Порох
Распоряжением ГАУ производились опыты, не доведенные во время войны до конечных положительных результатов, с так называемыми "прогрессивными" порохами, с каналами инж. Киснемского и другие, с целью увеличения начальной скорости и дальности полета снаряда.
Прогрессивные порохи по мере горения боевого заряда, по мере продвижения снаряда по каналу орудия и увеличения объема заснарядного пространства должны давать количество газов, нарастающее с течением времени все больше и больше. Вследствие этого при прогрессивных порохах, по мере приближения снаряда к вылету из орудия, количество пороховых газов и давление их на стенки орудия и дно снаряда должно не уменьшаться, как это бывает при горении в орудии обыкновенного пороха, а количество газов должно увеличиваться в каждый данный отрезок времени на большую величину, чем в предыдущий; давление же газов должно оставаться равномерным. Такое свойство прогрессивных порохов должно привести к увеличению начальной скорости и дальности полета снаряда, так как, во-первых, давление пороховых газов на дно снаряда при вылете его из канала ствола орудия будет не меньшим, чем в первый момент воспламенения боевого заряда, а, во-вторых, равномерность давления пороховых газов действует на стенки орудия менее разрушительно и потому позволяет увеличить боевой заряд в данном орудии.
Испытанный во время войны прогрессивный порох Киснемского имел зерна в форме призматического бруска с каналами квадратного сечения. Предполагалось, что при таком строении порохового зерна получится прогрессивное горение, дающее под конец горения количество газа до 10 раз больше начального. На опытах оказалось, что при горении квадратное сечение зерна принимает неправильную округленную форму, затем зерна распадаются на мелкие куски, которые догорают уже "дегрессивно". Словом, порох Киснемского сгорал не по столь определенному закону, который можно было бы заранее учесть, и давал в конце горения гораздо меньше газов, чем предполагалось. Кроме того, при изготовлении прогрессивного пороха Киснемского встретились очень большие трудности.
В артиллерии применялся бездымный порох, но не беспламенный. Расположение артиллерии выдавали блески выстрелов, в особенности резкие при ночной стрельбе, которая в позиционный период войны оказалась неизбежной. С целью сделать стрельбу незаметной по блеску выстрелов применялись пламегасители, испытывались беспламенный и другие порохи.
Специальные пламегасители в небольшом количестве присылались из ГАУ на фронт только для гаубичных батарей. Пламегасители закладывались в гильзы перед заряжанием гаубицы. Составные вещества пламегасителей (канифоль, графит, хлористый натрий и калий), обладая свойством сильного охлаждения продуктов разложения пороха, уменьшали пламя при выстреле. Некоторые пушечные батареи прибегали к официально запрещаемым кустарным мерам, чтобы не привлекать на себя блеском выстрелов огня неприятельской артиллерии. Они заимствовали пламегасители у гаубичных батарей и половинки пламегасителей закладывали в гильзы поверх пучков пороха. При этом цель достигалась лишь до некоторой степени, а в отношении начальных скоростей получалось нежелательное их разнообразие.
Еще в 1915 г. на пороховых заводах стали примешивать к пушечному пороху, в период его производства, понижающие температуру вещества, чтобы дать и для пушечной артиллерии порох по возможности беспламенный и однородно действующий. Снаряженные таким порохом 76-мм патроны присылались в действующую армию с осени 1916 г., но при стрельбе этими патронами вспышки огня получались почти такие же, как при обыкновенном бездымном порохе. В 1916 - 1917 гг. положительные результаты дали опыты артиллерийского инженера Киснемского с беспламенным порохом из пироксилина с уменьшенным содержанием азота, но во время войны артиллерия не получала патронов с порохом Киснемского.
Производились также опыты с уменьшением толщины лент пороха, что сокращало время сгорания пороха и давало вероятность устранения пламени при выстреле, но вместе с тем вследствие быстрого сгорания пороха увеличивалась вероятность разрыва орудия. Этим путем до некоторой степени достигалась цель лишь для гаубиц и горных пушек, т, е. для орудий с небольшими начальными скоростями, дававших при выстреле сравнительно небольшое пламя. Но и в гаубицах подобный порох уменьшал начальную скорость приблизительно на 10 - 15%. Подбор же соответствующих лент пороха для пушек, во избежание большой разницы в давлении пороховых газов в канале орудия, могущей привести к разрыву орудия, требовал значительного уменьшения боевого заряда и приводил к нежелательному большому снижению начальной скорости.
Артиллерия выдавала себя не только блеском, но и звуками выстрела. Созданные во время войны свето-звукометрические команды, снабженные специальными приборами, стали определять путем засечек место батарей по вспышкам огня и по звуку выстрела.
Артиллерии необходимо было укрыться от вновь появившейся звуко-световой разведки и с этой целью иметь порох не только беспламенный, но и не дающий громкого звука при выстреле. Попытки получить такой порох или изобрести специальные приборы-глушители, чтобы уменьшить звук выстрела, делались в русской артиллерии, но не привели к сколько-нибудь положительному разрешению до конца войны.
Связь
Русская артиллерия, выступая на войну, знала три средства связи: телефон, сигнализация флажками по азбуке Морзе и цепь передатчиков. От второго и третьего средств во время войны отказались, так как при обычно большом удалении наблюдательных пунктов средства эти оказались медленными и в общем мало надежными. Основной и довольно надежной оставалась в артиллерии проволочная телефонная связь.
В первые два года войны батареи имели по две так называемых телефонных единицы (6 аппаратов Микс и Генест системы "Ордонанс" с 12,7 км облегченного кабеля).
В марте 1916 г.{333} количество телефонного имущества было значительно увеличено, причем телефоны были даны не только батареям, но и управлениям инаркора, артиллерийских бригад и дивизионов и артиллерийским паркам.
Из таблицы видно, что с 1916 г. полевые батареи имели по 9 телефонных аппаратов и по 22? км провода, а горные и тяжелые батареи - по 12 аппаратов и по 28 - 43 км провода. Однако и этого нехватало вследствие частой порчи телефонных аппаратов, износа их и в особенности элементов вследствие быстрой порчи в боях телефонного провода и постоянно возрастающей потребности в удлинении связи.
Облегченный телефонный кабель, как показал боевой опыт, не выдерживал даже в подвешенном положении более или менее близких взрывов снарядов; часто он рвался и по разным другим причинам. Поэтому приходилось для обеспечения надежности связи, в особенности между наблюдательным пунктом и огневой позицией, устанавливать двойную, тройную и даже четверную проводку телефонных линий и притом в разных расходящихся направлениях, сходящихся только в конечных пунктах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
