утереть нос этому зарвавшемуся нахалу.
— Нет, — опять остался недоволен Цыган. — Если ты победишь, то все деньги тебе, если я — с тебя поцелуй!
Даже опешила от такого заявления.
— Я не целуюсь с незнакомцами! — бросила с раздражением. У меня мужчина есть, это раньше я могла себе позволить разные шалости, а сейчас иное. Неприятно стало от одной только мысли целоваться с кем-то другим, кроме моего Змея.
— Что, сразу же и сдалась? — подначивал он, глядя на меня с насмешкой.
— А вот и нет! — решилась я, подхватив азарт игры. — Встречаемся через десять минут у той же закусочной!
— Идёт! — со странной поспешностью протянул мне ладонь Цыган.
Пожала протянутую руку, скрепляя договор и развернувшись, принялась протискиваться сквозь толпу в обратном направлении.
Долго высматривать жертву не пришлось. У стола с тканями, загораживая почти весь проход, расположился необъятных размеров делец, споривший о цене с хозяином лавки. Весь вид его просто кричал о богатстве и изобилии. Начиная с костюма из дорогущей ткани и заканчивая перстнями практически на всех пальцах. Из кармана субъекта выглядывала золотая цепочка. Если предположить, что и часы на ней из того же материала, спор я легко выиграю.
Подобралась поближе и, как бы нечаянно толкнув, извинилась, при этом часы из его кармана перекочевали мне в руку. Богач посмотрел на меня с таким презрением, что моя совесть, не успев о себе напомнить, тут же успокоилась. Я бы ещё и кольца все по стаскивала с его жирных пальцев, да боюсь, тут без масла никак не управиться.
Довольная собой, выбралась на простор и направилась к тем столикам, за которыми мы совсем недавно сидели. К моему изумлению, Цыган уже был на месте.
— Почти успела, — сверкнул он белозубой улыбкой и глянул на свои часы.
Я в ответ вынула неблагоприобретённый золотой брегет и важно протянула:
— У меня ещё три минуты.
Мужчина присвистнул, разглядывая карманные часы в моей руке.
— Ты выиграла, — он признал поражение на удивление спокойно и кинул мне туго набитый мешочек с деньгами. — Держи, твой выигрыш.
Я подхватила на лету кошель и взвесила на ладони. Вес выходил приличный, но если там медные монеты, то победа бесспорно моя.
Развязав тугой узелок, заглянула внутрь. Так и есть. Монеты сплошь медные, даже ни одной серебряной не оказалось. Да и мешок сам потёртый, застиранный. Такие бывают только у бедняков.
— Ты у кого кошель подрезал? — спросила с тяжелым вздохом.
— У мужичка какого-то, — равнодушно протянул Цыган и знаком заказал себе ещё вина.
От его безразличия мне стало не по себе.
— Я у бедняков не ворую, — заговорила хмуро, глядя на него исподлобья.
— Перестань, — он протянул мне бокал с вином, на который я даже не глянула. — Да и не бедняк то был, посмотри, как набит кошель, у голодранцев таких не бывает.
— А, если это — его последние деньги? — попыталась я воззвать к состраданию, но видно тщетно, он только отмахнулся от меня, словно от надоедливой мухи.
— Не строй из себя народного героя, — процедил он сквозь зубы. — Ты такая же, как я.
Не такая! — опровергла я решительно, и вернулась на рыночную площадь, в надежде отыскать несчастного, оставшегося без денег.
Двинулась от самого начала, протискиваясь вперёд, внимательно глядя по сторонам.
Люди мерно расхаживали между рядами, все с довольными, расслабленными лицами. Никто не кричал: «Караул! Ограбили!» Ярмарка шла своим чередом шумно, но мирно.
Потолкавшись прилично и основательно расстроившись, собралась было обратно, как, у стены с оставленными телегами, заметила сидевшего на корточках невзрачного вида мужичка. Он держался за голову и раскачивался из стороны в сторону. Что-то внутри подсказало мне, это тот, кто мне нужен.
— Что это с ним? — спросила у дородной тётки, что стояла рядом с корзинкой полной продуктов.
Она взглянула на сидевшего и сплюнула в сердцах.
— Деньги у него украли, — рявкнула и добавила зло: — Олух!
Я медленно приблизилась к мужчине и тронула за плечо.
— Эй! — позвала его тихо. — Как выглядел кошель, что Вы потеряли?
Просто так отдать ему пропажу поостереглась, а вдруг, вскочит, схватит за руку, да начнёт орать, что поймал вора, попробуй вырваться. Люди разные, а за хорошие дела можно вдвойне схлопотать.
Но он не ответил, продолжая пребывать в своих явно невесёлых мыслях.
Тогда я потрясла его сильнее. Мужчина поднял на меня заплаканное лицо с непонимающим взглядом.
— Уважаемый, — присела я напротив. — Как выглядел ваш кошелёк? Я нашла какой-то, но не уверена, что ваш.
Его взор некоторое время блуждал по моему лицу и наконец, стал осмысленным.
— Мой, — начал он хрипло, откашлявшись продолжил. — Серый такой, в уголке буква «С». Самюэль, значит, жена вышила давно…
И вновь взялся за голову, всхлипнув, как ребёнок. Более не сомневаясь, сунула ему под нос мешочек с деньгами.
Мужичка как подменили, стоило ему увидеть своё сокровище. Схватил нервно, подскочил, глядя на меня ставшими враз огромными глазищами.
— Как же это? — спросил удивлённо, всё ещё не веря своему счастью.
— Не теряйте больше! — произнесла я наставительно и развернулась уходить, как он схватил меня крепко за рукав.
— Спасибо Вам! — выдохнул, преданно заглядывая в глаза. — Как Вас зовут?
Он весь светился такой благодарностью, что мне стало неловко. Я попятилась, собираясь сбежать, но мужичонка держал крепко.
— Я за Вас молиться буду, леди.
— Вы проверьте, всё ли на месте, — перевела его мысли в другую сторону.
И пока он удивлённо смотрел на кошелёк в своих руках, медленно приходя в себя, дала дёру. Кто его знает, вдруг, очухается, да примется звать стражей. А мне попадаться таким образом Тайной канцелярии никак не хотелось. Давей точно по головке не погладит.
Пробираясь обратно к открытой закусочной, словила себя на мысли, что мне совсем уже не хочется общаться с Цыганом. Такое ощущение, что я увидела себя как бы со стороны, и довольно тёмной стороны.
Неужели я могла когда-то стать такой же, как этот воришка: беспринципной, безжалостной, равнодушной.
Для меня моя профессия до сего дня виделась лёгким авантюрным приключением. Я порхала словно беззаботная бабочка с бала на бал, не задумываясь и упиваясь чувством триумфа, после особо удачных дел.
Встреча с герцогом, кажется, запустила обратный процесс, необратимо изменяя меня. Я всегда считала себя эдаким народным героем, что изымает деньги у богатых и раздаёт их бедным, и лишь любовь к драгоценным камушкам выбивалась из этого представления. Да и то, по правде сказать, любоваться ими — это всё, что мне нужно. Смотреть, как загораются блеском грани в свете свечей и как изменяется их цвет при свете луны.
