В целом пир прошел весело. Даже я расслабилась. Все же интересно, свадьба в другом мире. Другая публика, другие обычаи, другие наряды. А уж о том, насколько «другими» были подмигивания драконов, когда они периодически заглядывали в окна и находили меня взглядом, просто молчу.
А впереди была первая брачная ночь. Слава богу, нас не сопровождала толпа придворных и пьяных дружков жениха. Никто ни на что не намекал и не подбадривал смущенную невесту, то есть меня. Я все же люблю Калахари, пусть и за такие мелочи. Единственные напутствия, которые я получила, это были теплые улыбки от мамы с бабушкой и слова «увидимся утром». И ласковый голос Хилара в голове, который впервые назвал меня по имени.
«Лиля, я тебя люблю, девочка. И очень рад, что ты появилась в моей скучной жизни. А сейчас я горд, что выдал тебя замуж. Мы улетим ночью, но я буду прилетать, не грусти».
«Я тоже люблю тебя, Хилар, – хихикнула я. – И буду очень рада, если ты тоже женишься и я смогу понянчиться с маленьким хвостатым крылатым дракончиком. Всегда хотела иметь братика или сестричку».
«Ну-у, даже не знаю! – Он хохотнул. – Но я подумаю над твоими словами».
Мы с Адриэном тихо сбежали из-за стола и прошли в его покои. А потом… Я люблю его! Я безумно люблю своего мужа! И бог с тем, что он будет императором, а мне, соответственно, придется быть императрицей. Главное, что мы вместе. И пусть он старше меня почти в семь раз. И неважно, что он не человек и у него странные узкие зрачки, вытянутые, как у кошки. Но эти зрачки расширяются, заполняя чернотой всю радужку в те мгновения, когда он смотрит на меня. И я тону в этих черных колодцах. И нет больше ничего и никого, только он, его губы, ласковые руки, только наше дыхание и стук сердец.
Утром я проснулась первой и не сразу поняла, где нахожусь. Полежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к ощущениям и окружающей действительности. Щекой я прижималась к чему-то гладкому и теплому, и там билось сердце. Адриэн… Осознание того, что я сейчас лежу в обнимку со своим любимым, и не просто любимым, а мужем, кружило голову и пьянило. Мой!
Открыла глаза, вздохнула и осторожно, чтобы не разбудить его, приподняла голову. Так хочется посмотреть на него, когда он спит. Скользнула взглядом по разметавшимся по подушке черным волосам, по расслабленному лицу, ресницам, отбрасывающим тени. Невыносимо хотелось разбудить его поцелуем, но так жалко было нарушать сон, что я просто смотрела, тая от нежности. Поймав себя на этом, мысленно рассмеялась. Веду себя как влюбленная глупышка из классических любовных романов. Ну и пусть, ведь это так приятно.
Черные ресницы дрогнули, и я встретилась взглядом с сонными синими глазами.
– Мой любимый Мышонок, – его голос был слегка хриплый, но очень довольный, – как спалось?
– Нормально. – Я вдруг невероятно смутилась.
– Как ты себя чувствуешь? – осторожно поинтересовался он.
– Тоже вроде нормально. – Я прислушалась к своим ощущениям.
– Тогда встаем, завтракаем, собираемся и отбываем.
– Куда?
– Как – куда? – Он улыбнулся. – В медовое путешествие, у нас почти три дня. Ты ведь хотела на море?
– На море? – удивилась я. – А откуда ты…
– Ты сама говорила. Слонов не обещаю, но дельфины будут.
– О-о-о! Дельфины… – Я даже дыхание затаила, но тут же вскочила с кровати.
Впрочем, убежать мне не удалось. Меня тут же перехватили, повалили и зацеловали.
– Не так быстро, моя хорошая. Ты меня еще не поприветствовала. – Адриэн тихо рассмеялся куда-то мне в шею. – Дельфины никуда не уплывут, а вот я могу огорчиться без утренней ласки.
Огорчать мужа не хотелось. Так что дельфинам действительно пришлось немного подождать. А потом мы с помощью амулета перенеслись к морю. Там нас ждал небольшой двухэтажный домик, за которым обычно следила милейшая пара. Мужчина ухаживал за садиком, а его жена была экономкой. Но по нашему прибытию они дом освободили, чтобы он был в полном нашем распоряжении, и мы остались в одиночестве. Я несколько переживала о том, чем же мы будем питаться, я-то в этом плане совершенно безнадежна. Но оказалось, что у меня невероятный, удивительный муж. Погибнуть с голоду он не дал нам обоим.
И было бескрайнее море, очень похожее на Красное. И дельфины. И звезды ночью. А еще прогулки босиком по пляжу, и ночью, и при свете солнышка. И мы двое.
На моем пальце снова красовалось кольцо с синим камнем, которое я получила на помолвку. Оказалось, его снова надевают после первой совместной ночи. И не только девушка получает его обратно как подтверждение своего статуса, но и мужу полагается аналогичное подтверждение свадебного обряда. И я тоже надела Адриэну на безымянный палец гладкое золотое колечко. Только теперь снять их мы не смогли бы ни при каких обстоятельствах. Уж повязаны так повязаны. Меня еще очень волновал вопрос, как бы мои родители и Хилар не обзавелись вдруг внуками незапланированно рано. Но я была успокоена: эта забота меня не касается, существует специальное заклинание для таких случаев. И Адриэн уже давно обо всем побеспокоился. И сам же будет его обновлять, когда потребуется.
Когда мы вернулись в Аурингон, нас ждали новости. Селена вновь уехала из Калахари и обещала навестить только после того, как Адриэн займет престол. В принципе она могла и остаться, если бы не была близняшкой матери принцев. Не то чтобы Адриэн был копией своей матери, вовсе нет, просто похож. Абсолютно идентичны лишь глаза и волосы. Но вся сложность в том, что практически никто не мог вспомнить, как выглядела прежняя императорская чета. Были изъяты все их изображения и описания внешности. К счастью, менять монеты не пришлось, так как в отличие от принятой в большинстве миров практики в Калахари на монетах не чеканят портрет правящего лица. Так что эта проблема была решена. А в общем, никто не мог вспомнить их образ из-за сильнейших заклинаний. Не знаю, по какому принципу они действовали, но, когда кто-то пытался описать их облик, начиналась сильнейшая головная боль. И никто не мог сказать ничего вразумительного, кроме как: «Они были очень красивыми». Помнили лишь имена. И вот как раз поэтому Селене совсем не стоило светить здесь своей внешностью и сходством с Адриэном, чтобы не вызвать случайно воспоминаний об облике императрицы. Благо хоть Рэмир похож на отца, отчего ни у кого и мысли не закрадывалось, что они с Адриэном братья.
Я, кстати, еще долго пытала Адриэна насчет того, как такое возможно, что за столько лет никто не узнал, что они братья. Ведь если их воспитывали вместе и они оба называли лерда Эрмана дядей, то хоть кто-то, но должен был догадаться? Выяснилось, что для всех, в том числе для прислуги в доме, где они росли, Адриэн был дальним осиротевшим родственником. А Рэмир – сыном близкого друга лерда Эрмана, который тоже погиб вместе с женой от рук разбойников по пути в столицу. И он по дружбе приютил сироту и воспитал, как родного племянника. Получалось, что у лерда Эрмана был приют для сироток и для собственного внебрачного сына. Эдакая «Республика Шкид».{28} Так что никто не удивлялся, что оба мальчишки называли наместника дядей, а Эликса кузеном, хотя, в сущности, племянниками не были. Ну и кроме того, в массы еще сто двадцать лет назад был пущен слух, что наследник жив, но скрывается. А дальше завуалированно намекалось, что больше никто из императорской семьи не выжил. Поэтому о том, что брат наследника тоже жив, никто и не догадывался. Странно, на мой взгляд, но, похоже, тут тоже не обошлось без магического вмешательства в умы обывателей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
