– Это уже пахнет похищением ребенка.
– Похищение, шантаж, хоть черт с дьяволом – называй это как хочешь, но своего я добьюсь в любом случае. – Он спокойно пошел на парковку. Поколебавшись секунду, Эбби побежала следом.
– Хорошо, твоя взяла, – обессиленно выдохнула она, поравнявшись с ним.
– На другое я и не рассчитывал. Вон та золотистая машина во втором ряду – моя.
Вместе они подошли к машине, и Маккрей бережно усадил Иден на заднее сиденье.
– Можно мне вперед, к маме и тебе? – заканючила та.
– А вот это уж дудки, милая. Маленьким девочкам полагается ездить сзади. – Он завел машину.
– Мам, а куда мы едем?
– В мотель. – Во всяком случае, ей очень хотелось верить, что он действительно отвезет их туда. В данную минуту Маккрей не вызывал у нее особого доверия.
– А как же мое мороженое? Сама же говорила: глазурь, вишенки и всякие другие вещи.
– Если будешь вести себя тихо, то я куплю тебе мороженое самого большого размера, какой только продается. Там все, что тебе нужно, будет – и орешки сверху. Мое слово твердое, запомни, коротышка, – пообещал Маккрей.
– Это лишнее. Незачем приманивать к себе чужого ребенка. Это безнравственно! – зло выпалила Эбби. Зато с заднего сиденья не раздалось больше ни звука.
– Не более безнравственно, чем то, что вытворяешь ты. – Следуя указателям, расставленным на парковке, он быстро выехал на улицу.
– Что ты имеешь в виду?
– Отвела душу? Довольна? Вижу, довольна – дальше некуда… – Его низкий голос по-прежнему был проникнут гневом. Украдкой взглянув на Маккрея, Эбби оробела, увидев, как затвердели его скулы. – Разве могла ты успокоиться, пока не втянула в эту идиотскую перебранку с Рейчел собственную дочь? Как же! Разве можно оставлять ее в стороне от вражды двух баб, сходящих с ума от ревности и ненависти друг к другу? Учи щенков злости с молодости. Так, что ли?
– Не я затеяла это. Это Рейчел все время цеплялась к Иден.
– Ничего этого не случилось бы, если бы ты сама не полезла на рожон. Только не говори, что ты не провоцировала Рейчел специально. Я собственными глазами все видел.
– Ах, какие тут могут быть сомнения. Бедненькая Рейчел, – саркастически протянула Эбби, едва удерживаясь от рыданий. В горле щипало от скопившихся слез.
– Я ее не защищаю.
– Как же это тогда называется? – Ей вовсе не нужны были его доводы. – И зачем я только разговариваю с тобой? Сама себе удивляюсь. А ты не лезь не в свое дело. Я воспитываю свою дочь сама, как знаю.
– Может, это действительно не мое дело, но всякий раз, когда я гляжу на нее, то вижу тебя, Эбби. Наверное, и ты была такой же, пока эта чертова ревность не захлестнула тебя и в сердце твоем не поселилась ненависть. Ты что, в самом деле хочешь, чтобы и твоя дочь выросла с той же горечью и ненавистью в душе?
– Нет! – вырвалось у нее помимо воли. Она была ошарашена, поскольку даже представить себе не могла, что он всерьез размышляет над подобными вещами.
– Тогда открой глаза, пока не поздно, и посмотри, что ты с ней делаешь, – тихо произнес он. – Пройдет время, и твоя ревность раздавит ее точно так же, как уже раздавила тебя.
Эбби хотела напомнить Маккрею, что именно он, а не кто-то другой, предал ее. Но что толку? Прошлого не вернешь. Не понял тогда – не поймет и теперь. Тем более что минувшие годы только укрепили ее в уверенности, что этот человек недостоин доверия.
В то же время она не могла ничего возразить ему, когда он говорил об Иден. Конечно, когда-нибудь ей придется рассказать дочери, кто такая Рейчел. Если этого не сделает она, то девочка узнает неприглядную историю их вражды во всех подробностях от кого-нибудь другого. Маккрей был прав: нельзя, чтобы к истине примешивались горечь и ущемленность, ставшие спутниками Эбби на долгие годы.
Иден удобно пристроилась посередине заднего сиденья.
– О ком ты, мама? О той тете, которая на тебя накричала? Мне она не понравилась. Нехорошая тетя.
Эбби поймала на себе многозначительный взгляд Маккрея. Можно было без слов догадаться, что он означал: «А я что тебе говорю?»
– Ты не должна говорить так, Иден, – твердо произнесла она.
– Но почему, мамочка? Ведь она тебе тоже не понравилась, разве не так? – озадаченно нахмурилась девочка.
– Забудь обо всем, Эбби. Если можешь, положи этому конец. – В голосе Маккрея зазвучали просительные нотки. Но она не могла, и он знал это.
– Смотрите, наш мотель! – закричала Иден, указывая на вывеску, появившуюся на дороге.
Эбби с трудом подавила в себе вздох облегчения, когда Маккрей притормозил, чтобы свернуть на подъездную дорожку. Наконец-то можно больше не гадать, когда же он соизволит привезти их сюда. Едва машина заняла свободное место на парковке неподалеку от входа в мотель, Эбби соскочила с переднего сиденья и распахнула заднюю дверцу, чтобы вытащить оттуда Иден. Она едва удерживалась от того, чтобы схватить дочь в охапку и броситься вместе с ней со всех ног к себе в номер. Пересилив себя, Эбби спокойно повела Иден по тротуару вдоль здания, крепко держа ее за руку. Она даже остановилась у входа, чтобы дождаться Маккрея.
– Скажи мистеру Уайлдеру до свидания и спасибо за то, что он подвез нас. – Она пыталась вести себя хладнокровно, как ни в чем не бывало, хотя каждая клеточка ее тела ныла от желания увести Иден с его глаз как можно скорее.
– А мороженое?
Эбби почувствовала, что слепнет от ярости. До чего же ей хотелось сейчас отвесить своей занудливой дочке хорошего шлепка!
– Верно, как же мы это забыли! Ведь я обещал купить тебе самое большое мороженое в городе, если ты будешь хорошо себя вести, – с готовностью вспомнил Маккрей.
– Не стоит беспокоиться, – вмешалась в их разговор Эбби. – Кафе еще открыто – я куплю ей там все, что она попросит. Тебе же еще на прием успеть надо. Так что не смеем задерживать.
– С чего это ты взяла, что мне нужно на прием?
– Но ты же был с ней. И ты прекрасно знаешь, что она ждет тебя. – Ее голос снова звенел от злобы, которую она безуспешно пыталась унять.
– Может, и так, но, поверь, вряд ли меня там хватится кто-нибудь еще, – ответил он, а затем озорно подмигнул Иден: – К тому же лучше уж купить мороженое маленькой девочке, чем пить шампанское за здоровье какой-то лошади.
– А на мой взгляд, лучше бы тебе не делать этого.
– Отчего-то складывается впечатление, что ты хочешь избавиться от меня.
– Именно это я и пытаюсь сделать. – Она стиснула ладошку Иден еще сильнее.
– Так что же, Иден, мне уходить?
– Не втягивай ее в это. Она тут вовсе ни при чем, – запротестовала Эбби.
– Отчего же? Ведь именно ее я пригласил на мороженое.
– Мне нет до этого никакого дела!
