И только полная остановка заставила титулованных экскурсоводов вспомнить о правилах хорошего тона:
– Ох, извините. Мы тут слишком ударились в ненужную полемику.
– Ну что вы, наоборот мне было очень интересно послушать всю вашу перепалку, – улыбнулась графиня. – Благодаря ей, я теперь совершенно отчётливо представляю, что мне предстоит увидеть, и частично – как оно всё взаимодействует между собой.
Вся группа вышла в ярко совещённый тоннель, который метров через сорок стал расширяться в огромную пещеру. Потом вообще резко раздался в стороны и оборвался. А дальше, через пропасть полукилометровой глубины тянулись перекинутые мостики сразу нескольких, отличных по ширине и прочности конструкций. По другую их сторону виднелся стометровый в диаметре обод ярко красного камня, из центра которого и выходило пульсирующее мерцание. Сопло.
Ступивший первым на самый лёгкий подвесной мостик Татил, стал раздавать инструкции:
– Вот этот, самый широкий, для тяжёлых сорфитов. Но они вообще не боятся высоты, не смотря на громадные размеры их тушек. Поэтому их мосты – без перил. Для людей в последнее время специально построили вот эти, так что смело можете переходить к соплу по ним. – Глядя, с какой заинтересованностью и восторгом гости осматриваю пещеру, он самодовольно хохотнул: – И как вам здешнее зрелище?
– Впечатляет…. – только и прошептала графиня.
– Прямо под нашими ногами, на глубине пятьсот сорок метров расположен Порог, преодолев отдачу которого и можно проникнуть в подошву всего Сопла. Увы, пока это непосильно нашим мудрецам, но раз существуют прецеденты – решение обязательно со временем будет найдено.
– Здесь ничего не рухнет? – опасливо втянув голову в плечи, спросил один из дипломатов.
Рафа Зелай к тому времени проворно преодолел свой мостик и развернулся на другой стороне:
– За всю историю наблюдений ни от конуса каменного Сопла, ни от окружающих его пещер не отвалилось даже маленького обломка породы. Так что здесь смело можно передвигаться без зонтика. Мальвика! – он немного обеспокоился тем, что девушка совершенно безбоязненно прошла над пропастью первой и теперь приближалась непосредственно к Соплу. – К свечению рекомендуется подползать на животе, и тогда можешь смотреть вниз сколько угодно.
– Да я только загляну и оставлю себе до края как минимум полметра, – пообещала маркиза и в самом деле остановилась, не доходя до края обусловленное расстояние. Затем, заглядывая во внутрь планетарного чуда, забормотала в экстазе: – Ух, ты! Там и правда разноцветные завихрения сменяются полным мраком. Красотища! И стены? Кроваво красные с жёлтыми пятнами…. И жилки зелёные….
Осознав что за такую отчаянную девку опасаться не стоит, оба экскурсовода повернулись к остальным гостям, которые маленькими шажками передвигались по своим мосткам, крепко вцепившись в перила. Татил поднял свою ручку и указал на свод:
– Наверху находится самое прекрасное по световому насыщению цветовое панно, которое нарисовала природа. Конечно, люди не могут видеть все краски спектра, да и мы тоже. Только драконам, как не так давно выяснилось, подвластны все оттенки цветовой палитры. Но то, что вы видите над своими головами, считается плодом тысячелетней деятельности того самого мерцания, которые исторгает из себя….
В этот момент, где-то далеко внизу неожиданно послышался шум и удар грома, и в следующее мгновение вся пещера Сопла легонько содрогнулась.
– Отдача! – истерически рыкнул Рафа, изворачиваясь всем телом и пытаясь ухватить силовыми щупальцами мелькнувшее на гребне тело. После этого он, одновременно с Татилом подбежал к раю Сопла, но последние полтора метра преодолели более осторожно, ползком. И оба успели заметить мелькнувшее в радужных вихрях тело маркизы Баризо.
Сзади послышался скорбный стон графини Агнии Окаты. И надолго наступила полная тишина.
В Сорфитских Долинах не принято оплакивать погибших долгими стенаниями и бессмысленными слезами. Тем более что недвижно лежащие на самом краю Сопла Рафа и Татил никак не могли поверить в случившуюся глупую гибель своей близкой знакомой. Они долго всматривались в клубящееся на глубине марево и даже попробовали прорваться вниз отделёнными сознаниями, но как всегда в подобных случаях их сразу отбросила неведомая сила. И только после этого они начали еле слышно переговариваться:
– Бесполезно….
– Я и не сомневался.
– И что теперь будет?
– Вполне заслуженные неприятности на наши головы.
– Ну тут мы ничего не смогли сделать, она уже взрослая и сама выбрала свою последнюю минуту в жизни. Самовольно встала на самый край. А вот кое-то нам этого не простит….
– Ты имеешь ввиду Кремона? Так ведь она ему не жена и даже не невеста.
– Сомневаюсь…. Слишком уж она при своей жизни по-хозяйски себя вела в Каменной Радуге.
– Ладно, что будет, того не миновать. Встаём и уводим отсюда дипломатов. А то так и окаменеют окончательно….
После этого диалога сорфит и таги синхронно вздохнули и с тяжёлыми думами стали отползать от Сопла.
Радостная суматоха
Спин и Караг спешили на самой максимальной скорости. Стараясь опередить сразу два события. Во-первых, им не хотелось, чтобы их по дороге обогнал Кремон, благодаря своей скорости дракона, в два раза более высокой.
Ну и во-вторых, они мечтали первыми принести в Агван весточку о благополучном возвращении группы. Но тут уже приходилось надеяться на то, что из Плады не сразу догадаются дать короткое сообщение в Агван.
В первом случае им повезло. Информации у Кремона оказалось так много, что он вылетел в путь только при свете дня, и хоть его успели напичкать дополнительными силами, подстраховав беспосадочный перелёт, всё равно прибыл на Паласиев луг только к позднему вечеру.
А вот в столице оказались люди своё дело знающие туго. Практически сразу, после первого часа начавшегося потока почты от далёкого пограничного форта, кто-то из ответственных королевских помощников дал краткую депешу Давиду Сонному:
«Невменяемый вернулся в полном здравии. Начинайте подготовку к обратному переселению сознания».
Что тут только началось! Никакие приказы обоих протекторов долго не могли наладить должный порядок. Потому что в замке закрутился такой радостный и суетливый переполох, что толком никто не знал, за что хвататься и чем заниматься. Даже сами представители власти короля посматривали на создавшийся бедлам с довольными улыбками и весёлыми голосами только усугубляли общее предпраздничное настроение. А когда сталкивались между собой, то ни Хлеби, ни Давид не могли отказать себе в удовольствии пожать друг другу руку, пошлёпать коллегу по плечам, а то и обменяться при этом набором ничего не значащих для дела фраз. К примеру:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
