— Внимание!
Марика сосредоточилась, углубилась в себя и послала первое пробное прикосновение. В монастыре призраков было мало. Им совсем не нравилось, когда силты их ловили.
Впрочем, у Марики был свой рецепт на этот случай. Она чуть-чуть изменила прикосновение, придав ему характерный аромат — такой, как у призрака, зовущего своих собратьев. Приманка готова. Теперь подобраться поближе… Умом призраки не блистали. Марика сразу поймала десятка два, привязала их покрепче и отправилась за новым десятком.
Не прошло и минуты, а весь большой двор уже был забит призраками. Ни одна Повелительница не смогла бы призвать их столько. Чтобы поднять и вести темный корабль, Марике хватило бы и половины этого количества. Но чем больше призраков, тем безопаснее будет полет. Чем больше призраков, тем дальше Марика сможет видеть и чувствовать в темном мире, тем выше и быстрее сможет лететь. Хотя скорость в основном определялась ее способностью крепко держаться за раму — ведь чем быстрее летишь, тем сильнее ветер.
Марика согнала призраков в кучу и толкнула их вверх. Темный корабль начал быстро набирать высоту. Грауэл и Барлог даже задохнулись и громко запротестовали против такой спешки, беспокоясь о ее безопасности. Но Марика всегда поднималась быстро.
Она снова подтолкнула призраков, на этот раз в том направлении, куда собиралась лететь. Титановый крест рванулся вперед.
Марика поднялась туда, где холодный разреженный воздух обжигал легкие, как это бывает суровой зимой в Понате. Подниматься еще выше она уже не рискнула. Оставив небольшую часть своего сознания заниматься призраками, Марика принялась рассматривать проплывающий внизу ландшафт. Хайнлин казался отсюда широкой коричневой лентой, вокруг которой в хаотическом беспорядке были разбросаны клочки яркой зелени. Северные леса погибли, и мертвые стволы запрудили реку. Плавать по ней стало опасно. Но ни бревен, ни льдин, ни обломков кораблекрушений с такой высоты было уже не различить. Марика взглянула вверх, туда, где маленькие луны кружились в замысловатом танце, отражая слабеющий свет солнца. Почему торговцы ничего не предпринимают, чтобы остановить надвигающуюся на мир зиму?
Когда-нибудь Марика сама ее остановит. У нее уже есть кое-какие планы на этот счет. Когда-нибудь, когда у нее хватит сил… «Марика — благодетельница!» — фыркнула она про себя. Что скажут Грауэл и Барлог, если узнают, что у нее на уме…
Ладно, пусть. Она все равно сможет. И сделает это. Сделает, переступив через горы трупов, через своих сестер-силт, через всех, кто встанет у нее на пути. Но это будет еще не скоро. А сейчас надо подумать о настоящем. О тех возможностях, которые предоставляют ей эти заговорщики — Серк и братство. Надо хорошенько их прощупать. Быть может, там есть что-то большее, чем ей кажется.
4
Марика пролетела вдоль Хайнлина добрую сотню миль. После впадения двух больших притоков река стала гораздо шире. Ей хотелось долететь до самого моря, просто чтобы взглянуть, на что похож океан. Но вместо этого она развернула корабль в сторону хребта Топол. Не стоило нарушать границы чужих владений — это может вызвать ненужные неприятности. Марика пока еще не завоевала репутации Бестрей. Вот та действительно могла летать где хотела и когда хотела. А у Марики это пока еще впереди.
«Терпение», — напомнила себе Марика. Да, она движется к намеченной цели ужасно медленно, но там, где она тратит годы, другим силтам потребовались бы десятилетия.
Хребет Топол представлял собой гряду низких холмов, тянущуюся из центра континента до самого Телле-Рея. Воздушный коридор над ними был открыт как для темных кораблей всех сестричеств, так и для летательных аппаратов братства. Холмы оказались очень зелеными — такими Марика помнила холмы своего детства. Но даже тут на вершинках повыше снег уже не таял.
С каждым годом становилось все холоднее. Вся вода в мире быстро замерзала, становилась снегом и льдом.
— Так быть не должно! — пробормотала Марика. — Неужели меты слепы и не видят, как можно остановить лед? А может, видят, понимают, но ничего не делают, потому что похолодание им выгодно? Кому оно выгодно?
Торговцам, конечно. Они все технари, ученые. Разве они могут не видеть, что происходит?
Кто сильнее всех должен пострадать от похолодания? Сначала, конечно, кочевники из полярных регионов. Потом меты из районов с отсталой технологией — то есть стойбища вроде ее собственного. Следом за ними — маленькие города, расположенные на крайнем севере и юге планеты, на границе высокотехнологических зон. А в больших городах умеренного пояса только сейчас начал сказываться отраженный эффект происходящего. Свирепый холод дойдет до них еще через много лет.
Но силты собирают свое богатство со всего мира. Они обязаны попытаться что-то сделать, возможно это или нет.
Простые меты обвинят во всех своих несчастьях силт. О торговцах они и не подумают — слишком прочна их репутация всемирного братства жестянщиков.
Вот он — настоящий враг. Ну конечно! Надо было только шире взглянуть на вещи. Братья хотят того же, что и мятежники. Втайне именно они и поддерживают мятежников.
Значит, их надо сокрушить. И немедленно, пока на сцене не появился пресловутый великий верлен.
Марика шевельнула ушами и усмехнулась. Какой еще великий верлен? Все это сказки и больше ничего. А как сокрушить братьев?
С этой задачей и за всю жизнь не справишься. Братья в течение многих поколений боролись, чтобы завоевать свои теперешние позиции. И столько же времени потребуется, чтобы заставить их ослабить хватку. Если общины захотят действовать иначе, цивилизация будет отброшена на много веков назад.
Ошибка была в том, что братству позволили стать не зависимой от общин силой, а отношение к физическому труду как к чему-то грязному и недопустимому для силты стало делом принципа. Надо выведать все секреты братьев и сделать их общим достоянием, чтобы рабочие, связанные с общинами, могли взять на себя труд по спасению цивилизации.
В уме Марика легко решала все мировые проблемы. На деле это не так-то просто. А темный корабль продолжал быстро лететь по ветру. Мир проносился внизу, с каждой милей становясь все зеленее и теплее. Часть призраков ускользнула. Их сменили другие. Марика легонько прикоснулась к Помощницам, зачерпнула немного энергии и подняла корабль повыше.
Очертания холмов расплылись. В легкой дымке у самого горизонта появились леса, перемежавшиеся водой и островами, — слабо населенный озерный край. Все озера стекали в одну большую реку, ниспадавшую могучим водопадом шириной в целую милю. В водяных брызгах повисла радуга, а рев падающей воды был слышен даже с высоты их полета. Река повернула налево, затем вернулась и миль сто бежала под ними широкой полосой. Потом леса сменились более густонаселенной местностью — они приближались к Телле-Рею. Телле-Рей был главным городом континента, а может, и всего мира.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
