– Что это у тебя с рукой, Син? – спрашивает она.
– Все в порядке у него с рукой. – отвечает Майко и поднимает пакет: – вот она, целехонька.
– Вы опять ему руку отрубили?! – изумляется Читосе: – Майко!
– А что сразу Майко?! Может это Акира вон, или Юки!
– Майко!
– Хорошо, хорошо, это я. Но идея была общая!
– Мы готовы! – говорит Акира и все замолкают, отложив споры на некоторое время. Юки и Акира становятся спиной друг к другу и закрывают глаза. Я смотрю на них и ловлю себя на мысли, что они очень разные, Акира в своем костюме и Юки – в школьной форме, что хотя они примерно одинакового роста, в остальном – ну ничего общего, ни во внешности, ни в характере…
Тем временем Юки открывает глаза.
– Льдом и водой! – говорит она и слова ее гремят под сводом тренировочного зала. – ее руки описывают полукруг и перед ней возникает небольшая сфера льда.
– Пламенем и звездой! – вторит ей Акира и ее руки следуют за Юки. Перед ней тоже возникает сфера – но сфера с огнем, шаровая молния. В воздухе раздается гудение и потрескивание, словно рядом работает мощный трансформатор.
Юки начинает двигаться, словно в танце, занимает место Акиры, а Акира – легко скользит и становится на место Юки.
– Проклятием и мольбой! – Акира.
– Светом и вечной тьмой! – Юки. Обе вздымают руки, словно птицы, приготовившиеся взлететь. И – хором.
– Инферно! – кричит Акира.
– Ледяная Буря! – кричит Юки.
– Твою мать! Ложимся! – успел крикнуть я, видя, как на их месте вспух пузырь иссиня‑черной энергии.
В голове звенело. Я сел, помотал головой и осмотрелся. Звон не проходил. Надо мной склонилась Юки с обеспокоенным лицом. Живая – подумал я, живая это хорошо. Она открывала рот, но я ничего не слышал. Звон в ушах. Контузия, подумал я, надо же, первая контузия в этом мире. Звон внезапно прошел и я услышал тревожный голос Юки.
– Синдзи! Ты как? Живой?!
– Дурак ты боцман и шутки у тебя дурацкие. – сказал я и огляделся. В зале будто взорвали артиллерийский снаряд приличного калибра. У стены суетилась Акира, там на полу лежала Читосе и обалдело хлопая глазами сидела Майко. Я встал, подошел к ним. Привычным движением схватился за лацкан рубашки и скрытое лезвие взрезало кожу на пальцах. Коснуться Читосе – она открывает глаза и бормочет что‑то нелестное об умственных способностях Акиры и Юки, коснуться Майко – та вскакивает на ноги и целует меня в нос – дескать спасибо. Контузия – штука неприятная, да. Еще замечаю, что эти двое… он же фактически в эпицентре стояли и им хоть бы что. Интересная штука и полезная – в перспективе.
– А мы специально как можно меньше энергии вложили. – говорит Юки и хлопает своими ресницами, больше похожими на опахала: – чтобы чуть‑чуть.
– Что тут сказать. – кряхтит Майко, разгибая спину: – я всегда говорила, что из вас пара – ну просто бомба. Хотя вот на такой … сейсмический эффект я не рассчитывала.
– А что за заклинание вы там читали? – спрашиваю я. Интерес исключительно академический, вдруг вербальные воздействия усиливают эффекты.
– Это… это для синхронных движений. Там надо создать сферы, а потом местами поменяться, чтобы у каждой выброс энергии произошел. Раньше мы на раз‑два‑три, а потом Акира предложила что‑то поинтереснее, чтобы и как команда общая была и вроде как со смыслом. – ответила Юки, немного покраснев. Краснеют они, думаю я, стыдно им. Вообще‑то поделом стыдно, такие вот вещи в замкнутом пространстве взрывать, не было б у меня своей способности к читерному исцелению – было бы у нас в зале две дурочки и три инвалида. Если не три трупа, мда.
– Что же вы, натурных испытаний не проводили еще? – спрашиваю я. Юки мотает головой. Мол они раньше энергию не выбрасывали, просто чувствовали, что занимая место другой – каждая из них получает как будто подъем на следующий уровень, силы прибавляется. И внутренняя уверенность что все получится. Вот только они поосторожничали и в выброс капельку всего добавили. Вот спасибо, господи за милости твои, думаю я, эти двое бы подали побольше энергии и все. Не уверен, что могу собраться из ошметков. И пробовать не желаю. А с другой стороны – отчаянные времена требуют отчаянных мер, времени у нас мало, а победителей не судят. Так что, по‑хорошему надо бы тут разнос и инструктаж по ТБ устроить, но … получилось же.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Что за шум, а драки нет… ого! – в зал входит Питер и потрясенно смотрит на закопченные стены и разбросанное оборудование: – это кто так?
– Это у нас сладкая парочка. Как там – волна и камень, лед и пламень. Это, так сказать плоды отношений Акиры и Юки. – зубоскалит Майко: – так сказать запретная любовь. Она – убивает.
– Ты от темы не уходи. – вдруг включается Читосе: – ты зачем Сину руку отрубила? Опять.
– Чего? Вовсе не опять. Я ему руку в первый раз отрубила, у меня все записано. – отрицает все Майко: – первый раз это водяной был, второй раз, вон, подружка ее розовая, а я только разок! И это ему нужно было, Акира говорит, ему стресс нужен для раскрытия способностей.
– У меня уже стресс. – говорю я: – мне специально устраивать не надо. Вы вот все просто живете и этого достаточно. Что в этом мире одновременно со мной Майко существует – это уже стресс. Причем не только у меня такой.
– Что? – возмущается Майко: – да я тебя защищала, хочешь знать! Вон Акира говорит – давай по нему сразу вжарим «Инферно» да огненными шарами добавим! А я – хирургически…
– Э… Син? – обращается ко мне Питер: – объясни, что за хрень тут происходит? И что у тебя с рукой?
Глава 13
Лежу на парте и жалею себя. Накатила на меня, товарищи, депрессия. Да. Вроде всех вокруг замотивировал, что‑то даже улучшить удалось своими скромными силами, кому‑то жизнь веселее сделать, кому‑то и тяжелее, но смысла добавить. Да только есть ощущение, что все это – зря. Ну смысл? Во‑первых, Линда эта… вот как ни крути, а до такого уровня как до Пекина отсюда, задом наперед, согнувшись пополам пятиться. А там еще и море, между прочим. В ближнем бою убедительна чрезвычайно, а представить, что прямо в тот момент, пока ты с ней пытаешься на кулачках – с трех точек одновременно она же на тебя в снайперский прицел глядит… или из гранатомета шарахнет. С такими как она численный перевес бесполезен, и всегда на ее стороне. Сколько она вообще может своих клонов сделать? И клоны ли это? Ну и даже если предположить, что превозможем мы ту же Линду – таки это ж только начало, как обычно. Как там про царя Соломона и пир на всех зверей и птиц, который в один глоток сожрала какая‑то тварь из глубины и сказала, что у нее еще и старшие братья есть? Ну вот, мы тут как царь Соломон с его кольцом – стоим и обтекаем. Это ж как в бездну заглянуть, поразиться размерам, глубине и чудовищному ужасу, а потом оно – раз и моргает. И тут то ты понимаешь, что это еще не бездна, а всего лишь глаз. Одной твари из бездны.
А вот выскочим мы из добровольно‑принудительного этого союза с Джиро. Станем сильными, сильнее его и всех местных. Потом еще сильнее. И еще. И что – суета сует и всяческая суета все это. Вот ей‑богу, как Диоклетиан, уеду в деревню и капусту там буду выращивать. Там то в деревне красота. Петухи с утра кричат, теплое летнее солнце греет, деревенские детишки по улицам бегают. Никаких тебе Мацумото, Джиро‑сама, никаких династий, кланов и бандитов. Хотя, насчет бандитов я загнул, есть там бандиты. Но – деревенские. Хочу деревенских бандитов. За жизнь бы поговорили, бутылочку сакэ приговорили.
Вздыхаю. Жалею себя любимого, а с собой – всех причастных. Королеву жалею Снежную, что по дурости да стечению обстоятельств с нами в одной лодке оказалась, а лодка эта, судя по всему – без руля и ветрил и вниз по течению. Туда, где водопад гремит. Поворачиваю голову и смотрю на нее. Юки о чем‑то говорит с Аей, а Мико стоит рядом и кивает в такт ее словам. Жалко их. Всех троих. Жизнь, как говорится – всего лишь форма существования белковых тел.
