зная, что нужно восстановить силы.
– Ты нас всех здорово напугала, Фейт, – сказал Кайлер, приближаясь с другой стороны и усаживаясь на толстое бревно.
Фейт поморщилась.
– Не знаю, что произошло, – призналась она, и по большей части это было правдой. – Думаю, мои способности реагируют на что-то – они усиливаются, когда я злюсь или расстраиваюсь, и мне не всегда удается унять их. Не одной.
– Рейлан, – размышляла Ливия. – Лучше не придумаешь.
Фейт не знала, что фейри имела в виду, но сказала правду. Без него она могла не пережить те вспышки силы, когда способности выходили из-под контроля.
– Я думала, все дело в руине, но теперь не уверена в этом, – добавила она. – Похоже, Ориелис думает, что я смогу управлять руиной, если научусь одновременно контролировать эмоции и силу. Но это бессмысленно, раз мое тело едва выдерживает прилив энергии, независимо от того, использую ли я его или оно управляет мной, – изливала она свое разочарование, потирая лицо руками.
Ливия ласково положила ладонь ей на плечо.
– Ты найдешь ответы. Призови великого Духа Жизни, как только мы вернемся из этого нелепого путешествия, призванного остановить ее злобную сестренку.
Фейт не смогла сдержать смешок, чувствуя, как мрачное настроение потихоньку рассеивается. Ливия улыбнулась, подтверждая, что они с Кайлером не осуждали ее за то, что она сделала или на что была способна. Все, что делало ее существование опасным и необъяснимым.
Рубен шевельнулся на том месте, где ел свою порцию хлеба с сыром.
– Не думаю, что по-настоящему верил тебе, пока не увидел твои проделки за карточным столом, – заметил он с озорной ухмылкой.
Фейт широко улыбнулась в ответ, радуясь, что друг не упомянул о другой отвратительной стороне ее дара.
– Ублюдок получил по заслугам. – Казалось, Кайлер прочитал ее мысли. – Я бы сам его выпотрошил, если бы Рейлан не добрался до него первым, а это привело бы к гораздо большему беспорядку и разрушениям. Ранее, тем утром мы узнали о пользующейся дурной славой банде налетчиков. Его бы все равно поймали и наказали, как только мы сообщили бы об этом королю. Ты избавила нас от многих хлопот.
Это не избавило ее от чувства вины, но Фейт спросила:
– Почему они так обижены на корону? И что ему нужно было от меня?
Кайлер выдохнул?
– Они принадлежат к той немногочисленной группе фейри, которые все еще мнят себя выше людей. И недовольны Агалором, потому что тот привел нас к равенству, хотя так было далеко не всегда. Мы живем долгое время, и некоторым требуются столетия, чтобы принять перемены. Не знаю, как он узнал, что ты там. Мы с Рейланом все утро патрулировали город, разыскивая этих так называемых «Налетчиков». Имя Резара звучало довольно часто. Думаю, он бы использовал тебя, чтобы достучаться до Агалора.
Фейт не могла поверить, что в Райенелле существует такое радикальное движение, до сих пор она видела лишь мирное сожительство видов. Хотя, очевидно, только по глупости и наивности верила, что королевство может быть избавлено от любого зла.
– Он бы меня убил? – осмелилась спросить она.
Лицо Кайлера было мрачным.
– Этого мы никогда не узнаем. Но он был обречен на участь, которую заслужил своими преступлениями. Ты должна знать, что в твоем поступке нет ничего плохого, и жители города будут спать гораздо спокойнее, зная, что банда больше не вернется. Сомневаюсь, что кто-либо из тех жалких трусов вернется туда без своего лидера.
Тьма в ее сердце рассеялась при мысли о том, что люди почувствуют себя в большей безопасности, как намекал Кайлер.
– Люди в гостинице, они назвали имя… Мне кажется, я уже слышала его раньше, – начала Фейт, не в состоянии избавиться от тревожного чувства.
Кайлер ухмыльнулся, ковыряя хлеб.
– Королева Фениксов.
Фейт только кивнула.
– Своими словами ты возродила старую сказку и, вероятно, взбудоражила суеверные умы.
Фейт была озадачена и не стала озвучивать свои сомнения, что слова принадлежали не ей. Она признавала свой поступок, была готова нести его бремя и не позволила бы им поверить, что все это было вызвано мощью, которая говорила через нее как отдельная сущность. Это дало ей силы, но она была в сознании и все понимала.
Ливия небрежно произнесла:
– В самый темный час Унгардии, когда все сгорит и падет, только Королева Фениксов сможет найти Трон из пепла и возродить его.
По телу пробежала дрожь, мышцы напряглись. Кайлер усмехнулся такой реакции.
– Это просто старый детский стишок Райенелла времен огненных птиц. Королевству никогда не грозил упадок.
Глаза Ливии также искрились весельем от мысли, что кто-то может проникнуться этой короткой романтической историей. Затем Фейт поняла, где слышала ее раньше. Она постоянно забывала, что ее мать была дочерью Райенелла. Короткое стихотворение казалось знакомым, поскольку мама много раз читала его, когда Фейт была маленькой, вместе с более длинными рассказами о предполагаемой спасительнице, Королеве Фениксов. В детстве эти истории вызывали благоговейный трепет и удивление, но теперь она почувствовала неловкость. Фейт даже не подозревала, что мама родилась и выросла в Райенелле.
Фейт почти покончила со своей скудной трапезой, когда впереди затрещали ветки. Звук исходил не от костра. Она резко подняла голову в приступе паники, но заметив серебристую копну волос, отражавшую свет костра, тут же успокоилась.
Рейлан по-прежнему выглядел отстраненным и не встретился с ней взглядом, отчего внутри у Фейт образовалась ужасная тяжесть.
– В радиусе полукилометра мы в безопасности от крупных зверей и любых существ, – объявил Изая, падая на ближайший матрас. – По крайней мере, пока.
– Я буду дежурить первым, – объявил Рейлан, ни на кого не глядя, прежде чем уйти и устроиться на ближайшем посту.
У Фейт ком застрял в горле. Причина очевидной отчужденности могла крыться лишь в ней. Только не знала, что именно встревожило его настолько, что он даже не мог смотреть на нее.
После долгого молчания, тихий голос Ливии нарушил тишину.
– Знаешь, он собирался отправить отряд назад, – сказала она.
Фейт повернулась к ней.
– Прошло уже два дня, а ты все еще не пришла в сознание, окончательно, так что он почти повернул обратно в Эллием. Изая и Рубен убедили его продолжить путь, в основном из-за страха, что ты надерешь им задницы. Но если бы ты так и не проснулась, на следующий день он бы точно повернул назад, чтобы не жить одной надеждой и показать тебя целителю. Судя по тому, что я слышала, в Хай-Фэрроу ты призвала гораздо большую силу. Но там, по крайней мере, был целитель, который точно бы поставил тебя на ноги. – Глаза Ливии казались почти белыми
