" ща его командирскую цуцерыкалку натурально отстрелит, а стоящие вокруг остальные бойцы в этой яме с дерьмом его самого ещё и закопают, как хомячка с ящуром.
Ибо истинно говаривают умные полковники — "Комрот-долбоёб — горе в семье."
Вот, значит, стою я, смотрю на ёбанаврот, который творится вокруг, и не знаю — пристрелить пидараса и под трибунал опять прогуляться, хоть и не очень хочется, или хуй его пойми, что делать, но вмешаться надо по-любому, пока до смертоубийства не дошло. Вопрос — как? Да и, сопсна, надо ли? Так-то светиться нельзя, но ситуация уж больно поганая…
А всё потому, что этого, судя по выправке, бывшего юстициара-администратора из штабнюков, клоны ща на мелкие лоскутки порежут. А потом главного администратора, охрану, наёмников и не остановятся, пока не дойдут до барона и натурально не вздёрнут его на рее. Как пирата. А вместо реи можно использовать антенну георадара. Их тут много. Ну тут даже у меня руки чешутся.
— Загружайте товар, я кому приказываю, накрахи танулалуякнах сарта*!!
— Нет, — тихий голос клона-лейтенанта серии 5к был спокойным и оттого жутким, по крайней мере, его было слышно во всём доке.
Почему именно 5к? Элементарно! Расцветка доспеха фазы два: родная "флора" по трафаретам, цвета только вырвиглазные, но в интерьер вписывается идеально. Если чуть отвести глаза от клонов в сторону — их сразу становится почти не видно. Освещение тут такое, что ли? Так, кажется, пора вмешиваться…
А эта "поездка" с самого начала обещала быть томной. Тьху!
Борт "Ту-134", ранее.
*Дилинь-тинь*
БлЯААА!!Аграманадатабакххкарабадяба… Я сейчас кому-то спросонья наваляю. Особенно с недосыпа. Встал поссать, называется. Глаза в полумраке каюты нашарили таймер, на первом циферблате корабельное время 4:32, на втором — обратный отсчёт до прибытия — 2:17. Можно было ещё час покемарить, а тут комлинк сработал.
*Дилинь-тинь*
Да что вам всем от меня надо? У меня нервы, между прочим, посттравматический стресс, контузии на две жизни и хрен пойми чего ещё.
— Кэп, ответил, — тыкаю комлинк, направляясь к сложенному и закреплённому на тумбе поддоспешнику, один хрен сейчас надо будет куда-то идти.
— Это Чёс. Тут второй пакет приказов пришел, зайди на брифинг через полчаса в каюткомпанию.
— Брифинг?
Нихера не понимаю, какой к сарлаку брифинг? Мы вообще отдельное подразделение, практически не подотчётное никому, с хрена ли брифинг? Общевойсковая наступательная? Данунахрен…
— Да, похоже совместная операция. По крайней мере, крюк мы навернули гостей забрать. Стыковка через двадцать минут. Отбой.
Гоня нехорошие мысли о возможном сливе нашей команды путём экстерминатуса в спину в очередном замесе, оделся, умылся, злорадно поухмылялся отправленному вызову своим с текстом приказа. У них на вызове сирена корабельной пожарной тревоги, ща парни обрадуются. А вот нехрен. Не хочу один с утра страдать. Кого там нелёгкая ещё принесла?
— Что случилось?
А голос у неё певучий — отдельно отметило сознание, повернув голову к источнику вопроса. При виде полуобнаженного женского тела организм встрепенулся везде. И знаете, что? В офицерских каютах Аккламаторов нихрена не двуспальная кровать. Их тупо две. А вот на Щедром — вполне себе траходром. Ссадистка хренова. Я её точно когда-нибудь натурально выебу. Так, стоп. Собрался, кобель. И нехрен пялиться на татуировку мыши на соблазнительном плече… А были же времена… Эээх.
— Сари, собирайся, буди Асоку, и запритесь в каютах пока. Через двадцать минут на борту будут гости, я после брифинга зайду.
— Хорошо, — мурлыкнула Дженг, пластично потянувшись, встала и, набросив накидку на то самое плечо, в одном белье продефилировала к выходу, украдкой стрельнув взглядом на мой стояк. Ссучка. Вторые сутки меня изводит. "Давай поговорим, мне страшно, мне грустно, Кэп, расскажи то, расскажи сё…" Асока хоть не домогается. Ну, то есть и джедайка не домогается, но это больше похоже на издевательство. Спущусь на планету и при первой же возможности пойду в бордель. Не люблю это дело вне проверенных «Берёзок», но реально надо, ибо нихрена не железный. И голова туго соображает. Понять бы ещё — чё им надо? Хотя и так понятно — типа, расскажи про будущее, а я тебя поцелую… может быть… Помнится, пару лет назад она не понимала в принципе, почему её с нами в бордель не пустили, а на пьянке возмущалась ещё — дескать, чего это там с твилечками в спальнях делают, что они стонут, может им помощь нужна? Куда всё это делось? Образцовая воспитанница храма же была! А тут — вроде девушка, а девчонка девчонкой.
