— Алекс, а ты вообще знаешь, что в Великой Войне погибли многие тысячи гномов? — спросил Шаракх.
— Знаю. Глупость всегда наказуема, — ответил я.
— Глупость, — удивился король. — Что ты хочешь этим сказать?
— То, что тогдашний правитель совершил большую глупость, отправив своих воинов на смерть. Ведь они изначально были не правы, вторгаясь на земли Темного. Сидели бы в горах, не обращая внимания на крики имперцев и церковников, остались бы живы!
— Но ведь Темный маг был воплощением зла! — воскликнул король.
Ого, как все запущено! Похоже, Сварш не поделился с королем своими предположениями и своими знаниями о трактовке «истинной» истории гномов. Но ведь каков папаша! Признал, что никогда не отречется от меня, что бы ни произошло, а сам в это время считал Темного вселенским злом и подсознательно понимал, что я могу повторить его путь. Вот это да! Мне им гордиться нужно, любить и уважать, поскольку отец явно доказал на деле, что слово «семья» для него — не пустой звук. Что ж, видно, повезло мне с родственниками, вот только сейчас нужно все понятно объяснить, чтобы больше подобных утверждений не возникало. Вздохнув, я начал уговаривать отца:
— Нет, Темный маг не был никаким злом. Он просто хотел тихой и спокойной жизни. Он так же, как и любой другой король, заботился о своих подданных, защищая их и делая их жизнь лучше. Пока его не трогали, он был белым и пушистым, а как только пошли войной на его владения, естественно, он возмутился. И кто бы остался спокойным, глядя на то, как разрушают все, что с таким трудом создавалось?
Король задумался, а потом спросил:
— То есть, ты считаешь, что Темный не был виноват в том, что уничтожил пятую часть населения гор?
— Он просто защищался, — пожал плечами я. — На его месте так поступил бы каждый.
— Но ведь он был Избранником Смерти… — попробовал было привести последний аргумент Шаракх, но я добил его.
— Как и Основатель.
— Что? — в один голос воскликнули отец с Мирином.
Я терпеливо повторил:
— Основатель тоже был Избранником, хотя и не пошел по пути магии. Просто в те времена у вас магов хороших не было, научиться ему было негде, поэтому и умер он обычным чело… гномом. Но вот только зря вы называете его покровительницу Смертью. Это неправда, да и звучит некрасиво.
— Значит, ты получил способности Древнего Короля только потому, что являешься преемником Темного? — уточнил Мирин, пока Шаракх переваривал сказанное мной.
— Нет, я уверен, что и у вас они тоже есть. Как только я научусь худо-бедно ими управлять, возьму Мира с Алоной за шкирку и потащу в горы, потому что один я тянуть эту лямку не собираюсь.
— Ты думаешь, что у нас может выйти? — с сомнением спросил брат. — Но ведь такой дар проявлялся только у первых потомков Древнего.
— А много ли королей лазали по шахтам? — усмехнулся я. — Это только сам Основатель был предан своему делу, да его отпрыски, чтобы репутацию поддержать, а остальным приятнее было сидеть во дворце и наслаждаться теплом и уютом. А знаете, почему? Они просто не хотели отсюда выходить! Ведь дворец является частью горы, поэтому он и действует на всех вас успокаивающе. Я-то еще с первого дня ощутил, что мне здесь настолько хорошо, что хочется остаться на всю жизнь, а вы просто не понимаете этого. Можете проверить, если захотите. Зайдите в какой-нибудь темный узкий лаз, ведущий в недра этой горы, и прислушайтесь к себе. Наверняка вы будете испытывать не страх и тревогу, что характерно многим, а умиротворение и спокойствие.
Все задумались. Я знал, что они сейчас вспоминают все свои чувства, которые испытывали во дворце. Мирин внезапно улыбнулся и сказал:
— Знаешь, Алекс. А ты прав. Мне ведь еще в детстве нравилось забираться в какой-нибудь темный угол и ждать, пока меня найдут. А Алонка вообще к десяти годам излазила все тайные ходы во дворце, собрав на свои платья всю тамошнюю паутину. Вот только после того, как она едва не угодила в одну из ловушек, мама забрала ее к себе в город, но даже тогда сестренка частенько бегала во дворец и днями пропадала в библиотеке.
— Алекс, а почему ты не хотел раньше признаться в том, что пришел из другого мира? Или в том, что Темный маг? — спросил Шаракх. — Боялся, что я не пойму?
— Да нет… — пробормотал я, почесав затылок. — Вначале я Алону предупредил просто ради перестраховки, ведь тогда вообще планировал исчезнуть после этой истории, чтобы не светиться на политической арене. Ну а по поводу своей «темности» я узнал только на войне. Там уже как-то не до разговоров было, да и вообще про это нужно было помалкивать в тряпочку, так как Империи только дай повод! Какое-то в этом мире к темным предвзятое отношение. Кто вообще выдумал, что тьма — это зло? Это же глупость несусветная! Да и тогда почему все остальные маги не зовутся светлыми? Гордость не позволяет, или грешки не дают? В общем, я по этому поводу не переживаю, да и вам всем не советую. А тебе, папа, настоятельно рекомендую пообщаться на эту тему с Сваршем. Он прекрасно разбирается в древней истории, поэтому может тебе рассказать, что происходило на самом деле. Вот он того Темного не унижает и не говорит о нем всякие гадости, да и ко мне вполне нормально относится.
Шаракх надолго задумался, а я и не думал его торопить. Пускай смирится с тем, что некоторые вещи не такие, какими кажутся. Мирин вообще сидел с легкой улыбкой на лице. Он давно принял меня таким, какой я есть, и совсем не переживал по поводу моего цветного титула. Закончив приглаживать свою бороду, отец сказал:
— Да, Алекс, ты заставил меня задуматься над многими вещами. А скажи, есть еще что-то, чего я о тебе не знаю?
— Ну, я еще вроде как Повелитель зверей, — хмыкнул я в ответ.
Лицо Шаракха снова приобрело очень задумчивое выражение, а Мирин, который давно знал об этом от того же Ваза, только хихикнул. Отбросив все мысли в сторону, король поднялся и решительно заявил:
— Так, на сегодня с этим закончим, а то опоздаем на прием. Алекс, ты почему еще не переоделся?
— Я уже! — возмутился я.
— Тебе разве не принесли твой костюм?
— Я этот наряд клоуна надевать не собираюсь. И вообще, чем тебе не нравится мой парадный мундир?
— Тем, что он грязный и мятый! Живо переоденься! Наследник Основателя, а ходит в рванье!
Поняв, что переубедить отца уже не получится, я пошел в свою комнату и переоделся попугаем. Не знаю, что за мода была в королевстве, но чувствовал я себя в этом одеянии неловко, хотя и вынужден был признать — сидело оно на мне превосходно. Хорошие тут портные, как, впрочем, и сапожники. Потом я спустился вниз в большой бальный зал, где вместе с отцом и Мирином удостоился объявления дворецкого. Мои титулы перечислялись даже дольше, чем Шаракха, все-таки иметь столько братьев накладно, но они были не бесконечны, и в результате мы неторопливо вошли в зал. Король устроился на троне, толкнул коротенькую речь, всего лишь минут на двадцать, в которой даже упомянул, что у меня открылись способности Основателя, тем самым обеспечив мне веселый вечер, а потом приказал нам развлекаться. Мирин сразу скользнул в толпу расфуфыренных гномок, а на меня набросились все желающие познакомиться с новым принцем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
