Хмурый рывком вставил первое из связки копье, прицелился и рванул рычаг. Вырвавшаяся на свободу сталь мелькнула в воздухе, и прикрывающийся длинным размалеванным щитом латник кувыркнулся с седла. Орк радостно зарычал и передал управление сменившим его стрелкам. Сам схватил бурый от крови меч и скатился вниз по холму, в гущу гремящей схватки.
Тем временем «скорпионы» со скрипами выплевывали длинные тяжелые копья, сшибавшие людей с коней. Сорок восемь беспрестанно стреляющих стрелометов всаживали гостинцы в упор, легко пробивая любые доспехи, и собирающие обильную жатву в плотных рядах. Выросшая стена огня отрезала бьющихся с остатками орков латников от остальной массы медленно гибнущих войск. Подоспевшие две сотни ящеров врубились в гущу схватки через головы стоящих насмерть пехотинцев и растерзали конников, обильно отмечая трупами места наиболее жарких схваток.
Не сумевшие пробиться дружинники и наемники повернули назад. С холмов откатывалась легкая конница, на которую наседали орки. Закованных в броню забрасывали последними горшками с горючей смесью и били в спину оставшимися копьями из «скорпионов». За сорок минут битвы чаша весов склонилась на другую сторону. Люди снова отступали.
Катапульты засыпали отступающих латников камнями, растратив все огненные заряды. Оставляя под обстрелом бойцов, человеческая волна откатывалась назад, к застывшей в мрачном молчании пехоте.
Орки потратили еще час, добивая всех раненых всадников, которых смогли обнаружить на заваленных трупами холмах и между ними. Ящеры прекратили преследование только тогда, когда их самих начали обстреливать рассыпавшиеся перед замершими войсками лучники. В схватке наступила минута затишья.
– Что мы имеем? – собрал рядом с собой вождей Многоголовый.
– Из восьми с половиной тысяч солдат осталось три с половиной. Из них тысяча раненых, но способных стоять в строю. Из двух тысяч ящеров погибло больше тысячи. Нежить уничтожена вся.
– Что у людей?
– На глаз – пехоту мы проредили на четверть. Максимум на треть. Конников вполовину. Если они навалятся еще раз – нам конец.
– Разумеется, они навалятся. Что с припасами к катапультам?
– Осталось работающими четыре машины. К ним только камни на шесть-семь залпов. «Скорпионов» рабочих осталось меньше сорока, и на каждый собрали не больше десятка копий. Стрелы собираем, но годных мало. При ударе о доспехи большая часть из них просто сломалась.
– Итак, мы готовы выдержать еще минут двадцать хорошей рубки, а потом нас просто затопчут. Ну что же, наконец-то хорошие новости.
Вожди сумрачно переглянулись.
– Да, хорошие. День сегодня короткий, и у людей хватит времени только на последнюю атаку. А там нам надо продержаться те самые двадцать минут. Слушайте, как мы разместим войска…
– Мой принц… – Старик с грустью посмотрел на осунувшееся лицо главнокомандующего. – Я понимаю, мы понесли тяжелейшие потери. Но никто и не говорил, что будет легко.
– Великие боги, что же творится… От тяжелой конницы осталась ровно половина, большая часть – ранены. От легкой конницы – меньше половины. Тоже почти все ранены. Чуть больше девяти тысяч человек, неспособных полноценно выполнять поставленную перед ними задачу. Какой кошмар…
– Позволю обратить ваше внимание на то, что орки не смогли их уничтожить полностью. Они заманили нас в ловушку, но не смогли добить там. Наша тяжелая кавалерия сумела уйти, хотя и подвергалась обстрелу каменными снарядами. Мало того, я обратил внимание, что интенсивность огня оказалась слабой в конце схватки. Их машины ломаются, и запасы снарядов небесконечны. Их лучники не смогли расстрелять отходящие войска и рубились последние минуты боя в общем строю. Несколько уцелевших при попытке прорыва подтверждают, что мы почти добились успеха, резервов у них нет. Там стояли на смерть жалкие остатки. Посмотрите туда…
Тертедуэй шагнул к краю помоста и вытянул руку в сторону дымящихся холмов.
– Поглядите, они меняют построение. Четыре, максимум пять линий, выстроенных с проходами на ту сторону холмов. Наверняка для того, чтобы пытаться маневрировать во время схватки. Но они уже не могут обеспечить целостный строй с должной глубиной. Они стоят в шаге от поражения.
Дарго мрачно смотрел на старого полководца.
– Да, некоторые уважаемые в других краях люди скажут вам опять, что нужно отдохнуть, собраться с силами. Но кто пообещает нам, что за ночь эти твари не отойдут дальше, в глубь ущелья, где перегородят пятьсот метров плотным строем? И нам снова придется взламывать отдохнувшую оборону. – Старик притопнул сапогом. – Мы не должны позволить им уйти с поля битвы. Я не желаю им этого позволить.
– Что вы предлагаете, Тертедуэй?
– Наша тяжелая пехота почти цела. У нас – двадцать три тысячи тяжелой пехоты, двадцать три! А еще – десять тысяч ополченцев и тысяча разного сброда – повара, конюхи и прочие. Против нас – не больше пяти тысяч мохнатых мерзавцев. Нам нужно ударить один-единственный раз. Окончательно. Не останавливаясь и не пятясь назад. Ударим, дадим при этом перестроиться коннице и сбросим орков с холмов. Всадники добьют преследуемых. Только так. Слишком большую цену мы заплатили, чтобы останавливаться.
Дарго запахнул плащ и зашагал к лестнице.
– Куда вы, мой принц?! – воскликнул Тертедуэй.
– К войскам. Займитесь конницей, а я пока проеду перед пехотой, попрошу их приготовиться к последнему и решительному натиску. Вы правы, у нас нет выбора. Либо сейчас мы покончим с ними раз и навсегда, либо завтра придется начинать все сначала с войсками, измученными ночевкой и сомнениями в успехе предстоящей битвы.
– Посмотрите на эти холмы, мы уже дважды стояли в шаге от победы… Остался последний рывок!.. боятся нас… Только вместе… пора поставить точку… боги с на…
Ветер отрывал от выкрикиваемых слов кусочки и разносил над переминающимися на морозе солдатами. Белый пар клубами вырывался при каждом выдохе и таял в морозном воздухе. Холодало. Солнце уже начало клониться на закат, с каждой минутой все быстрее скатываясь по небосклону. Похоже, к ночи можно ждать снегопада. По крайней мере, первые легкие мутные облака выглядывали из-за высоких черных стен, рублеными боками возносящихся на километровую высоту. Сутулый дружинник отчаянно растирал мерзнущий нос. Сосед справа дремал, облокотившись на копье. Сосед слева пытался из кусков слов составить что-то цельное.
– Я так и не понял, что, обеда сегодня не будет? – так и не разобрал он, провожая глазами умчавшуюся дальше кавалькаду командиров и сопровождающую их свиту.
– Какой обед? Тебе мало жаркого, что коптится там, у холмов?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
