Англиканский священник из новой британской общины в Кантоне совершал обряд погребения, огромная толпа собралась перед пагодой, слушая через приоткрытую раздвижную дверь. Кай стоял в первом ряду, окруженный капитанами и матросами с кораблей компании «Рейкхелл и Бойнтон», а также с джонок, ходивших под флагом Сун Чжао, которые знали Лайцзе-лу с самого детства. Там же стояло множество портовых рабочих, а также обыкновенных людей, с которыми она подружилась за многие годы.
Лишь немногие присутствовали в пагоде. Джонатан стоял в одиночестве, отрешенный от всего земного. Величайшая любовь его жизни ушла из этого мира. Что-то внутри него также ушло с ней и никогда не возродится. Молинда держала плачущую Джейд, а рядом с ними стояла принцесса Ань Мень, облаченная в белый траур, который она надела по случаю смерти Шан-Вэя. Джулиан, напряженно выпрямив спину, стоял рядом с отцом с одной стороны, с другой стороны стоял Дэвид, уступавший кузену в том, чтобы казаться мужественным, но старавшийся изо всех сил.
Служба подошла к концу, и те, кто стоял снаружи, отошли в сторону, освобождая дорогу выходившим из пагоды.
После долгих усилий Молинде удалось убедить Джонатана пройти в столовый павильон, где уже ели дети. Там его приветствовала принцесса Ань Мень.
— Не один ты страдаешь, — сказала она ему. — Срединное Царство также понесло великую утрату. Лайцзе-лу соединила твой мир с нашим миром, и теперь мы вместе должны нести эту ношу. Пожалуйста знай, что ты один из нас, что Срединное Царство — твоя земля и твой дом в той же степени, в какой оно было ее землей и домом.
Слова Ань Мень успокоили Джонатана, и он часто вспоминал их в следующие дни, полные тоски и печали. Молинда отправилась в Пекин с принцессой для захоронения Шан-Вэя рядом с его царственными предками. Джонатан остался с детьми, Каем и слугами. Куда бы он ни отправлялся: шел ли в офис, на склады, или на встречу с Кушингом, он всюду брал с собой Джейд, Джулиана и Дэвида. Он никак не мог поверить, что Лайцзе-лу больше нет, и изо всех сил пытался свыкнуться с реальностью. Но единственной жестокой реальностью, которую он воспринимал, был надгробный памятник, поставленный над ее могилой в пагоде.
Он отослал клипер, несший на борту имя его жены, в Джакарту за Чарльзом, написал отцу и Саре письмо, с изложением трагических новостей. Лишь мысль, что сестра и Хомер Эллисон могли теперь без помех сыграть свадьбу, доставила ему минутное удовлетворение.
Как-то утром, стараясь изо всех сил сосредоточиться на документах, высившихся горой на его рабочем столе, он краем уха расслышал голос Кая, дававшего Джулиану и Дэвиду ежедневный урок воинских искусств. Джонатан невольно улыбнулся, когда вспомнил, что Джейд также просила, чтобы учили и ее.
Маленькие ножки протопали по полу коридора и в комнату ворвались дети.
— Мой папа едет! — кричал Дэвид.
— Корабль входит в гавань, — добавил Джулиан.
Подхватив Джейд на руки, Джонатан отправился на причал, ребята помчались впереди него.
«Лайцзе-лу» медленно приближался к пирсу, и Джонатан пристально всматривался в грациозный клипер. Судно жило и трепетало, и в нем продолжала жить душа его жены.
И хотя до конца жизни в его существовании будет чего-то не хватать, он не мог позволить горю мешать исполнению обязанностей и долга. Ради Джулиана и Джейд, ради сына Чарльза, он должен сражаться за восстановление положения компании «Рейкхелл и Бойнтон».
Его предки часто переживали трудные времена, закладывая основы династии, теперь настал его черед. Будущее его детей будет ясным, если они с Чарльзом проведут успешную операцию именно здесь и именно сейчас.
Огромный клипер, поблескивая парусами под лучами солнца, сияя ярко начищенной медью, был не только символом его собственных достижений, но и знамением для тех, которые сейчас бежали перед ним. Одновременно он олицетворял будущее, ожидавшее двух мальчуганов и маленькую девочку, которым предстояло стать наследниками и продолжателями династии Рейкхеллов.
Джонатан поднял голову и, словно очнувшись, ощутил запах пропитанного солью бриза, дувшего с Южно-Китайского моря. Ему принадлежали все моря мира, они будут принадлежать и его детям, если он будет жить и справится с обязанностями, лежащими на нем здесь и именно сейчас. Посадив Джейд на плечо и удерживая ее одной рукой, другой он снял шляпу, приветствуя подплывающего кузена, «Лайцзе-лу» и то драгоценное наследие, которое он передаст тем, кто придет вслед за ним.
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.
