А потом подоспел Мак-Реди.
Он неспроста свернул поначалу в другой коридор — сейчас у него в руках находилась одна из огромных водородных ламп. Растолкав людей, Мак-Реди пробрался к Коннанту и открыл клапан. Из лампы ударил трехфутовый факел голубоватого пламени. Собаки отпрянули. Сумасшедший визг стал громче.
— Баркли! Попробуй притащить сюда силовой кабель. Если мне не удастся превратить монстра в пепел, попытаемся убить его электричеством.
Голос Мак-Реди звучал уверенно. Видно было, что метеоролог все заранее продумал.
Баркли бросился к электростанции, но его опередили Норрис и ван Вол.
Кабель нашелся в кладовой. Через полминуты Баркли уже тащил его по туннелю. Ван Вол выводил котел электростанции в рабочий режим. Норрис, тихо ругаясь, подключал конец кабеля к разъемам на щите генератора.
Когда Баркли достиг поворота, за которым находилась тварь, выяснилось, что пеплом она пока еще не стала. Монстр зловеще вращал красными глазами и взрыкивал. Собаки расположились полукругом. Их морды были измазаны кровью, а зубы клацали.
Мак-Реди стоял тут же, у поворота, держа лампу наготове. Когда подошел Баркли, метеоролог пропустил его вперед, не отводя глаз от твари. На бронзовом лице Мак-Реди играла легкая усмешка.
— У нас все готово, — раздался сзади голос Норриса.
Баркли обернулся. Норрис намотал конец кабеля на ручку от лопаты. Контактные провода были разведены и блестели в свете лампы. Баркли взял вновь созданное оружие в руки.
— Включайте!
Норрис кинулся назад, и вскоре по туннелю понеслись голоса:
— Включили!
— Давай, Баркли!
Существо по-прежнему сверкало глазами и взрыкивало. Баркли сделал шаг вперед. Собаки сразу почувствовали перемену обстановки. Их рычание стало более настойчивым, они подсеменили ближе. Чарнака, вожака своры, огромного черного пса, почему-то нигде не было видно. А потом одна из собак прыгнула на монстра. Существо взвизгнуло и выпустило острые, как сабли, когти.
Мак-Реди хотел перехватить пса, но было поздно. Пронзительный вопль собаки пронесся по коридору и затих вдали.
Баркли тут же ткнул оголенными проводами в тело монстра. Вспышка — и коридор наполнился запахом горящей плоти. Клубами повалил густой дым.
Красные глаза на сморщенном чудовищной гримасой лице закатились. Существо повалилось на снег, и стало видно, что задние лапы у него — собачьи. Свора рванулась вперед, едва не сбив Баркли с ног, и принялась рвать на части неподвижное тело.
Глава шестая
Гэрри окинул взглядом заполненное людьми помещение. Тридцать два человека находились здесь — некоторые в нервном напряжении стояли возле стен, некоторые сидели. Еще пятеро были заняты зашиванием ран у пострадавших собак. Тридцать два плюс пять, всего тридцать семь — весь личный состав лагеря.
— Все здесь, — сказал Гэрри. — Начнем. — Он вновь обвел глазами присутствующих. — Все вы уже видели эту тварь в том или ином виде, а потому имеете о ней некоторое представление.
Рука начальника экспедиции протянулась в сторону брезента, прикрывавшего нечто, лежавшее на столе. Теперь из-под брезента не капало, зато оттуда шел острый запах гари.
Люди зашевелились.
— Итог известен, — продолжил Гэрри. — Чарнак уже не сможет водить свору, а это был любимый пес многих из нас. Блэр желал заполучить монстра для исследований. А теперь мы, в свою очередь, желаем знать, что произошло, и убедиться, что монстр мертв. Верно?
Коннант усмехнулся:
— Не хотел бы я просидеть с ним еще одну ночку!
— Блэр! — Гэрри повернулся к маленькому биологу. — Что ты можешь сказать по поводу случившегося? Что это было?
Блэр некоторое время смотрел на брезент.
— Была ли это его настоящая форма — вот вопрос! — сказал он наконец. — Возможно, оно имитировало внешний вид тех, кто построил корабль. — Глаза биолога оторвались от брезента. — А случилось, на мой взгляд, вот что… Придя в себя, это существо обнаружило, что Антарктика все так же заморожена, как много лет назад, когда оно впервые ее увидело. Пока оно размораживалось, я срезал и исследовал его ткани. Исследования показали, что оно с планеты более теплой, чем наша Земля, и, стало быть, в его естественной форме не способно переносить здешние температуры. Наилучший выход для него был — стать собакой. Почти та же масса тела, а теплая шерсть спасает от немедленного замерзания. Найдя собак, оно сразу же сделало правильный вывод и каким-то образом добралось до Чарнака. Другие собаки почувствовали незнакомый запах или услышали странные звуки — не знаю уж, что там было… В любом случае они взбесились, порвали цепи и набросились на гуманоида до того, как он успел полностью превратиться в собаку. То, что мы нашли, было наполовину Чарнаком, наполовину тем существом, которое размораживалось.
— Получается, перед нами оборотень, — недовольно проворчал Гэрри. — Это объяснимо?
— Конечно, — сказал биолог, — Каждое живое существо состоит из протоплазмы и мельчайших частиц, так называемых ядер, которые контролируют протоплазму. Это создание устроено по тому же самому принципу. Единственная разница состоит в том, что по желанию этой твари ядра могут изменять ее клетки. Сожрав Чарнака, она изучила его строение и приказала своим клеткам принять форму его клеток На полную трансформацию не хватило времени, но кое-какие органы уже изменились. — Блэр откинул край брезента и продемонстрировал полярникам покрытую серой шерстью собачью лапу. — Я исследовал и эту ткань. Здесь даже ядра клеток имитируют ядра собачьих клеток. Во всяком случае, под микроскопом заметить разницу невозможно.
— А если бы у нее оказалось достаточно времени? — сказал Норрис.
— Тогда бы она просто превратилась в собаку. Другие собаки приняли бы ее за свою, а мы бы и подавно не отличили настоящего Чарнака от его копии. Я думаю, что их вообще невозможно было бы отличить с помощью земных методов исследования. Перед нами представитель в высшей степени развитой цивилизации, которая изучила и заставила работать на себя неизвестные нам законы природы.
— Что же эта тварь собиралась делать? — Баркли взглянул на прикрытое брезентом существо.
Блэр горько усмехнулся. Ореол волос вокруг его головы всколыхнулся.
— Полагаю, захватить мир.
— Захватить мир? — выдохнул Коннант. — То есть стать единовластным диктатором?
— Нет. — Блэр покачал головой.
Скальпель, который он крутил в руках, упал. Биолог наклонился, чтобы поднять инструмент, так что, когда он произнес следующую фразу, его лица не было видно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
