И как бы ни хотелось произносить вслед за А.В.Наумовым, похоже, любимое им, словечко «ахинея», но совершенно очевидно, что «ахинею» несет именно он, упражняясь в своих «глубоких» познаниях в области инфракрасной оптики и квантовой электроники («прибор ночного видения», «лазерный прицел»), и ни словом не обмолвившись о том: «где пуля?»
Царская дочь
В заключительных главах нашего исследования, мы показали, исходя из фактически сложившейся ситуации вокруг «треугольника»: А.С. Пушкин, Н.Н. Гончарова (Пушкина) и Император России Николай I, что фактическим отцом младшей дочери Пушкиных – Натальи Александровны Пушкиной является царь Николай I. Однако, сколько бы ни были убедительными факты адюльтера Натальи Николаевны и Николая I, факт их физической близости (когда, где и т. п.) навеки останется тайной за семью печатями, а выдвинутая версия об отцовстве Натальи Александровны так и оставалась бы версией, если ее не подтвердить неким обстоятельством, которое превращало бы эту версию в очевидный факт. То есть к одной загадке требовалось присовокупить другую загадку, чтобы «они сами решили друг друга».
Как могла появиться эта «другая загадка»? Только через таинство церковной исповеди «согрешивших». Наталья Николаевна, совершив тяжкий грех измены мужу, хотя и во спасение своей семьи от грозившей ей нищеты, безусловно, рано или поздно свершила акт покаяния, будучи правоверной христианкой в православии. Церковь хранит тайну исповеди, но… до тех пор, пока сокрытие этой тайны не приводит к возможности свершения еще более тяжкого греха – греха кровосмешения.
По канонам русской православной церкви грехом кровосмешения является брак между близкими родственниками вплоть до седьмого колена включительно, после чего потомки смежных родственных линий, исходящих от одного предка, считаются чужими людьми. Однако в реальной жизни сплошь и рядом процветали браки между не столь уж дальними родственниками, и святые отцы поморщившись благословляли браки между потомками смежных линий от четвертого колена и выше. На браки «двоюродных» и «троюродных» братьев и сестер налагалось абсолютное табу, если, конечно, церковным иерархам сие родство было известно. Что же касается браков членов царской фамилии, независимо от того по законной или внебрачной линии появились потомки, желающие вступить в брак, то тут церковь непоколебимо стояла на позиции строго запрета кровосмесительных браков вплоть до седьмого колена.
Следовательно, тайна появления внебрачного отпрыска царской фамилии остается тайной до тех пор, пока потомки царской фамилии не вздумают соединиться в браке, сами того не подозревая, что они родственники. Тут церковь скажет свое решительное «нет», и тогда может появиться та самая «другая загадка». В отношении подтверждения фактического отцовства Натальи Александровны Пушкиной появления этой «другой загадки» пришлось ждать довольно долго. Только при царствующем внуке Николая I – императоре Александре III возникла ситуация кровосмесительного брака дочери Натальи Александровны и внучки Натальи Николаевны – Софьи Николаевны Меренберг, обвенчавшейся с великим князем Михаилом Михайловичем Романовым, вызвавшего резкий протест со стороны Русской православной церкви и самого императора Александра III. Мы вновь обращаемся к сочинению Александра Николаевича Зинухова, исследовавшего и эту тайну семьи Пушкиных и царской фамилии и проследившего родословную Софьи Николаевны, невольно нарушившей церковный запрет на кровосмесительный брак.
Все началось, конечно, с ее матери, очень рано познавшей муки неразделенной любви, будучи красавицей и унаследовавшей соответствующие гены своей матери:
«В шестнадцать лет она влюбляется в сына бывшего шефа жандармов графа Орлова. Брак не состоялся из-за противодействия отца. Но юная Наташа не оставляет попыток породниться с кем-нибудь из высших жандармских чинов. Не пройдет и года, она станет невестой, а потом и женой Михаила Леонтьевича Дубельта, сына управляющего Третьим отделением Леонтия Васильевича Дубельта. Создается впечатление, что девушка постоянно находилась в сфере внимания тайной полиции.
Почему же граф Орлов отказал молодым людям в благословении, а действующий управляющий Третьим отделением дал согласие на брак своего сына с дочерью Пушкина? Граф Орлов к событиям вокруг Пушкина и его семьи в 1835–1837 годах был не причастен, а Леонтий Васильевич Дубельт имел самое непосредственное отношение. Он знал, что в жилах Натальи Александровны Пушкиной течет кровь Романовых. Интересно, получил ли Дубельт разрешение Николая Павловича? Не мог не получить. Но если речь идет не о разрешении, а о повелении?
Наталью Николаевну Пушкину выдают за генерал-майора П.П. Ланского, а дочь Наташу – за Михаила Дубельта. Все под контролем. Может быть, именно поэтому Михаил Дубельт обращался со своей семьей – трое детей! – очень скверно. Он пьет, проигрывает огромные деньги в карты. Женщины, конечно, тоже были. Возможно, в основе ущемленное самолюбие?
Мог быть у Леонтия Васильевича Дубельта свой интерес в этом деле? Мог, и, кажется, был. Поэт Пушкин Дубельта не интересовал, но иметь совместных внуков с живым императором – это кое-что. Пусть даже внуки незаконные, даже тайные, но кровь-то одна.
Леонтий Васильевич сделал удачное вложение капитала, так ему казалось, но судьба… Николай Павлович умер в феврале 1855 года. В следующем году оставил свою хлебную должность Дубельт.
В 1862 году супруги Дубельт развелись. Наталья Александровна остается с тремя детьми, но не унывает. Ее часто приглашают на придворные балы, где она еще до окончания бракоразводного процесса знакомится с офицером прусской службы принцем Николаем Вильгельмом Нассауским. В 1867 году они повенчались.
За неполных семь лет Наталья Александровна родила принцу троих детей. Она стала титулованной дамой, получив еще до венчания титул графини Меренберг, пожалованный ей зятем принца Николая Нассауского, владетельным князем Георгием Вальден Пирмонтом.
Графиня Наталья Александровна Меренберг жила постоянно за границей. Умерла она в Канне на вилле своей дочери Софии 10 марта 1913 года. Наталья Александровна Пушкина-Дубельт-Меренберг вошла в высшую европейскую аристократию. Дети ее сделали еще один шаг, приблизившись к монаршим домам Европы.
В 1891 году в Сан-Ремо Софья Николаевна Меренберг, дочь Натальи Александровны, обвенчалась с великим князем Михаилом Михайловичем Романовым. В России это известие вызвало бурю негодования. Император Александр III, видимо, послал отцу невесты принцу Николаю Вильгельму Нассаускому телеграмму: «Этот брак, заключенный наперекор законам нашей страны, требующим моего предварительного согласия, будет рассматриваться в России как недействительный и не имевший места».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
