Г-н Никсон! Мне 70 лет, из них я проработал по найму на капиталистов России 18 лет и 38 лет на свой народ. Мне очень обидно будет, если в моих словах Вы не пожелаете увидеть правду, которую чувствуют простые советские люди труда, прожившие 42 года хозяевами своей судьбы.
Прочитал Вашу речь на открытии выставки США в Москве. Прекрасные достижения со времен Вашингтона и Линкольна. Хочется всерьез этому верить и пожелать Вам и вашему народу дальнейших успехов.
В то же время хочется сказать, что мы, русские люди, народы великой свободной Советской страны, строго придерживаемся старинной пословицы: «На чужой каравай рта не разевай». А это значит, мы не пойдем отбирать ваши автомашины, телевизоры, машины домашнего обихода и костюмы. Мы твердо верим своему правительству, своей партии, верим в свои мозолистые руки. И если сегодня мы не имеем 50 миллионов автомашин, то завтра будем иметь столько, сколько потребуется. Если сегодня не имеем 50 миллионов телевизоров, то завтра будем иметь 100 миллионов и т. д.
Это не простые звуки написанных слов — это факты, с которыми вы должны согласиться, и вот почему. Все, кто имеет на сегодня возраст 50, 60 и 70 лет, хорошо помнят, какое наследство мы получили от последнего царя Николая. Голод, холод, болезни и сотни тысяч «друзей» с топорами за пазухой, как своих, так и из-за границы, к великому сожалению и из страны Линкольна, немало засылали таких «друзей». Все они получили по заслугам: одни сложили свои головы, других прогнали.
Это — воспоминание об экспедициях. Мы воевали со своими генералами, с экспедициями Антанты, с японцами и американцами. Они были вооружены по последнему слову техники, а мы имели дробовики, а иногда трещотки вместо пулеметов и заветное слово свободного народа. Вам известно, что мы победили. Теперь это слово стало во сто крат действеннее, думаю, в этом Вы также убедились, проехав по стране. Да и наша выставка у вас, в США, тоже кое о чем говорит. За прошедшие сорок два года мы кое-чему научились, кое-что сделали.
Говоря о благосостоянии нашего народа, надо сказать, что термин «имею собственный домик» у нас устарел. Даже те, кто имел домики, продают их и занимают квартиры в народных домах. У нас быстрыми темпами ведется народное строительство. Лично мне тетя-крестная подарила два дома в Иркутске. Я передал их горкомхозу, а живу в Ангарске, не в своем доме, а в нашем, имею в квартире газ, водопровод, горячую и холодную воду и т. д. Будете в Сибири, зайдите в городе Ангарске, проспект Сталина, в дом 33, кв. 20, можете воочию убедиться, как живут пенсионеры, рабочие и интеллигенция. Многие уже имеют холодильники, стиральные машины. По 9 костюмов не имеют, но по 3 костюма есть. Я не говорю о бесплатном учении, лечении, домах отдыха, санаториях и курортах.
В заключение мне хочется сказать словами Никиты Сергеевича Хрущева: давайте соревноваться в труде, в развитии экономики, давайте торговать, дружить не на словах, а на деле. Давайте ликвидируем очаги возможных раздоров, заключив мирные договоры с Германией, Кореей. Если Ваша речь произнесена без задней мысли, ликвидируйте ваши базы на чужих территориях, избавьте народы от угрозы новой войны. Трудовой народ хочет мира и еще раз мира.
Вот о чем я хотел иметь разговор с г-ном Никсоном.
Затем разрешите пожелать Вам успехов. Простой народ Сибири от всего сердца желает Вам счастливого пути и благополучного возвращения. Мы понимаем, что это не прогулка, а большая работа с целью положить конец «холодной войне».
С искренним приветом беспартийный пенсионер труда
Я. Е. Станкевич.
г. Ангарск, Иркутская область.
НАС ИНТЕРЕСУЕТ МИР, НО НЕ ВОЙНА
Дорогой Никита Сергеевич! Я не подписываю это письмо не потому, что по примеру многих подлых анонимных злопыхателей собираюсь шипеть и вонять, но потому только, что не могу же я писать о своем уважении к Вам, о своем восхищении Вами и сообщать при этом свое имя и свой адрес. Мне кажется, даже такой человек, каким был Сталин, и тот понял бы, что такого рода излияния в любви не могут быть бескорыстными.[1]
Честно скажу: когда Вы встали у руля, я, как и многие ленинградцы, и особенно интеллигенция, встретили Ваше появление, мягко говоря, без особого энтузиазма, но Ваша поразительная работоспособность, Ваша неукротимая, просто бешеная, извините, энергия быстро покорили наши сердца. Вряд ли сейчас найдется в Ленинграде человек, который не говорил бы о Вас с теплотой и уважением:
— Наш Никита не подкачает!
Не подумайте, что, называя Вас Никитой, Никитушкой, Никитой Кукурузным, мы проявляем тем самым какое-то панибратство, какое-то неуважение к Вам. Нет, это любовь, большая, настоящая, такая именно, какую проявляли все русские люди к своим богатырям, называя Илью Муромца Ильей, Добрыню Никитича — Добрыней, любимых девушек—уменьшенным, ласкательным именем.
Поверьте мне: никто из нас никогда бы не стал называть, да и не называл, Сталина Иосифом, между тем как Ленина все поголовно называли любовно Ильичем.
Я не ошибусь, если скажу, что после Ленина Вы первый человек, который пользуется настоящим уважением советских людей и который кроме уважения вызывает восхищение всех нас, заставляет нас внимательно следить за каждым Вашим выступлением.
На днях Вы поедете в США. Очень хорошо. Но…
Многих из нас смущает идиотизм некоторых зарубежных «мыслителей», которые уверяют мир, будто Вы приглашены только для того, чтобы получить представление о мощи и могуществе США.
Вы умнее меня. Вы сами знаете не хуже меня, что нужно говорить там, и все-таки позвольте мне просить Вас выполнить желание миллионов советских людей.
Вот наше общее пожелание.
Если Вам предложат в США посмотреть «устрашающие» базы ракетных установок, пошлите их культурно к чертовой бабушке. Скажите им, что нас интересует мир, но не война.
И еще.
Когда Вас станут спрашивать, что Вас «поразило» в США, скажите им, что Вы предполагали встретить в США более высокую технику, более широкий диапазон индустрии, но что виденное Вами несколько разочаровало Вас и что, по Вашему мнению, Америка совсем не такая, какой Вы представляли ее. И тут же скажите, что Вы считали ее более могущественной, чем она предстала перед Вами. Скажите им, что Вы увидели много интересного, но во многих отношениях это совсем не та Америка, которая была в Вашем представлении, что кое-чему США следовало бы поучиться у нас, равно как и нам не мешает взять у США то, чего мы еще не достигли.
Нужно, чтобы ни одна сволочь не могла написать, будто бы Вы растерялись, склонили голову перед мощью США и что после посещения этой страны готовы встать перед ними на колени.
Скажите, что более всего Вам понравились сами американцы, а что касается технического уровня США, так Вы ожидали увидеть совсем не то, что увидели, а все увиденное позволяет Вам сказать чисто по-русски: «Оказывается, не так-то уж страшен черт, как его намалевали поборники «холодной войны»».
Пусть эта старая лиса Аденауэр почитает Ваше заявление и пусть после прочтения подрищет немного.
Я отлично понимаю, как глупо пассажиру советовать шоферу управлять машиной, и все же хочу не советовать, нет, просто хочу просить Вас ничем не восхищаться в США. Во всем, даже в самом лучшем, видеть недостатки, а при рассмотрении такого, чего у нас нет, говорить просто, с некоторой небрежностью: «Да, вот это нам, пожалуй, следовало бы применить у себя».
Не обижайтесь, дорогой Никита Сергеевич, на непрошенные советы и поймите, что Вы поедете в США не только как Хрущев, но как представитель советских людей, к числу которых я с гордостью отношу и себя.
Вы — наш человек, и, когда мы снаряжаем своего человека, нам очень хочется снабдить Вас в дорогу всем, что послужит потом на славу нашей Родины.
Крепко, крепко жму Вашу замечательную руку.
Искренне любящий Вас советский человек, который готов для Родины, для партии отдать все, что ему дала Советская власть, и даже то, что получил он от родной матери.
Ленинградец.
МЫ ГОТОВЫ НА ДРУЖБУ
Прошу передать Президенту США с уведомлением Н. С. Хрущева.
Я очень рад вашей встрече. По поводу нашего Премьера у вас много несообразных толков. Он с русской душой мог вас несколько озадачить нашими успехами. Но это не хвастовство!
Ваши корреспонденты задали нашему Премьеру глупый вопрос о национальном вопросе.
Я кубанец. Кубанцы, терцы, донцы (у вас Шолохов) единодушны с мнением нашего любимого Хрущева! Он посланец СССР, он посланец мира.
Мы, казаки Кубани, Терека и Дона (вначале злые враги СССР), отныне и навсегда кровью связаны с великой родиной Октября. Мы готовы на дружбу и также на защиту Советской Родины от всех наших недругов.
Очень просим Вас, господин Эйзенхауэр, поделикатней обращайтесь с нашим Никитой Сергеевичем!!
