ее на лавку, плеснул в стакан воды и подтолкнул ко рту. Лейт выпила одним глотком и задохнулась — ей налили чистой инты. Стащив со стола кусок лепешки, она быстро зажевала выпитое и на заплетающихся ногах подошла к котлу и налила себе полную миску похлебки.
Через какое-то время она обнаружила, что рассказывает чейну все, что видела, давясь и захлебываясь слезами. Он слушал ее хмуро и сосредоточенно, изредка кивая головой. Закончив, она попросила у него разрешения покинуть замок.
— Куда ты пойдешь? — спросил он с гневом и горечью. — Родственников ведь у тебя нет? К знакомым? Или… к дружку своему? Так не найдешь его теперь… Знаешь, что в городе творится?
Лейт помотала головой.
— Да то же самое, что и здесь, только без колдовства. Хильды, что расквартированы в городе, да прихвостни, которым заплачено островным золотом, поразгоняли всех с улиц. Любого, кто высунется, бьют до смерти. Дома тех, кто под подозрением, обложены охраной. Сил, конечно, у колдунов мало, на всех не хватит. Но самое страшное, девочка, не это…
— А что? — испугалась она.
— Иллары наши…молчат. Сидят в своих храмах и молчат. Глаза безумные… Только те, что с Ильфейна, правителя нашего поддержали, и то, говорят, Даллан над ними поколдовал. А так… Странно это, вот что. И страшно.
Лейт кивнула. Вспомнился Андиан. Где он, что с ним? Он как-то обмолвился, что осуждает намерение Холгойна войти в Эргалон с войском и отомстить агвалларцам. Он считал, что власть Острова в нынешние неспокойные времена поможет избежать бедствий, постигших соседние Ахтан и Майр. В качестве примера он приводил Хильдайр, где остров и князь прекрасно поладили и где пока что не было беспорядков, а угасание хэльдов хоть и шло довольно активно, но не вызывало паники. Она не спорила, потому что не разбиралась в этом вопросе, она осуждала только убийство членов правящей династии. Ведь наверняка можно было решить дело мирным путем? Андиан утверждал, что нет.
— Так что лучше тебе, малышка, по улицам не бегать. Сиди здесь, — и чейн обратил на нее тяжелый, не совсем трезвый взгляд. — В обиду мы тебя не дадим.
50. Бой за Риан Ал Джар
(Сезон Пробуждения. Риаллар, Эргалон)
Кусок скалы, казавшийся монолитным, отодвинулся бесшумно и плавно. Тэйн осторожно выглянул наружу, опасаясь наткнуться на охрану — недалеко находился хорошо известный прямой тоннель в святилище Ильфейна. Так и есть: к стене привалился в полудреме молодой хильд. Бесшумно, насколько мог, Ройг шагнул к нему и точным касанием погрузил в более глубокий сон. Шаух, выглянувший следом, помог оттащить тело в проход и показал, как сдвинуть дверь в складе со стороны замка.
— Я останусь в хэрэне около Белого озера, — сказал он на прощание. — Ты найдешь туда дорогу?
Тэйн кивнул.
— Если что, я смогу вызвать тебя через Окно, — предложил он.
— Можешь, — согласился лайд. — Я буду ждать.
— Договорились.
Оглядев хильда, Ройг присвоил себе серый плащ с гербом хильдского князя и кованую бляху с символом Агваллара, висевшую на поясе. Видимо, бляха была пропуском в замок. Потом махнул Шауху рукой и крадущейся поступью направился по хорошо знакомым галереям. Стояла гулкая, зловещая тишина, в которой даже его осторожные шаги казались оглушающими. Выйдя из скальной части замка, он убедился в собственной везучести — он вышел в ночь.
На пути ему не попалось ни одного хэльда Окно, и, хотя Ройг знал, где в илломайнском лабиринте их можно отыскать, Белое озеро лежало в стороне, и он не стал тратить время. Окна есть и в замке. Он сориентируется в ситуации на месте.
Хоздвор был в полнейшем беспорядке — бочки, телеги, битая утварь и ломаная мебель были раскиданы по всей его территории. Во дворце тускло светились только верхние окна. На стенах и башнях он сразу же разглядел мерцающие темно-красным светом знаки. По стенам медленно прогуливались часовые, изредка останавливаясь и бросая взгляды наружу, за стену. Неестественная, мертвящая тишина висела над дворцовым двором, изредка нарушаемая шагами караулов да отдаленным звоном оружия.
Тэйн начертил поверх плаща заранее подготовленную цепочку урда. Заклинание рассеивало чужие взгляды и глушило звуки шагов. Убедившись, что его никто не видит, он направился к трехстенной башне, примыкавшей к скале, где можно было подняться на стену. Караульные его не заметили, но при встрече со жрецами надо быть осторожным: они могут увидеть урд и развеять защиту.
К счастью, в башне колдунов не оказалось, только спящие вповалку на дощатом настиле хильды. Ройг осторожно переступил через них и поднялся выше, на открытую площадку третьего этажа башни. Хильды его не волновали — шайолы, вот что главное.
Там, наверху, он сумел оценить масштаб беды. Тусклые темные знаки густой сетью оплетали Западную башню. Стена между ней и скалой была защищена гораздо хуже, в основном — поверху, но и этого было достаточно. Ройг отметил, что и башня, и стена изрядно потрескались, а некоторые зубцы и вовсе разрушены. Шайола-конструкции были и здесь, на трехстенной башне. Чем пристальнее он в них вглядывался, тем более живыми, осязаемыми они становились, ему казалось, что он даже слышит их низкое, грозное гудение.
«Тэйн, — позвала его Данира, — послушай, что я вычитала насчет шайол. Если разбить связки между знаками, они рассыплются. Сами по себе они останутся опасны как неконтролируемая стихийная сила, но смертоносность потеряют. Ты сможешь разрушить их по отдельности, или вовсе бросить как есть. Связка же держится на Огне жизни. Существует два способа — разорвать нить направленным ударом того же Огня, или впитать, втянуть Огонь в себя, как бы поглотить его. Поглощение проще. Это как взять силу Огня у природы. Тебя ведь научили в Ард Элларе»
«Понял, — прошептал он. — Попробую»
Он сконцентрировался на ближайшей шайоле, висевшей на стене башни, чуть выше второго этажа. Под его взглядом она ожила, обрела трехмерность и загудела. Ройг почувствовал вихрь, сгусток сил и с трудом удержал его на расстоянии от себя. Удерживая хрупкое равновесие, он разглядел узлы конструкции, разделившиеся под его пристальным взглядом на отдельные ши-ала. Вот она, прочная нить, держащая их всех вместе и придающая смысл. Он представил свой Огонь в виде меча и ударил,
