оказывается для них сложным: ведь выясняется вдруг, что ты уже не такая важная персона, какой был совсем недавно. В том, как окружающие относятся к должностному лицу, всегда есть две составляющие: отношение к самой должности и отношение к человеку, который ее занимает, – причем пропорции этих составляющих у разных людей совершенно разные. Надо быть готовым к тому, что вместе с должностью улетучится и должностная составляющая отношения окружающих к тебе – останется исключительно фактор масштаба твоей личности. Некоторые переносят это очень тяжело. Если же твоя самооценка не нуждается в особом внимании окружающих, ты счастлив увидеть, что жизнь отсеяла все то, что вызывало у тебя сильное раздражение. И вот это было здорово!
Просыпался я в Шотландии, как и всегда, рано, без будильника, и сразу шел в спортзал. Впервые в жизни записался на языковые курсы в «Берлитце» – решил подтянуть английский. Владел английским в принципе неплохо, но преподавателей у меня никогда не было – я его выучил сам. А начал еще в Карабахе – под воздействием стресса, полученного во время визита в Париж.
Это была моя первая поездка во Францию – примерно сентябрь 1993 года. Тогда у нас месяца полтора было перемирие, мир остро интересовался Карабахом, и меня пригласили выступить во французской Дипакадемии. Доклад я делал на русском.
В парижском отеле горничная, постучавшись, зашла ко мне в номер, что-то спросила по-французски, затем по-английски, затем еще на каком-то языке… Я абсолютно ничего не понял и не знал, что ей ответить. Она в недоумении развела руками, повернулась и ушла. Мне было страшно неловко, я чувствовал себя унизительно! Я хорошо владел русским – и мне казалось, что этого более чем достаточно. С английским же в школе у нас было не очень, да и меня к нему совсем не тянуло…
После выступления в Дипакадемии заехал в книжный магазин, купил кембриджский курс английского с аудиоприложениями, кучу еще каких-то книг и наушники и твердо решил не выезжать за рубеж, пока не научусь объясняться на английском. Шла война, я был страшно занят, но по возвращении из Парижа сидел над учебниками почти каждую ночь при свете керосинки и не снимал наушников, колеся в машине по всей линии фронта. Я бесконечно благодарен этой горничной-полиглоту за ее недоуменный взгляд, заставивший меня взяться за изучение языка.
А в Шотландии у меня наконец-то появились преподаватели. Каждый день я часа три-четыре проводил на курсах – они были рядом с отелем, минут семь пешком. В остальное время мы гуляли, ездили по стране, осматривали достопримечательности – в общем, вели себя, как обычные любознательные туристы, заполняющие каждый свой день увлекательными событиями. Было интересно даже просто зайти в магазин – ведь я лет десять вообще не бывал в магазинах! А какое удовольствие испытывал от обычной пешей прогулки по городу – без охраны, без ощущения, что кто-то все время идет за тобой.
Через неделю понял, что адаптация состоялась и я готов к новой жизни.
Сейчас я много путешествую и абсолютно все себе бронирую сам: билеты, отели, машины, рестораны. Меня часто можно увидеть в самолетах с маленькой дорожной сумкой на плече или на улицах европейских городов. Когда при виде меня чье-то лицо расплывается в улыбке, я безошибочно понимаю, что встретил армянина.
С сегодняшними технологиями можно было бы спокойно сократить половину президентского аппарата. У меня множество приложений в айфоне, и все они рабочие. Благодаря им успеваешь сделать массу дел, причем зачастую параллельно. Время – наш самый ограниченный ресурс, и с возрастом начинаешь его ценить гораздо сильнее. Мне нравится современная жизнь – она дает невероятные возможности, и это очень здорово.
После отставки у меня впервые за долгие годы появилось время на чтение, и я очень много читал, особенно поначалу. Еще президентом брал на заметку книги, которые хотел бы когда-нибудь прочесть, – и вот наконец появилась такая возможность. В первую очередь увлекся книгами по управлению и лидерству. В советских технических вузах не учили управлению, психологии, лидерским навыкам – акцент делали на специальных дисциплинах: теоретическая механика, сопромат, теоретические основы электротехники… Мне было очень интересно понять, что я делал правильно и что неправильно с точки зрения теории управления.
Начал с книги «Семь навыков высокоэффективных людей» Стивена Кови – классика, которую, наверное, каждый управленец прочитал одной из первых, но у меня руки дошли до нее только теперь, когда управлять было уже некем. Прочел – и с удивлением обнаружил, что очень многое из того, что написано у Кови, мне знакомо до слез, притом что я-то обычно действовал интуитивно, исходя из здравого смысла и собственного понимания «правильного» и «неправильного», а это понимание естественно вытекало из моего мировоззрения, характера и привычек. Я и подумать не мог, что это уже давно и так интересно описано!
На книге Кови я, конечно, не остановился и перечитал огромное количество литературы по экономике, психологии, управлению, саморазвитию – кажется, все или почти все интересное, что опубликовано на эти темы. Многих авторов сейчас не назову, но помню, что, начитавшись, немного расстроился: я-то думал, что сам напишу что-то экстраординарное и абсолютно новое, опираясь на свой опыт, а оказалось, что все уже написали и описали до меня, причем во всех мыслимых вариациях.
И еще пришел к выводу, что можно блестяще владеть теорией управления, но никакая теория не поможет, если эти знания не в гармонии с твоей сущностью. Ничего не выйдет – абсолютно. Я был знаком с совершенно несносным человеком, который знал наизусть известную книгу Дейла Карнеги «Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей». Он читал в вузе лекции «Как строить отношения», но у него никогда не было друзей, его терпеть не могли на кафедре и ненавидели все соседи.
Напротив, если за твоими плечами успешный опыт управления страной, если ты уверенно владеешь управленческими навыками, если ты открыт для новых знаний, а блеск собственного величия не застит тебе взгляд, то достойная работа всегда тебя найдет. Так я получил приглашение от Владимира Евтушенкова войти в состав СД АФК «Система» в качестве независимого директора и работаю там по сей день. Компания оказалась удивительно интересной с самых разных точек зрения – это и набор совершенно разнородных активов, и высокий уровень корпоративного управления, и выдающийся профессионализм, и мощный кадровый потенциал.
Общение с людьми, работавшими со мной в период моего президентства, какое-то время продолжалось, но постепенно становилось все реже – сейчас близкий контакт есть лишь с немногими. С большинством сохранились хорошие, уважительные отношения, но друзей среди них у меня почти не было. Как президент я всегда держал с сотрудниками
