– Да, это так. Но сможете ли вы удержать их? Найти тех, кто собирается саботировать наши решения и спутать их планы?
Бари пожал плечами.
– Мне потребуется помощь. Это будет дорого стоить. Полагаю, придется использовать секретные фонды…
Фаулер зло усмехнулся.
– Род, что там еще говорил Стоун? Что-то о…
– Вовсе не обязательно вытаскивать наверх бред этого человека, – запротестовал Бари. – Надеюсь, я достаточно богат. – Он пожал плечами: что у него останется, когда дело будет сделано? Фаулера не тревожит, что Бари может разориться. – Но может оказаться, что потребуются ресурсы, превосходящие мои…
– Мы это обсудим, – сказал Фаулер. – Например, блокада должна поглотить массу ресурсов Меррилла, которые он предполагал пустить на объединение Трансугольного Сектора. Мне представляется, что умный торговец мог бы завести несколько контактов с мятежниками. Может, даже убедить их принять нашу точку зрения. Конечно, я не знаю, как это можно сделать.
– Понимаю.
Фаулер кивнул.
– Надеюсь. Род, возьмите, пожалуйста, эту ленту и уберите ее в надежное место. Думаю, она нам больше не понадобится.
– Да, сэр. – Род дал команду своему карманному компьютеру. Машина загудела, знаменуя новый период в жизни Горация Бари.
Возможности уклониться не будет, подумал Бари. Фаулер примет только результаты, а не извинения, и моя жизнь будет ставкой в этой игре. Должно быть, нелегко быть политическим агентом этого человека. А какой у меня выбор? На Леванте я могу только в страхе ждать, а здесь по крайней мере буду знать, как идут дела с мошкитами… а может, даже изменю их политику.
– И еще одно, – сказал сенатор. Он сделал знак, и Род открыл дверь кабинета. Вошел Кевин Реннер.
Все они впервые видели парусного мастера в гражданской одежде. Реннер выбрал яркие брюки и еще более яркую тунику. Его шарф был из какого-то похожего на шелк материала, который выглядел натуральным, но вероятно был синтетическим. Мягкие ботинки, драгоценности… – короче говоря, он выглядел как большинство преуспевающих торговых капитанов. Торговец и капитан удивленно уставились друг на друга.
– Да, сэр? – спросил Реннер.
– Несколько рановато, не так ли, Кевин? – заметил Род. – Ваша отставка с сегодняшнего дня не действительна.
Реннер ухмыльнулся.
– Не думаю, сэр, что могу согласиться с этим. Даже уверен в этом. Доброе утро, ваше превосходительство.
– Я вижу, вы знакомы с торговцем Бари, – сказал Фаулер. – Это хорошо, поскольку отныне вы будете часто видеть друг друга.
– Что? – насторожился Реннер.
– Сенатор имеет в виду, – объяснил Род, – что хочет просить вас об одолжении. Кевин, вы помните условия вашего служебного контракта?
– Конечно.
– Четыре года или продолжительность Критического Положения Первого Класса, или продолжительность внешней войны, – сказал Род. – Так вот, сенатор объявил ситуацию с мошкитами Критическим Положением Первого Класса.
– Минуточку! – воскликнул Реннер. – Вы не можете сделать этого со мной!
– Могу, – сказал Фаулер.
Реннер упал в кресло.
– О, мой Бог!
– Широко об этом еще не объявлено, – сказал сенатор Фаулер. – Мы не хотим никакой паники. Но вы официально извещены. – Фаулер прервался, чтобы сделать глоток. – Конечно, у вас есть альтернатива.
– Спасибо.
– Резко, не так ли? – сказал Род, улыбаясь. Реннер ненавидел его.
– Вы сделаете для нас очень большую работу, Реннер, – сказал Фаулер. – Империя будет вам благодарна. Я буду благодарен. Вы знаете, я привез с собой чистые бланки Имперских патентов… Как вам понравится встретить следующий День Рождения бароном?
– О, нет! Это не для меня! Это отнимет от меня все время!
– Но конечно, вы найдете привилегии приятными, – сказал Род.
– Проклятье! Нет, сэр, вам не сделать из Кевина Реннера аристократа! Слишком много еще нужно изучить во вселенной! У меня нет времени для всей этой работы…
– Это может нарушить вашу беззаботную жизнь, – сказал сенатор Фаулер. – Во всяком случае, будет масса разнообразия: зависть и все такое… Но вы слишком полезны, мистер Реннер, и это Критическое Положение Первого Класса…
– Но… но…
– Капитан гражданского корабля, – сказал Фаулер, – в рыцарском звании и понимающий проблему мошкитов. Да, вы именно тот, кто нам нужен.
– Нет у меня никакого рыцарского звания.
– Значит, будет. Это неизбежно. Мистер Бари требует, чтобы его личный пилот имел по крайней мере Св. Михаила или Св. Георгия. Не так ли, ваше превосходительство?
Бари вздрогнул. Было неизбежно, что Империя назначит человека следить за ним, причем человека, который сможет говорить с торговыми капитанами. Но этот арлекин? Борода Пророка, этот человек невыносим! По крайней мере, это интеллигентный арлекин. Может, он даже окажется полезен. – Я думаю, сэр Кевин – отличная кандидатура для пилота моего корабля, – спокойно сказал Бари. В голосе его был всего лишь намек на отвращение. – Добро пожаловать в Империал Автонетикс, сэр Кевин.
– Но… – Реннер оглядел комнату в поисках помощи, но ее не было. Род Блейн держал в руках какую-то бумагу… что это может быть? Конечно, отставка! Пока Реннер смотрел, Блейн разорвал документ на куски.
– Черт возьми, хорошо! – Ждать милость было бесполезно. – Но как гражданский человек!
– О, конечно, – согласился Фаулер. – Вы получите полномочия от Военной Разведки, но это не для показа.
– О, пуп Господа! – Эта фраза заставила Бари вздрогнуть. Реннер усмехнулся. – В чем дело, ваше превосходительство? Разве у бога нет пупа?
– Я предсказываю интересные времена, – медленно сказал Бари. – Для нас обоих.
А МОЖЕТ, ЛОШАДЬ ЗАПОЕТ
Яркий солнечный свет освещал крышу Дворца. Пушистые, невероятно белые облака неслись по небу, но на посадочной площадке дул всего лишь слабый ветерок. Солнце светило тепло и приятно.
Адмирал и два капитана стояли у люка посадочной шлюпки, глядя на маленькую группу гражданских, троих чужаков в выпуклых черных очках и четырех вооруженных звездных пехотинцев. Демонстративно не замечая мошкитов и их эскорт, адмирал поклонился гражданским.
– Простите, леди, и вы, лорд, что эти назначения не позволят мне присутствовать на свадьбе. Сожалею, что вынужден забрать ваших друзей так скоро. – Он указал на двух капитанов и поклонился еще раз. – Теперь я оставлю вас, чтобы вы могли попрощаться.
– Удачи вам, адмирал, – тихо сказал Род.
– Спасибо, мой лорд, – ответил Кутузов. Он повернулся и вошел в шлюпку.
– Я никогда не пойму этого человека, – сказала Сэлли.
– Вы правы, – заметила Джок.
Сэлли удивленно посмотрела на чужака, затем повернулась к офицерам и протянула руку.
– Удачи вам, Джек. И вам, Сэнди.
– Вам тоже, Сэлли. – Каргилл искоса глянул на нашивки на рукаве. Четыре кольца, означавшие должность капитана, были яркими и новыми. – Спасибо, что дали мне корабль, Род. Я думал, что навсегда останусь в Оперативном Отделе.
– Спасибо адмиралу, – ответил Род. – Я рекомендовал вас, но решал он. Сэнди единственный, кому придется попотеть. Он будет на флагманском корабле.
Синклер пожал плечами.
– Как инженер Флота, я надеюсь проводить время на других кораблях, – сказал он. – Лучший наблюдательный пункт для разработки новых хитростей будет находиться внутри Глаза. Поэтому я буду с этим англичанином, а это не так уж плохо. Сомневаюсь, чтобы от этого его корабль рассыпался.
Каргилл проигнорировал его.
– Сожалею, что пропущу свадьбу, Сэлли. Впрочем, пользуясь правом приглашенного, хочу кое-что сказать. – Он наклонился и коснулся губами покрасневшей щеки Сэлли. – Если устанете от него, на флоте есть и другие капитаны.
– Точно, – подтвердил Синклер. – И мои полномочия подписаны на две минуты раньше, чем Каргилла. Не забывай этого, Джек.
– Как можно! Но и ты помни, что «Паттон» – мой корабль. Лучше нам держаться порознь, шкипер. До свидания, Джок. Чарли. – Каргилл заколебался, затем неуклюже отсалютовал.
– Прощайте, – ответила Чарли. Иван защебетал и Джок добавила: – Посол желает вам удачи.
– Надеюсь, он подразумевает именно это, – сказал Каргилл.
– Конечно, мы подразумевали именно это, – сказала Чарли. – Мы хотим, чтобы вы чувствовали себя в безопасности.
Каргилл с задумчивым видом повернулся и поднялся на борт шлюпки. Синклер последовал за ним, и рядовые закрыли люк. Двигатели загудели, и люди с мошкитами отошли в укрытие. Молча смотрели они, как шлюпка снялась с крыши и исчезла в ярком небе.
– Это сработает, – сказала Джок.
– Вы читаете мысли, не так ли? – спросил Род, глядя в небо, но там не было видно ничего, кроме облаков.
