— Я тоже присоединяюсь к Альянсу, — произнес Боевой чародей. — Я Лорд Рангвал, маг Зеленого ранга, подданный Королевства Сабия, и желаю свободы для своей Родины!
— Я с вами, — негромко произнесла волшебница с обожженным лицом. — Правда, ранг мой невелик.
— Я… тоже… присоединяюсь… — просипел Лазурный чародей. — Если только… не покину сей бренный мир прямо… сейчас… — он издал кашляющий смешок. — Однако же… в порту собралось множество… наших сторонников… Им будет небезынтересно… услышать ваше предложение…
— Ступайте и поведайте им. — Трэрг посмотрел на середину помещения, и посреди залы вспыхнул портал. — Я дождусь вашего ответа здесь, ибо отсюда удобно наблюдать за неприятелем.
Четверка Людей, поддерживая друг друга, побрела к порталу и инстинктивно отпрянула, увидев вырывающегося из недр арки громадного Орка. Гронг Неотразимый Удар, заметив лазурный узор на одной из мантий, устремился было к Лорду Этерваду, но понял, что человеческий чародей предельно истощен и воздержался от любимой забавы.
— Трэрг, что за беда приключилась с нами на этот раз? — вопросил он, подходя к шаману и бросая взгляд в окно. — Второе сражение подряд ускользает от храбрых Орков! — Клыкастый исполин оценил открывающуюся из башенных окон местность: — Печально! И вновь битве не бывать. А ты мог бы и не убивать всех к'Зирдов! — он укоризненно посмотрел на Трэрга. — Оставил бы нам тысячу-другую! Людей-то хоть удалось спасти?
— Мы пришли в самый последний миг, — поморщился шаман. — К'Зирды уже прорвали их оборону, и мне пришлось действовать быстро. Некогда было экономить на врагах. К сожалению, большинство человеческих воинов пали, и остается надеяться на мастерство их целителей. До волшебников песочники добраться не успели, так что все они выжили, хоть и измождены изрядно. Люди, коих ты напугал своим появлением, направились к ним огласить предложение Альянса.
— Что ж, тогда подождем. — Гронг печально осмотрел усеянную к'Зирдскими трупами залу. — Ты уверен, что в Башне не осталось песочников? Хотя бы одного? Может, он спрятался во дворе?
— На улице холодно, — улыбнулся Трэрг. — Много холоднее, чем зимою в степях. Я настоятельно советую тебе не выходить из Башни. Только Стена Огня удерживает порт от вымерзания.
— Но как же те тумены, что греются подле неё? — с надеждой вопросил Гронг, указывая в окно.
— Мне отправить туда тебя одного или всё наше войско сразу? — Трэрг испустил демонстративно печальный вздох. — Или всё же не станем терять время, коего у нас и без того немного? Мы и так изрядно задержались в море, кто знает, что творится сейчас в Авлии.
— В Авлии сейчас три миллиона Орков скучают в ожидании битвы, — пробурчал Гронг. — Если бы там шла баталия, ты бы почувствовал, не так ли? Недаром же ты не взял с собой в море ни одного Синего мага, хоть они и просились.
— Кто-то должен был оставаться там, пока мы бороздили океанские воды в поисках пиратского флота, — возразил Трэрг. — Мы забрали в поход множество магов, это оголило оборону. Посему один из близнецов остался в Авлии, а второй — в Редонии. И то лишь ради спокойствия Белого Мага.
— Не слишком ли ты строг к Людям, Трэрг? — нахмурился клыкастый гигант. — Как по мне, так в подозрительности и недоверии к ним ты превзошел даже старого Гнурда Пронзительный Взгляд.
— Ты просто недостаточно хорошо изучил их, брат. — Шаман лишь покачал головой. — Они не такие, как мы. Скорее, они ближе к к'Зирдам, ибо двуличны если не во всем, то во многом уж наверняка. Орку всегда будет сложно понять Людей, потому что они всегда стараются спрятать свою гнилостность под личиной праведности. Некоторые вещи можно заметить, только наблюдая изнутри, а для этого Орку придется долго прожить среди Людей, чего никто из нас делать не станет.
— Звучит слишком туманно, — отмахнулся Гронг. — Уточни, ибо мне они таковыми не кажутся.
— Это уже само по себе пример, — на губах Трэрга заиграла усмешка. — Ты судишь о Людях лишь по тем, с кем знаком. Но с кем же ты знаком? Давай же посмотрим! С магами? Но чародеи — не Люди, у них даже мозг устроен иначе, это тебе любой скажет. С доблестными Рыцарями? Я и сам горжусь, что дружен со столь доблестными воинами, но таковых единицы на многие десятки тысяч человек. В общей массе народа Людей их количество ничтожнее ничтожного. С кем же ещё ты знаком? Получается, что более ни с кем. Я же путешествовал по их Королевствам, при этом ничем от них не отличаясь. И я увидел многое. Люди ведут себя свысока и надменно, пока считают себя выше тебя. Если же ты кажешься им ровней, то зачастую в ходу завуалированное панибратство с толикой намека на то, что из вас, двух равных, умнее и качественнее всё же не ты. Если же они узнают, что ты маг, то уважения к тебе прибавляется, и уже никто не отваживается тебя сердить. А если вдобавок к тому ты маг высокого ранга или, вот ведь ужас-то, вообще Король, то уважение возрастает до небес, и в нем становится легко разглядеть обычный страх, но чаще — ещё более обычную для Людей зависть. Ибо большинство из них ненавидят тех, кто лучше их. Причем для ненависти ничтожествам не нужны всамделишные причины. Им хватает того, что кто-то в чем-то их превосходит. Один родился высоким и сильным, второй — маленьким и чахлым, вот и повод для ненависти. Одна девица выросла прелестницей, вторая же не столь породиста — вновь ненависть, да ещё какая, будто в её непривлекательности и действительно виновата не слабая кровь родителей, а именно соперница. И даже если от рождения двое были равны, но после один добился многого, второй же — меньшего, то и здесь ненависть! Ибо более успешный, разумеется, подло выслужился или ему просто незаслуженно повезло! Обязательно незаслуженно, Гронг, потому как, с точки зрения завистника, заслуженно повезти может исключительно ему. Однако едва Люди видят пред собой представителя иного народа, как сразу же пытаются выглядеть лучше, нежели есть. Они даже друг перед другом так поступают, если из разных Королевств, а уж когда человек встречается с Орком, да ещё в тот миг, когда Орда пришла его спасти, то, как я погляжу, благороднее помыслами, нежели Люди, вообще существ не бывает.
— Если простые Люди суть ничтожны и гнилостны, а знатные сплошь стяжатели и подлецы, как же их народ до сих пор выживает? — хмуро вопросил Гронг Неотразимый Удар. — Не могут же маги и горстка благородных Рыцарей вечно спасать столь огромное человеческое племя от гибели. Ведь Закон Предков гласит, что разобщенный народ обречен погибнуть.
— Вот Люди и гибнут. — Трэрг пренебрежительно скривился. — Посмотри вокруг, брат! Их земли заполонены к'Зирдами, города лежат в руинах, жители бредут в рабских оковах! Ни благородные Рыцари, ни благородные чародеи в этот раз не смогли спасти человеческое племя. Им даже недостало мудрости и решительности объединиться друг с другом наперекор воле монархов и аморфности бесполезной человеческой массы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
