что в одиночку, пожалуй, даже отличный боец с ними не справится, особенно если те навалятся разом. С другой стороны, отец близнецов должен был быть не просто отличным бойцом, а превосходным, что ему эти дуболомы! Очень странно…
– Они долго не разговаривали, – продолжила Эрна. – А потом вроде помирились…
– Ничего они не помирились, – буркнул Эрвин. – Просто не кричали больше.
– Ну, может, и так… – вздохнула Эрна. – А потом папа уехал и больше не вернулся…
– Вы знаете, почему он уехал? – осторожно спросила я.
Эрна помотала головой. Эрвин повторил ее жест, потом посмотрел на меня исподлобья.
– Все говорят, что он нас бросил, – сказал он. – Потому что бабушка так сказала. Как будто папа записку оставил. Только эту записку никто не видел! Бабушка сказала, что сожгла ее…
– Правда-правда, – кивнула Эрна. – А на самом деле… Ой, госпожа Никс, только не говорите бабушке, она не знает!
– Не скажу, – заверила я. Бедные дети, вывалить все свои секреты первой же встречной, которая уделила им чуточку внимания! А если бы на моем месте оказалась настоящая учительница? Вполне вероятно, что она донесла бы Эвине, и что тогда?
– Той ночью папа к нам зашел, – прошептала Эрна. – Он думал, что мы спим, а мы не спали и все слышали.
– Я спал, – поправил Эрвин. – Ты мне потом рассказала…
– Папа очень тихо пришел, – сказала Эрна. – Посидел сперва у меня на кровати, потом у Эрвина. По-моему, он даже плакал… Он сказал, что должен уехать. И попросил у нас прощения, что не может забрать нас с собой, потому что у него сейчас даже нет своего дома… Я решила, что мне снится, а иначе бы ни за что его не отпустила!
– А утром бабушка сказала, что он нас бросил, – завершил Эрвин. – Она же не знала, что папа к нам заходил, а Эри не спала и все слышала, что он сказал.
– Понятно… – протянула я.
Ничего не понятно, честно признаться! Почему отец близнецов уехал среди ночи, тайно? Что он не мог забрать с собой двоих маленьких детей, еще можно понять, куда бы он с ними делся, без денег, без помощи, на большой дороге! Но почему он не вернулся позже? Такие, как он, не сдаются! Или время еще не пришло?
– Он ведь вернется, правда ведь, госпожа Никс? – тихо спросил Эрвин.
– Конечно, – сказала я твердо. – Он обязательно вернется. Скажите, вы знаете, как вашего отца звали до того, как он женился на вашей маме?
Эрвин кивнул.
– Знаем, – сказал он. – Мы долго учили… И другие имена тоже учили, только потихоньку от бабушки.
– Какие другие имена? – не поняла я.
– Имена предков, – пояснила Эрна серьезно. – Как звали нашу другую бабушку, и дедушку, и прабабушку с прадедушкой, и так еще много-много пра-пра!
– Поняла, – улыбнулась я. Вполне логично, северяне отлично знают свою родословную, неудивительно, что и этот человек постарался рассказать детям об их предках по своей линии, а не только по линии Лиссель. – Так все же, как звали вашего отца?
– Герстайн-ар-Сагрель из Дома Аолле, – важно выговорил Эрвин.
Я мысленно присвистнула. Вот уж точно, занесло так занесло!
– Я попробую узнать что-нибудь о нем, – сказала я. – А теперь – прячьте ваше сокровище и живо спать!
Убедившись, что близнецы улеглись, я отправилась к себе. Мне требовалось поразмыслить, и очень серьезно. Заодно я обратила внимание на то, что происходило в коридоре. Вернее, чего там не происходило. Ни подозрительной темноты по углам, ни каких-либо шорохов или шныряний. Решительно ничего не понимаю!
История становилась все более запутанной. Из разговоров слуг, которым надоело сплетничать друг с другом и которые охотно делились со мной информацией, я выяснила следующее: будущий зять Эвины объявился здесь совершенно неожиданно. Просто проезжал мимо, ему потребовалось перековать лошадь, и путник заехал в поместье спросить, не найдется ли кузнеца. Кузнец нашелся, конечно, а гостя к тому же оставили ночевать, потому что выглядел он отнюдь не голодранцем. За ужином он и увидел хозяйскую дочку. Ясное дело, путник был наслышан, кто такие Лиссель, и подумать бы не посмел присвататься к Эйне, если бы не тот же кузнец, просветивший гостя по поводу брачных обычаев этой славной семейки. Так что гость задержался в поместье, а через пару дней сделал девушке предложение. Эйна, к слову, отказаться не подумала даже для приличия. Эвина, судя по всему, была так огорошена натиском гостя, что растерялась, упустила момент, а когда опомнилась, ее дочь уже была замужем за неким Герстайном-ар-Сагрель из Дома Аолле.
А вот теперь начинается самое интересное. «Дом» – это очень приблизительный перевод слова из одного северного диалекта. Скорее, это не «Дом», а что-то вроде «клана». Нет, и это не совсем верно, этот «Дом» объединяет не кровных родственников, а скорее, боевых друзей и их семьи. Самым верным переводом, пожалуй, будет «команда», а если совсем уж честно, то «банда». Потому что северные Дома есть не что иное, как пиратские шайки, от похождений которых стоном стонут все добропорядочные купцы. Правда, если пиратам заплатить отступного, то караван они не тронут и даже проводят до места, чтобы кто чужой не привязался, но если отказать… Словом, лучше не отказывать.
Северные князья делают вид, будто отчаянно борются с пиратами, но это гнусная ложь. Хотя бы потому, что изрядная доля выручки вольных пиратов оседает именно в этих княжествах: в Домах ведь состоит едва ли не треть их населения. Князь Гарастас, например, чьим гостеприимством долго пользовались мы с дедом, в юности и сам подвизался в роли пирата, поэтому к ловцам удачи относился более чем лояльно.
Дом Аолле – один из самых известных и богатых Домов. И как, спрашивается, Герстайна-ар-Сагрель занесло в наши края? И ведь это был не рядовой пират, а, по меньшей мере, капитан собственного боевого корабля, если судить по той подвеске с замысловатыми знаками, такие носят только капитаны. Впрочем, как он сюда попал, неважно. Может, выполнял поручение главы своего Дома, может, по личной выгоде решил на некоторое время сойти на сушу, кто его разберет. Другое дело, что задержаться на этой самой суше ему пришлось дольше, чем он рассчитывал. Эйну Лиссель он взял на абордаж весьма лихо, неужто правда влюбился? А почему нет? (Кстати, по поводу смены фамилии на женину: Герстайн тут ничего не терял, скорее, наоборот, приобретал, потому что фамилий как таковых у северных пиратов нет. Как они разбираются, кто кому родня? Да очень просто – зная наизусть свою родословную как минимум до двадцатого колена, это сделать несложно.) Видимо, он
