Я благодарно вздохнула, чувствуя искренне участие Нилли, которая раздраженно укусила своего друга за шею, заставляя воздержаться от шуток, которые меня смущали. Ее душа понимала мою, наверное, потому что волчица тоже обладала этой странной мягкостью. Что ж, может, у меня появиться и подруга…
Цепь соскользнула с моей руки, обвиваясь тугим кольцом вокруг драконьей шеи. Сейчас я уверенно взобралась на спину Янро, который удивленно дернулся от прикосновения металла, но принял мою решимость, колко ухмыляясь. Я не прислушивалась к его едким замечаниям.
Взгляд мой устремился в небо. Нежная лазурь ласкала, но и манила, кожа вспомнила прикосновения порывистого ветра и то, что с утра казалось мучительной пыткой, теперь предстало в виде самого прекрасного наслаждения. Волки неуверенно глядели на меня снизу вверх, понимая, что нам предстоит путь. Янро и мне — по небу, а им — по земле. Что ж, волчьим лапам не привыкать мерить землю широкими шагами. Они не врали. Они пойдут за мной куда угодно, и сердце таяло от этого осознания, медленно заходясь в счастливом ритме.
Куда?
Вопрос Янро пошатнул мою решимость, но я поудобнее устроилась на нем, вцепившись пальцами в чешую. Цепь туго обвилась вокруг запястья.
Домой.
И я прижалась к горячей шее Иного, отправляясь в новое путешествие. Разум был полон надежд, душа мечтала о свободе, а сердце неуклонно тянулось к мужчине всей моей жизни…
Эпилог
Принц Силенс стоял посреди дороги, которая плавно спускалась вниз к его замку, но мужчина не смотрел на Дейст — взгляд его с надеждой блуждал по просторам герцогства. Глаза его неуклонно искали маленькую фигурку женщины, которой принадлежало его сердце, верность и душа. Наверное, ни одна клятва вассала не перенесла всего чувства преданности, какое он испытывал к своей жене.
Отец принца, король Энтраст Справедливый, выбрал для него невесту, и Силенс всегда считал, что не полюбит свою жену. Но судьба пошутила с его уверенностью. Он получил не только настоящую принцессу, которая теперь смогла бы отдать жизнь за свой народ, но и женщину, доверительно поверившую ему свою любовь. Это вдохновляло принца, вместе с тем остужая пыл долга, перед которым поступиться было бы позором.
Да, он и сейчас бы бросился в пыл битвы, поднимая топор ради своих крестьян, солдатов, но душа уже не являлась такой отчаянной — принц не хотел умирать, он знал, что теперь в холодном замке его ждет желанное тепло. Быть может, это смутило бы Ялдона, но не Силенса, который чаще всего доверялся сердцу в своей жизни, а не холодной расчетливой логике.
Он ждал ее нескончаемо долго. Это было первое лето, которое показалось ему бесконечностью. Даже Королевская магия не спасала от одиночества, каким он наслаждался всего год назад. Теплый взгляд янтарных глаз, мягкость волос и нежные губы изгнали из него любовь к уединению. Теперь в его сердце была только она. Эверин Страстная. И страсть ее поражала, он упивался ею, готов был всю жизнь держать ее в своих объятиях и не отпускать. Но было в его жизни почти столь же ценимое, как и она.
Королевство Дейстроу было в его сердце еще до того, как он осознал себя принцем. Все изменилось, как только Силенс стал носить звание будущего короля. Вера отца в своего сына пошатнулась, но юный принц стерпел и это, стараясь доказать Энтрасту, что оправдает его надежды. Но всегда ему не хватало чего-то.
И вот он стоял посреди дороги и ждал, когда Эверин вернется в его жизнь и вновь наполнит ее красками и счастьем. Силенс ждал этого с таким нетерпением, что просто не мог усидеть в замке — своей магией он ощущал ее приближение. Кто-то был рядом с ней, но принц не сумел распознать это существо.
В холм начал подниматься человек, Силенс замер, надеясь увидеть горячо любимое лицо, но фигура, которая обрисовывалась на фоне заходящего солнца, не была похожа на Эверин. Нерешительность шевельнулась внутри, мужчина нахмурился и скрестил руки на груди.
К нему навстречу шел человек в изодранной в клочья одежде. Грязная кожа неприятно темнела сквозь огромные прорехи, а запекшаяся кровь приклеивала истрепанную ткань к нанесенным ранам. Спутанные волосы, лицо, покрытое густым слоем пыли, шаткая походка насторожили принца. Он бросился к человеку.
В руке оборванца трепетала красная лента. На Королевство Дейстроу напали.
