еще наверху у колодца. То самое давящее покрывало. Пиявка, которая высасывала магическую энергию. Так вот, что это было такое!
Повелитель Холода напрягся, пытаясь сплести самое простенькое заклинание огня, но тщетно. Он чувствовал себя магически сухим, словно пустыня в разгар жаркого дня. Впрочем, стихия Холода по-прежнему повиновалась ему.
– Стихия – не магия, – пробормотал Мюрр. И его способность видеть вязь жизни и завязывать узелки, выходит, тоже не магия. Поэтому-то эти две способности розовый нефрит и не сумел погасить. Мюрр поежился, без доступа к магии он чувствовал себя как голый. – Поганое местечко… Надо выбираться отсюда.
– А как? – спросила Веста.
– Я подсажу тебя, чтобы ты смогла дотянуться до веревки, а потом тебе придется подняться вверх. Опирайся ногами о стены, так будет легче. Осилишь?
– Попробую… А как потом выберешься ты? Тебе удастся дотянуться до веревки?
– Нет. Но ты потом сбросишь мне кусок дерева, чтобы я смог встать на него. Вот, возьми с собой топор. Сумеешь отрубить полено?
– Д-да.
– Ты справишься, я уверен. – Мюрр ласково поцеловал Весту прямо в измазанные кровью губы и заметил, что они дрожат.
«Что ж, не удивительно, после того, что ей пришлось пережить, – подумал Повелитель Холода. – А вообще, она молодец. Другая бы давно билась в истерике».
Мюрр еще раз поцеловал ее, долго, нежно, и неожиданно для себя самого сказал:
– Я люблю тебя, Веста.
– Я тебя тоже, милый… У тебя есть вода? Дай попить.
Он протянул ей флягу. Веста жадно пила, едва не захлебываясь водой. Часть лилась мимо рта, по подбородку, размывая засохшую кровь и оставляя на лице грязные красноватые дорожки. Напившись, она машинально сунула флягу за пояс, к топору.
– Оставь ее, не бери с собой лишнего, – посоветовал Мюрр.
– А? – Веста выглядела сосредоточенной и напуганной одновременно. – Когда я поднимусь, мне наверняка захочется пить.
Мюрр понял, что отобрать у нее флягу теперь можно только силой. От волнения Веста почти не соображала, что делает. Мюрр махнул рукой. Ладно, кожаный сосуд для воды достаточно легкий, вряд ли он сильно осложнит ей подъем.
– Ты готова? – Повелитель Холода подсадил женщину себе на плечи. Поднял, придерживая руками за ноги. Подпрыгнул. – Хватайся!
– Мимо! Ах! Я не дотянулась совсем чуть-чуть! – Веста едва не свалилась с его плеч. Мюрр подхватил ее, опустил на землю.
– Ничего страшного. – Он с трудом перевел дыхание. Веста хоть и не была толстушкой, но и худобой не сверкала, прыгать с ней на плечах оказалось делом нелегким. – Сейчас отдышусь, и повторим…
Повторяли долго. Потом отдыхали, а затем повторяли вновь. Наконец, Веста поймала край веревки, повисла, подтянулась, уцепилась ногами, и начала опасный подъем. Мюрр стоял внизу, готовясь в любой момент подхватить ее, если она вдруг упадет. Но Веста выбралась наружу. Ободрала руки в кровь, но выбралась. А потом…
Потом потянула за собой веревку.
– Эй! Ты что делаешь?! – заорал Мюрр.
– Прости, любимый. – Веста легла на край колодца. Повелитель Холода ясно видел темный силуэт ее головы на фоне синего неба. – Прости, но такова жизнь. Тебе придется остаться там навсегда.
Он просто потерял дар речи. Тупо пялился вверх и молчал.
– Мне было хорошо с тобой, Мюрр, – сказала Веста. – Правда, хорошо. И я искренне собиралась прожить так всю жизнь. Но твоя мать… Да-да, я познакомилась с Богиней Весны в ту самую звездную ночь, когда ты вместе с местным царьком пил водку и трахал рабынь… Так вот. Богиня Ксантина предложила мне выбор: ты или я… Нет, я согласилась не сразу. Пыталась просить за тебя, умоляла, целовала ей ноги. Но она была непреклонна. Больше того, предложила мне награду…
– И сколько же она заплатила тебе за меня?
– Много. Очень много, дорогой. Целое королевство. Я стану королевой сразу, как только ты… умрешь.
Шлюха! Мюрр сжал кулаки. Как была продажной девкой, так и осталась ею!
– Еще неизвестно, кто из нас сдохнет первым! – Он вскинул руку, посылая ледяную стрелу в темнеющий вверху силуэт.
Веста взвизгнула и отпрянула. Потом раздался ее голос, вернее, шипение рассерженной кошки:
– Напрасно ты так, дорогой! Я хотела предложить тебе быструю легкую смерть, например, от стрелы, но теперь… Ты будешь подыхать медленно-медленно, без еды и воды.
– Тогда долго же тебе придется ждать своего королевства, милая!
– Ну почему же… Без еды ты протянешь… месяца три-четыре. Богиня предупредила меня, что вы, дейвы, очень живучи… А вот без воды… Полмесяца, месяц, да? Или больше?
– А если пойдет дождь? – проскрипел Мюрр. – Или ты намерена закрыть колодец крышкой?
– Хорошая идея, жаль, крышки у меня нет. Но в случае дождя я натяну тент. Какого цвета ты предпочтешь, дорогой? Синего, под цвет неба? Или серого, под цвет моих глаз?
– А почему бы тебе не закопать меня заживо? Набросай земли, засыпь колодец.
– О нет, любимый, – засмеялась Веста. – Ты очень хитрый, а меня считаешь дурой, да? Если насыпать земли, ты пророешь ход и выберешься наверх, словно крот. Нет, я оставлю отверстие открытым и буду время от времени навещать тебя. Я приду в следующее полнолуние и надеюсь, что к тому времени ты уже будешь мертв, дорогой!
20
И потянулись дни…
Мюрр не желал сдаваться. У него при себе были только одежда и нож. И никакой магии, кроме стихии Холода. Вначале он попробовал прибегнуть к ее помощи – создал ледяную стрелу, к концу прицепил связанную из одежды веревку и метнул ввысь. Стрела послушно улетела за край колодца, вонзилась в землю, но веревка оказалась слишком коротка – ее конец повис далеко вверху, достигая едва одной трети глубины колодца. Слишком высоко, чтобы Мюрр сумел добраться до нее. Хотя он пытался. Упирался в стены руками и ногами, пробуя подняться, но гладкий камень скользил, не позволяя зацепиться.
Нож тоже не помог – нефрит оказался тверже – лезвие сломалось, а на розовой стене не появилось ни царапины. И все же Мюрр снова и снова карабкался вверх по стене, стремясь добраться до веревки, но каждый раз съезжал вниз, так и не достигнув цели.
Тогда Мюрр попробовал сделать ледяную колонну, но и здесь потерпел неудачу. У него не было под рукой материала, который послужил бы основой для льда, а собственных
