Читаем без скачивания Ник-5 - Анджей Ясинский

Сканирование местности ничего не показало. Никаких конструктов или плетений. Впрочем, насчет последнего Шойнц не был уверен, если даже простую сигналку врага Забрало не берет. Рывком отряд передвинулся вперед, выходя из предположительно опасной зоны. Шойнц не исключал и природной аномалии. Подул ветер, принося прохладу, запахло влагой. Странно, до этого момента ночь была светла и без единой тучки. Однако сейчас в небе творилось непонятное — откуда-то взялись тучи, и их становилось все больше и больше. Стало еще холоднее и темнее.

Капитан Шойнц только направил в небо свой меч и стал перебирать плетения, чтобы запустить что-то из мониторинга окружающей обстановки в боевом режиме, как его меч вспыхнул в искусном зрении сначала на кончике меча, затем ближе к рукоятке и наконец прямо под ладонью, сжимающей ее. Шойнц ничего не почувствовал, однако жезл-рукоять перестал откликаться на его команды. Сзади послышались крики его воинов. Не понимая, что происходит, Шойнц тем не менее не потерял присутствие духа, мысленно он огляделся, заметил небольшие вспышки в искусном зрении, там, где переставали функционировать амулеты — полное ощущение, что с неба падает дождь, только каждая капелька несет… Смерть амулетам? Быстро проверив наличие нитей от амулетов защиты, что несли два его воина, Шойнц не теряя времени, пока они еще рабочие, активировал их. Отряд накрыла плотная темнота. Ни свет звезд, ни Мунары, ничего не проникало сквозь защиту. Отлично, теперь можно заняться жезлом. Вряд ли этот 'дождь' продлится долго, а за это время он успеет починить его. Вроде там ничего сложного не сломалось, но повозиться придется.

И все-таки он ошибся в отношении противника. Похоже, что на амулеты было оказано очень тонкое воздействие. Такое тонкое, что он мог его заметить только по результатам их работы. Получается, что враг — или академик, который мог участвовать в их создании в столице и хорошо понимает принципы их функционирования, или кто-то такого же уровня — если учесть все, что рассказывал городской сыщик — кто-то, владеющий неизвестным видом Искусства.

Ллэр Шойнц не знал, что он использовал единственную возможность прикрыться от слабых инфомагических плетений — создать вокруг мощную энергетическую завесу, вызывающую пусть и слабые, но помехи на инфомагическом слое, сбивающие с толку примитивные датчики. Плетения продолжали падать вниз, сквозь завесу, но дезориентированные энергетическим воздействием, в таком состоянии долетали до земли, не причиняя вреда встречающимся плетениям. Впрочем, их никто не видел.

У меня уже все было готово к побегу, теоретически я мог прямо сейчас свалить отсюда, но остались незавершенные дела с противником. Я задумался — бросить все и покинуть сей приют печали или же не дать пропасть втуне проделанной работе? Да и вообще интересно посмотреть, сработает этот навороченный ком магических и чародейских технологий в реале или нет. Ну и еще сделанные прямо здесь, на скале, магические закладки жалко было оставлять. Я не кровожадный, я просто жалостливый. Мне жалко своих усилий. Я посмотрел на Карину — она с увлечением руководила флотилией наших конструктов, с ее лица не сходила легкая злорадная, но такая милая улыбка. Я вздохнул, уселся рядом и переключился на конструктов-наблюдателей.

Капитан Лирк устало вытер пот со лба. Вот и цель.

— Прямо цитадель какая-то. — Он окинул взглядом высокую башнеобразную скалу. Следы аур преследуемых, уже почти незаметные, упирались прямо в нее. Рядом обнаружилось большое пятно расплавленного камня — именно здесь повеселился «Дядюшка Лурисс». Интересно, почему удар пришелся не в скалу, а по соседству? Лирк покачал головой и отбросил посторонние мысли. Попытался связаться с Шойнцем, но не получилось. В свете Ночного Забрала в стороне отряда СИ в небе виднелось яркое пятно.

— Надеюсь, это Шойнц использует что-то из своих «специальных» плетений… — с легкой неприязнью пробормотал он. То, что он сейчас работает с СИ и готов костьми лечь для выполнения приказов ллэра Шойнца, не означало, что он должен их любить. Впрочем, Лирк честно признавался себе, что это была чистая зависть. Профессиональная.

А ведь хорошо получается у Шойнца отвлекать преследуемого! В отношении отряда Белуссцев тот за все время не проявил никакого внимания. Лирк надеялся, что и дальше так будет продолжаться. Было два неприятных момента, когда сигнальная сеть менялась. Но к счастью, ее нити никого не задели. До этого отряд двигался не быстро из-за необходимости обходить сигналку, но чем ближе к скале, тем выше уходили нити, и вскоре отряд попал в мертвую зону, что позволило рывком преодолеть оставшееся расстояние. Наверно преследуемый просто не предполагал, что кто-то сможет так близко к нему подобраться.

Подойдя поближе к скале, предварительно убедившись в отсутствии всякого рода плетений и конструктов, он присвистнул. Следы аур шли вертикально вверх прямо по отвесному каменному боку. Это как же они наверх забрались? А чего собственно удивляться? Даже в его распоряжении были соответствующие плетения, позволяющие выполнить подобный фокус. Вот только стоит их использовать, надеясь, что враг не заметит искусных действий под боком или воспользоваться старым добрым способом — закинуть веревки на вершину, а уж затем по ним быстро подняться с помощью искусной лебедки? Тут бы с ллэром Шойнцем посоветоваться, да и сообщить, где они находятся, но видимо сейчас тому очень жарко… Может воспользоваться моментом, пока враг отвлечен на отряд СИ, и рискнуть? Эх… Тяжело быть командиром и нести ответственность за своих людей!

И все-таки Лирк решил рискнуть. Он чувствовал, как время утекает сквозь пальцы. В заднице просто свербило — верный признак того, что надо незамедлительно действовать. Лирк вздохнул и отдал соответствующие команды. Тут же началась упорядоченная суета. Воины доставали арбалеты, усиленные плетениями (не только у СИ есть «специальные» штучки, — с иронией подумал капитан). Искусники накладывали на них маскирующие плетения, чтобы момент срабатывания не отслеживался. Маскировку наложили и на подъемные плетения, без которых просто невозможно взобраться по практически невидимым нитям. Лирк с гордостью вспомнил свой подвиг, который он справедливо приравнивал к боевому — выбить эти устройства у их снабженца. И ведь как чувствовал, что они понадобятся, как только услышал, что им придется действовать в городе, что находится у подножия гор. Ну, натура была у него такая! Предусматривать все возможные варианты действий своего отряда. Зато сейчас душа просто пела — не часто удается оправдать свои действия прежде всего перед самим собой.