она нутром чувствовала, что что-то не так, иначе бы Вейдер не пришел к ней. Гипотетически. Может, она просто бредит.
— В чем дело?
И вновь молчание. Алена уже не пыталась торопиться, если это сон, ей некуда спешить, поэтому оставалось ожидать ответных действий. Мужчина помолчал, но затем вышел из тени и остановился напротив, так, чтобы тусклый свет, падающий из приоткрытой лоджии, освещал его лицо. Во тьме казалось, будто его глаза горели раскаленными углями.
— Почему ты удерживаешь мою силу?
Едва не выпалив неуместное «что?», Алена лишь глубоко вздохнула и продолжила держать взгляд на собеседнике. Оставаясь внешне спокойной, она все же ощущала, как пошаливают нервы. Возможно, Вейдеру показалось, что она молчала слишком долго, поэтому девушка почувствовала неприятное давление Силы. Но не испугалась, а, наоборот, разозлилась.
— Вот поэтому и удерживаю, — огрызнулась она, хотя планировала обойтись без колкостей. — Ты меня что, вообще ни во что не ставишь?
— Здесь я задаю вопросы.
— Это мое сознание, будешь отвечать на мои.
С такой дерзостью к нему еще никто не смел обращаться, для Алены это тоже стало сюрпризом, однако ей понравилось ощущение былой уверенности. Смахнув с плеч давление Силы, как пылинку, она недобро посмотрела на собеседника. Он явился на ее территорию, и учитывая новые обстоятельства, связанные с магнумом, так просто Вейдер до нее не доберется. Не причинит вреда.
— Я что для тебя, серый кардинал? Или наместник какой? Ты меня оставил здесь, запер в четырех стенах, а сам забрал моего сына и творишь, что вздумается.
— И я буду делать то, что мне вздумается, потому что теперь я стою во главе Империи.
— Ты стоишь во главе небольшой фракции, — напомнила Алена, прекрасно понимая, что это разозлит мужчину. — Я бы и слова поперек не вставила, но своими действиями ты убиваешь нас!
— Это был твой выбор — спасти мне жизнь, поэтому не возмущайся.
Не возмущаться? Пусть перед ней и стоял, без преувеличения, самый могущественный человек в галактике, но Алена опешила от его слов. Не возмущаться? Да она едва не поперхнулась от… нет, это мало даже возмущением назвать.
— Хах, — нервно усмехнулась девушка. — Ну понятно. Понятно.
Похоже, ничему жизнь ее не учит, она все спотыкалась и спотыкалась об одни и те же грабли. Будто первого раза ей оказалось недостаточно, чтобы понять — Вейдеру нужна лишь ее сила, не более, и все эти игры и танцы с бубном ничто иное, как фарс. Либо он действительно что-то чувствовал к ней, но Темная сторона в нем давила остатки человечности.
— Добрых снов, лорд Вейдер.
Это уже не столько раздражало, сколько обижало. Алена понимала, что ее привязанность к ситху нельзя назвать здоровой реакцией, но она не требовала взамен на свою преданность становиться друзьями. Равные отношения, взаимное доверие. Они могли действовать вместе хотя бы ради того, чтобы дать своим детям безопасный мир, в котором им не пришлось бы воевать или бояться нападения. Она уже устала, что о нее вытирали ноги, использовали, как инструмент.
— Мы не закончили.
— Прилетай, поговорим очно, — отмахнулась Алена, ложась на подушки.
Но едва голова коснулась мягкой перины, как невидимая рука схватила ее за голень и скинула с кровати. Взвизгнув от неожиданности, девушка вцепилась в одеяло, заодно стянув простынь, болезненно приземлившись коленями на пол. Зажмурившись не столь от боли, сколько от злости, Алена резко обернулась к мужчине и ударила в его направлении волной Силы. Картины, стулья, даже шторы отмело прочь с характерным грохотом. Ситх же лишь отступил на пару шагов. Девушка надеялась увидеть выражение злости на его лице, но никак не хмурое спокойствие. Это лишь сильнее возмутило девушку.
— Вот на это ты тратишь силу, да? На всякие фокусы?! Как ты не поймешь, что теперь наши запасы не безграничны!
— Как долго?
— Что «как долго»?!
— Как долго нам осталось?
От вопроса, произнесенного без тени страха и других эмоций, Алена растерялась. Вейдер продолжал смотреть на нее в ожидании ответа. Девушка только раздраженно хмыкнула, поднявшись с пола, да поспешно поправила ночное платье.
— Я не знаю, — сквозь зубы зарычала Алена, найдя в себе силы умерить пыл. — Продолжим в том же духе, где-то год.
— Год, значит, — мужчина только пожал плечами, будто речь шла не о его жизни, а о прогнозе погоды. — Значит, год.
— Ты меня вообще слышишь? Что значит «значит, год»?
— Для меня прожитый день уже победа, — сказал Вейдер, подойдя ближе. — Я должен был умереть на Звезде Смерти, но до сих пор жив. Прожить хотя бы год уже неплохая перспектива.
— Да, для тебя. Я же могла прожить сотню лет.
— Это не я решил, что ты должна спасти меня.
И не поспоришь. Она же заварила кашу, ей и расхлебывать, но мысль о смерти, которую с завидной скоростью приближал Вейдер, вводила Алену в панику. Поддавшись эмоциям, она фактически уничтожила себя. Как бы она ни пыталась убивать в себе эмоции, ничего не выходило, особенно в последнее время. Все становилось только хуже.
— Но ты решил запереть меня здесь, оставить.
— Ты остаешься на Набу только потому, что не до конца восстановилась. Тебя убьют в первом же бою.
— Да, а кто не дает мне восстановиться, выкачивая энергию магнума? — Полюбопытствовала Алена, заметив, наконец, огонек прозрения во взгляде Вейдера. — Вот именно, об этом ты не подумал. Пойми — мы с тобой связаны одним источником, который не питается от Силы. Мы можем чувствовать Силу, даже использовать, однако наши жизни завязаны теперь на магнуме. Он дает нам жизненный ресурс, не Сила.
— И это никак не изменить?
— Нет.
— Ты уверена?
— Да, я уверена.
— То есть после смерти мы… прекратим существовать?
— Тебе смешно? — Заметила она едва пробивающуюся ухмылку.
— Это любопытно.
— Что мы перестанем существовать?
— Что ты боишься этого. Это неизвестно наверняка.
Вейдер подошел еще ближе, заставив Алену отступить к стене и поднять взгляд, чтобы видеть его лицо. Все такое же, обезображенное шрамами и следами ожогов, отмеченное следами Темной стороны Силы, но человеческое. Маска скрывала его, никогда нельзя было понять, усмехался ли Вейдер, хмурил брови от злости или скалился. Сейчас же, видя его эмоции, горящие золотом глаза, Алена ощущала себя очень странно.
— Я доверяю тебе, — произнес мужчина, взяв ее за подбородок и заглянув в глаза. — Теперь доверяю. Вопрос в другом — доверяешь ли ты мне?
Очень хороший вопрос.
Задней мыслью Алена понимала, что продолжала находиться во сне, но ощущения были невероятно острыми. Она чувствовала прикосновение на своем подбородке, как едва уловимое дыхание мужчины касалось ее кожи. Он стоял слишком близко,
