Филиппа 12 тысяч крон, Маргарита поскакала дальше в Нанси увидеться с отцом, королем Рене. Осознавая безнадежность ее борьбы и отдавая себе отчет в том, что возвращаться в Шотландию ей опасно, он убедил ее остаться пока во Франции и предоставил ей свой замок Кёр-ла-Петит в герцогстве Бар. Там она основала маленький двор, дав приют изгнанникам, в том числе сэру Джону Фортескью, доктору Джону Мортону, сэру Роберту Уиттингему и Джорджу Эшби, своему секретарю – хранителю печати. Рене выделил ей пенсию, составлявшую шесть тысяч крон в год, однако эти деньги не покрывали ее расходов, и по большей части она жила в изгнании на хлебе и воде или, может быть, лишь чуть лучше. Это вынуждало ее наносить длительные визиты различным родственникам, включая бабушку, Иоланду Арагонскую, брата, Иоанна Калабрийского, и тетю, вдовствующую королеву Марию Французскую, жившую в замке Амбуаз. Время от времени она наведывалась в Париж в надежде пробудить у короля Людовика сочувствие к своей борьбе за трон, но тщетно. Кроме того, она попыталась заручиться поддержкой императора Священной Римской империи Фридриха III, короля Португалии и графа Шарля де Шароле, но также не преуспела.
Все ее надежды на будущее были отныне связаны с десятилетним сыном. Она могла посвящать какое-то время его образованию и воспитанию и назначила Фортескью его главным наставником. Фортескью написал для мальчика трактат об английских законах «De Laudibus legum Angliae» («Похвала английским законам») и хорошо его обучил, возможно прибегая к помощи Джорджа Эшби. Эдвард расцвел под его мудрым руководством и, без сомнения, только выиграл от нового, более размеренного и спокойного существования. Мать прививала ему придворные манеры и умение непринужденно держаться в обществе, а кроме того, он, по обычаю, как считалось обязательным для мальчика его положения, обучался военному делу у ее придворных.
В начале декабря 1463 года продолжительные переговоры короля Эдуарда IV с шотландцами принесли плоды: они заключили перемирие, одним из условий которого было данное Яковом III обещание не помогать более Ланкастерам и их сторонникам. Это не вызвало у шотландцев угрызений совести, поскольку они полагали, что теперь дело Генриха VI обречено. 8 декабря Генрих VI пересек границу со своим маленьким двором и снова обосновался в замке Бэмбург, откуда в течение нескольких месяцев будет править тем, что осталось от его королевства, то есть нортумберлендскими крепостями.
Некоторое время Сомерсет пребывал во все возрастающем раздражении оттого, что король Эдуард не выплачивает ему пособие, обещанное годом ранее. Возможно, он также ощущал чувство вины из-за того, что отрекся от Генриха VI. В декабре 1463 года он наконец порвал с Эдуардом IV и поскакал из Уэльса в Ньюкасл, заранее выслав вперед гонца, чтобы предупредить своих людей и велеть им открыть ворота. На постоялом дворе неподалеку от Дарема он был опознан и, разбуженный посреди ночи звуком шагов за дверью своей комнаты, вынужден бежать через окно в одной рубашке, босой. Тем временем йоркистский гарнизон в Ньюкасле узнал о том, что он должен туда явиться, и обратил в бегство его приближенных. Поэтому герцогу пришлось покинуть Англию и направиться ко двору Маргариты Анжуйской в Бар, где он принялся молить о прощении за свою измену, и королева, обрадовавшись тому, что он вновь вернулся к ней, с готовностью с ним примирилась.
Эдуарда IV глубоко оскорбило предательство Сомерсета, особенно после того, как он всячески выказывал ему свое расположение. Хуже того, измена Сомерсета возвестила начало нового ланкастерского заговора против короля, ведь в Уэльсе Пембрук делал все возможное, чтобы поднять восстание в пользу Генриха VI, а в начале 1464 года сторонники низложенного короля активизировались на севере. Сомерсет и сэр Ральф Перси возмущали простой народ, подстрекая к мятежу, а небольшой отряд из Алника прорвался на контролируемую йоркистами территорию и захватил замок Скиптон в Йоркшире. Генрих VI доезжал на юге до самого Ланкашира, чтобы набрать сторонников, и вскоре Ланкастеры и их приверженцы настолько укрепили свои позиции, что смогли совершить успешные рейды с севера и завладеть замками Байвэлл, Лэнгли и Хексем. В поддержку Генриха VI произошел ряд незначительных восстаний в Восточной Англии, Глостершире, Чешире, Ланкашире, Стаффордшире и Уэльсе, но все они были подавлены королем Эдуардом с методичной и основательной жестокостью. Сэр Уильям Тейлбойс был обнаружен в угольной шахте неподалеку от Ньюкасла, где он скрывался с тремя тысячами марок, предназначенными в качестве денежного довольствия ланкастерским войскам, но теперь их захватили люди лорда Монтегю и распределили между собой.
В это время королева Маргарита попыталась привлечь на сторону Ланкастеров герцога Бретонского. Пембрук уговорил герцога предоставить ему корабли и людей для завоевания Уэльса, и ему было позволено набрать флот в Сен-Мало, откуда он и отплыл в марте в составе эскадры под командованием Алена де ла Мотта, вице-адмирала Бретани. Однако, услышав известие о подавлении ланкастерских восстаний, Пембрук повернул назад, и планируемая экспедиция в Уэльс не состоялась.
Тем не менее сведения, полученные под пыткой у ланкастерских агентов, убедили правительство, что происходят какие-то важные события. 1 апреля прославленный Хамфри Невилл из Бранспета, пренебрегая прощением, данным ему королем Эдуардом, поскакал в Бэмбург и предложил Генриху свой меч. Несмотря на неудачи последних недель, Генрих был настроен оптимистически и полагал, что вот-вот вернет себе трон.
К этому времени Уорик убедил короля Эдуарда, что единственный способ восстановить порядок на севере – это превратить перемирие с шотландцами в вечный мир. Шотландцы согласились на переговоры, и в апреле король послал Монтегю на север сопровождать шотландских посланников в Йорк. Однако Сомерсет, Рос, Хангерфорд, Хамфри Невилл, сэр Ральф Грей и сэр Ральф Перси устроили западню, спрятав восемь человек, вооруженных копьями и луками, в лесу неподалеку от Ньюкасла, чтобы не дать Монтегю прибыть к шотландским посланникам в Норем. Но Монтегю уже предупредили о засаде, и он изящно ускользнул от заговорщиков и спешно поскакал дальше, но тут, 25 апреля, обнаружил, что Сомерсет и его единомышленники с пятьюстами ратниками подстерегают его на пустоши Хеджли-Мур, между Морпетом и Вулером. Последовала короткая, но яростная схватка. Рос и Хангерфорд, осознав, что терпят поражение, вырвались из гущи боя, но сэр Ральф Перси сражался до конца, пока, смертельно раненный, не пал на поле брани вместе с большинством своих людей. Его смерть стала сокрушительным ударом для дела Ланкастеров: многие северяне поддерживали их исключительно из преданности сэру Ральфу Перси.
Битва завершилась победой Монтегю, рассеявшего вражеское войско. Затем он съездил в Норем за шотландскими посланниками и сопроводил их в Йорк, где было заключено перемирие сроком на пятнадцать лет.
