К несчастью, грохот орудия напугал пони. Или то был вид неестественно огромного паука, что приближался к ним. Они начали пятиться, взбрыкивать и лягаться своими задними ногами, ударяя по повозке, сражаясь со своей упряжью в отчаянных попытках освободиться. Один из ударов пришёлся по тормозному рычагу, передвинув механизм в свободное положение и расколов надвое. От последовавшей серии ударов неуправляемая повозка покатилась вниз по склону. Поначалу двигаясь медленно, она, разгоняясь, набирала скорость. Феликс было собрался бежать за ней и попытаться остановить, но быстро сообразил, что это бесполезно. Обычному человеку не по силам остановить несущуюся повозку.
Если происшествие и обеспокоило Малакая Макайссона, то тот ничем это не показал. Прокричав гномий боевой клич, он продолжил стрельбу, опрокинув очередного паучьего наездника. Последние два пошли ему наперехват.
— Поберегись, человечий отпрыск, — услышал Феликс голос Готрека, и снова повернул голову в направлении приближающихся орков. Полудюжине из них удалось привести луки в боевое положение и открыть ответный огонь по вершине холма. Феликс вздрогнул, когда в него полетели стрелы, а затем Макс Шрейбер внезапно поднял руки и, продолжая бормотать, завершил какое — то заклинание. Сияющая сфера золотого света возникла вокруг вершины холма. Стрелы ударили в её мерцающую и переливающуюся поверхность и, охваченные огнём, рассыпались дождём искр, не причинив вреда.
Приближающиеся орки остановились в недоумении, испуганные проявлением волшебной силы. Следующий залп кислевитов свалил ещё двух орков. По подсчётам Феликса, на сей момент они уже вывели из боя около десятка орков. Тем не менее, тех оставалось более чем достаточно, чтобы захватить вершину холма. Какой — то хруст позади него снова привлёк внимание Феликса. Он оглянулся.
Сквозь мерцающую дымку он увидел, что один из паучьих наездников оказался на пути повозки и был раздавлен тяжёлыми колёсами, обитыми железом. Последнего разнесло на куски залпом органной пушки. Малакай продолжал скатываться вниз по склону к скоплению отрядов гоблинов. Феликс заметил, что те, широко раскрыв глаза, в панике наблюдают за приближающимся Истребителем. Малакай продолжал вопить и выкрикивать оскорбления, пока повозка неслась на мелких зеленокожих.
Внимание Феликса снова отвлёк вопль с другой стороны. Орки довольно быстро преодолели свой испуг и продолжили наступление. Обнаружив безрезультатность своих усилий, зеленокожие лучники убрали свои луки, обнажили тяжёлые чугунные ятаганы и побежали догонять своих собратьев. Феликс торопливо оценил расстояние и взял наизготовку собственный меч с эфесом в виде дракона.
— Я полагаю, у тебя есть время на ещё один выстрел, а потом лучше доставай меч, — сказал он Ульрике.
Слабая улыбка появилась на её губах, когда она натянула тетиву лука до щеки и отпустила.
— Не болтай, — ответила она, когда свалился очередной орк.
Позади них раздались звуки разрывов. «Чем там занимается Малакай?» — недоумевал Феликс. Он не осмелился посмотреть, видя, что первый из нападающих орков почти вышел на расстояние удара. Ульрика выстрелила ещё раз, практически в упор, затем торопливо отбросила лук и потянулась за мечом. Феликс шагнул вперёд, готовый встать между ней и теми, кто может напасть на неё, покуда она достаёт оружие.
Звук речитатива Макса изменился, и сфера золотого света осела внутрь, тысячами отростков энергии свёртываясь в гораздо меньшие сферы, размером с голову человека, которые зависли прямо перед Максом. Следующий жест разрушил сферы и послал дождь стрел золотого света в орков.
Весь передний ряд незамедлительно был опрокинут вспышкой магической энергии. Феликс увидел, как один орк рухнул на колени, вся его грудь была разворочена и через дымящуюся дыру в доспехах были видны рёбра.
— Хорошо, парни, — произнёс Готрек. — За дело!
Иного воодушевления Истребителям и не требовалось. Все шестеро бросились на лишившихся присутствия духа орков, которые тупо уставились на них. Встретив магический отпор Макса, атака орков захлебнулась. На глазах у Феликса Готрек стремительно ворвался в середину построения орков. Размытой кровавой дугой поднялся и упал вниз его топор, разрубая одного орка и погружаясь в грудь второго. Готрек резко выкрутил топор, высвосвобождая его, и начал крошить всё вокруг — могучее волшебное оружие превратилось в его руках в водоворот смерти.
Подле него наступал Снорри, изготовив топор и молот. Он резко наносил мощные удары, не заботясь о своей безопасности. Каждый из его ударов свалил по орку, моментально превратив тех в безжизненные трупы. К Готреку и Снорри присоединились остальные Истребители, образовав клин, врубившийся в орков, словно корабль, плывущий в море зелёной крови. Феликс с благоговейным трепетом наблюдал за повреждениями, которые наносили гномы. Он сомневался, что ущерб, который за несколько кратких мгновений причинили Истребители, смог бы нанести отряд рыцарей.
Бьорни врезал одному орку головой, а когда тот упал, обезглавил его ударом своего топора. Хохоча, словно помешанный, он наступил на ногу очередному орку, наподдал коленом в пах и, пока тот не очухался, погрузил ему в грудь топор. Рядом с Бьорни находился побледневший Улли, который, вцепившись в свой топор обеими руками, срубал врагов, словно лесоруб, валящий дерево. Феликс заметил, что в сравнении с остальными гномами боевого опыта у Улли немного, но удары, наносимые его сильными мускулистыми руками, были не менее эффективными.
Стег крутился позади, набрасываясь с киркой на любого орка, который мог угрожать его товарищам с тыла. Его взгляд перескакивал с одного на другого, словно в поисках добычи, но не только лишь жадность давала ему преимущество в бурном круговороте рукопашной. Гримме в одиночку бился справа, и резню он устроил впечатляющую. Он пользовался своим здоровенным молотом обеими руками, но скоростью соперничал с Готреком. От одного мощного удара голова орка превратилась в желе. Второй боковой удар начисто снёс голову зеленокожего, отправив ту в полёт на сотню шагов вниз по склону.
Группа людей от яростной атаки гномов незамедлительно обратилась бы в бегство, но орки были слеплены из крутого теста. Лишь мгновение они колебались, а затем бросились в рукопашную с отвагой берсерков, почти под стать своим противникам. Они накинулись на гномов, пытаясь задавить тех числом. Кое — кто из них, заметив людей, выжидающе стоящих на вершине холма, проскочил мимо Истребителей и бросился в атаку. Феликс незамедлительно просчитал позицию. Что лучше, ждать или напасть? Здесь у них преимущество в возвышенной позиции. Если они пойдут в атаку, их преимуществом будет натиск.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
