Читаем без скачивания Кошак (СИ) - Кузнецов Павел Андреевич

— Будь там осторожнее, кот. Не подставь тех агентов, что уже работают под личиной по нашей линии. Информацию по ним я тебе давать не стану, но ты и сам не маленький, на месте разберёшься.

С Дианой же прощались очень душевно. Обменялись мягкими нежными улыбками, буквально залили друг друга флюидами поддержки и участия. Так что, когда Ведьма отключилась, на моих губах ещё светилась тень дурацкой улыбки — которую я даже не замечал. Зато заметила проницательная Высшая.

— Сильно! Это потому, что ты с ней спишь?

Госпожа Координатор смотрела серьёзно, не мигая. Натуральная змея. Свернувшаяся в кресле кольцами, и теперь взирающая на меня, как на жертву. Однако добилась Илина совсем не того эффекта, на какой рассчитывала. Никакого намёка на смущение, никакой попытки перевести всё в шутку — небрежение валькирии задело меня за живое. Резко подавшись вперёд, я навис над этой сильной властной женщиной, лишь по своему положению в пространстве смотрящей на меня снизу вверх. Ладонь сама опустилась на грудь, прикрывая серебряные линии отличительных знаков.

— И не стыдно тебе, рыжая, под взглядом планет-прародительниц (4)?..

— Прости, — весь гонор хозяйки жизни мгновенно слетел с женщины, и она прянула мне навстречу, обнимая бёдра и заглядывая в глаза. — Высшая, всё просчитываю, а в этом — дура дурой. Постоянно сбивает, что ты — мужчина.

— У тебя в подчинении большинство сотрудников — мужчины.

— Их я держу вот где, — девочка выпустила когти и со всей силы сжала их щепой. Наши взгляды скрестились на получившейся конструкции; скользнули дальше, вплоть до её острого кончика; в самой высокой точке они вдруг ухнули за грань бликующей кромки, и здесь, в ворохе порождённых металлом солнечных зайчиков, встретились и переплелись окончательно. — Если их не держать, они начинают расползаться… Перестают служить интересам Экспансии… Поэтому дико видеть мужчину, который служит… и сам, без пинков, принимает на себя груз ответственности…

— За мной — мои женщины, кошка. Их в Республике много. И я не хочу, чтобы они умирали. Разве этого мало?

— Да. Это аргумент. Ещё раз прости, — девочка теперь смотрела на меня, что тот кролик на удава.

Роли полностью поменялись. Она твердила это «прости», до конца не понимая, не веря в реальность всего того, из-за чего извинялась. Что ж, придётся доказывать. Как всегда — через постель и когти. Только так до республиканок доходит, к сожалению. Но это будет позже, а пока Высшая всё же взяла себя в руки и даже вызвала к себе одного из тех подчинённых, кого держала щепотью боевых имплантов.

Когда мужчина вошёл, он застал вполне себе пристойную картину. Илина сидела на своём привычном месте, на краешке стола для совещаний, я же стоял от неё по правую сторону, сложив руки на груди, и с живейшим интересом наблюдал за развитием событий. Вошедший оказался начальником «моего» профильного отдела, моим почти учеником и без малого наставником.

— Мансур, проходи. Присаживайся.

Безопасника не пришлось просить дважды. В нём сейчас явно ощущалось противоборство двух начал: нехорошего предчувствия, всегда охватывающего любого опытного работника в присутствии большого начальства, и любопытства. «Коллега» был сильно заинтригован моим присутствием на разборе полётов, и даже не представлял, как на него реагировать. Поэтому нарочито аккуратно присел, сложил перед собой руки на столе — напряжённый, настороженный, но притом готовый к бою. Интересный субъект. И явно знает мою девочку отнюдь не мягкой и податливой любовницей, а в позиции жёсткого руководящего доминирования.

— Что ж, ваша с Кошаком операция получила одобрение дальней разведки. Отдельно от меня. Решение выставить при внедрении его кондиции мечника напоказ, представив псионцем — чрезвычайно грамотный шаг, способный скрыть подлинную суть дела на видном месте.

— Высшая, не стоит хвалить за то, в чём не было моей роли, — мужчина с трудом смог сдержать эмоции, когда услышал про мечника. Я не спешил афишировать эту свою ипостась, а потому в Службе разве что Илина знала о ней доподлинно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Как говорится, скромность — сестра таланта, Мансур, — обворожительно улыбнулась ему начальница. — Так же я рада, что вы смогли найти общий язык с единственным мужчиной в стае. Это продуктивное и дальновидное решение. Знаю, что с кошками всегда сложно, они живут по своим законам, в своём собственном мирке, живут ради Экспансии. Подобная общая точка соприкосновения — исключительно важна в нашем общем деле. Рада, что это сотрудничество начало приносить свои первые плоды. И очень надеюсь, так и останется впредь, а плодов станет только больше. Особенно я рассчитываю на твой отдел в деле с этим политическим. От вас потребуется обеспечить максимальное содействие.

Взгляд, которым одарила подчинённого Высшая, блеснул металлом.

— Высшая… он республиканец. Мы не можем… вот так… пытать. Или помогать с пытками. Нужна санкция. Будь он обычным внешником… или после убийства, совершённого им в политических целях…

— Мансур. Неужели ты не догадываешься, с какой целью к нам прибыли валькирии? Не догадываешься даже, почему именно валькирии? Не разочаровывай меня, мальчик!

— Утечка?.. Но…

— Да, у нас тут завелась мышка, которую, в числе прочего, призваны поймать эти кошки. Это одна из причин, почему Республика ломает сложившийся ход вещей и выделяет фактически неподсудных местной власти специалистов. Хочу подчеркнуть: специалистов высочайшего класса. Ты обязан оказать им максимальное содействие. Потому что если его не будет, каждый виновный окажется под подозрением. И не он, — короткий кивок в мою сторону, — а ты можешь оказаться на месте того политического. На пыточном столе, Мансур. В заботливых коготках валькирий.

Несколько долгих секунд в кабинете висела звенящая, давящая тишина. Высокопоставленный агент приходил в себя после отповеди Высшей, и она ему в этом не мешала. Заставить проникнуться всей запредельной важностью момента — было частью её воспитательных процедур.

— Ну всё, я вас больше не задерживаю, мальчики, — Илина снова была само очарование.

И если безопасник едва ли не пробкой вылетел в коридор, я в дверях обернулся, адресовав женщине вопросительный взгляд. Она в ответ коротко мне улыбнулась, и бросила как бы между прочим:

— Боевое слаживание, Кошак. Оно может быть не только в десанте. И оно нужно не только в десанте. Ты тоже, кстати, намотай на ус: боевое слаживание вашей стаи ещё не закончено. Говорю это, как опытная валькирия. Пусть и недовалькирия по мысли некоторых белобрысых дам…

Вот так, несколькими фразами, Илина спустила всех мужчин с небес на землю. Воистину, она тут самая матёрая альфа-самка! Да другая бы с недавними внешниками и не справилась бы. Для этого нужно иметь хватку, подобную Ведьмовской… Взгляд, которым на Диану Андреевну Велеславскую смотрел опалённый сединой ветеран боевых действий — будет мне сниться до конца жизни. И отнюдь не в эротических фантазиях… А ведь со мной девочка была сама любезность! Однако в тоне, которым она порой осаживала подчинённых, ощущался намёк — мол, смотри мне, милый, не заигрывайся… Илина сейчас продемонстрировала ту же, чисто республиканскую, хватку. Нет, неспроста девочки здесь, в Республике, держат всех в ежовых рукавицах. Они в полной мере соответствуют той роли, которую на себя взвалили. Как только детей рожать успевают… С другой стороны, не ломайся я, дай кошке утоление, и та запросто могла бы предстать в совсем иной своей ипостаси. Нет, не палка делает из обезьяны человека — а регулярный и здоровый секс, выбивающий из мозгов всю гормональную дурь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Мансур поджидал в приёмной. Стоило мне появиться на горизонте, безопасник кивнул головой на выход. Жест был интуитивно понятен, пояснений не требовалось. Дальнейший путь мы проделали бок о бок. Возле лифтовой зоны спутник отрицательно мотнул головой, увлекая меня к лестницам. В мире Республики они служили эдаким анахронизмом, ими почти не пользовались, но неизменно строили — как я недавно узнал, для целей экстренной эвакуации. Поэтому бессловесное предложение коллеги прогуляться по пустынным пролётам сильно меня заинтриговало. Через этаж, на межэтажной площадке, мужчина резко развернулся и, положив ладони мне на плечи, с силой сдавил.