Читаем без скачивания Живой проект (СИ) - Еремина Дарья Викторовна

LPC

. И на подобных услугах направление Марка зарабатывает серьезные деньги – никто не спорит. Но как ты можешь забывать о людях, которым нужны мощности

LPC

для поддержки приемлемого для жизни уровня здоровья? О людях, уже родившихся больными, о калеках, о заболеваниях, которые лечатся в клиниках бесплатно именно благодаря тому, что кто-то платит за омоложение? Что же до “Живого проекта”, ты сама посвятила ему четыре года жизни! Или твоя многослойная мораль не предполагает свободы клонов?! Рабы навек и под коток? Чтобы таким, как ты обидно не было? О разрушенных жизнях и вознесенных до небес можем поговорить подробнее, Анют. Не это ли цель твоего визита? Анна дернула головой, но промолчала. – Не понимаю, почему ты на дух не переносишь все, к чему я привязан! Хотя... те “необременительные вылазки куда-либо помимо офиса”. Да, Ань, я много времени уделяю холдингу, но завишу от него не больше, чем ты от сети, – Анна вскинула взгляд, но поняла, что это замечание, этот очередной удар ниже пояса был лишь провокацией. Михаил продолжил: – Да, я привязан к

LPI

, привязан к дому, привязан к людям, которых люблю и уважаю. Я не вижу в этом ничего плохого, ничего такого, из-за чего меня можно было бы презирать; ничего такого, из-за чего тебе стоило бы опасаться. Лишив меня этих бесспорно ценных вещей, ты не сделаешь ценнее себя, ты лишь освободишь пространство для чего-то нового, что не замедлит появиться и заполнить мою жизнь. То, что именно так и происходит, ты можешь наблюдать воочию. Мне приятно, что ты хочешь видеть во мне героя, стремящегося сделать мир лучше. Но я вообще не мыслю подобными категориями. Рад, что ты можешь судить что лучше, а что хуже, я вот – не могу и не сужу. Здорово, что ты заступаешься за жизнь, видимо жизнь в твоем понимании нуждается в защите. В моем понимании жизнь – это и есть все, что с нами происходит. А уж, какой краской покрасить события – выбирает смотрящий. Поверь, те чуваки из “Руси”, что оккупировали сейчас “Арктику-1″ искренне считают, что они творят благо. А не могут войти внутрь именно потому, что я в их глаза – неконтролируемый психопат, наверняка способный выполнить озвученные угрозы. И мне кое-чего стоило создать эту репутацию. А кто из нас ближе к целям жизни – покажет лишь время. В действительности мы с ними находимся просто с разных сторон зеркала и то, что для них черное – для меня – белое. И наоборот. Мы с тобой разные, Ань, но я понимаю тебя и твои претензии, и очень надеюсь, что ты сможешь понять меня. Я много хочу и много могу. И я, какого бы мнения не была ваша братия, социальное животное! Ты нужна мне. Я хочу делиться с тобой. Но мне было бы спокойнее с человеком, рядом с которым не придется постоянно оглядываться в ожидании очередной подставы. Личность, уверенная в своей ценности, не опасающаяся за свое место только потому, что мужчина рядом с ней есть нечто большее, чем клерк в банке, – он помолчал, глядя на замершую у трапа девушку, – Я люблю тебя, Анька. Я слишком хорошо помню, как это начиналось. Помню, как ждал, когда же пройдет эта незнакомая, пугающая тяга к чужой женщине, к подключенке, к подчиненной. Ты не подходила мне по всем возможным параметрам. И я сходил с ума, пытаясь уснуть, когда ты ночевала за стенкой. До знакомства с тобой я не знал, что такое скучать. Видит Бог, не совру: до тебя я даже не любил. И сама ты не безразлична ко мне, это очевидно, несмотря на твои извращенные методы коммуникаций со мной. И я сейчас не про сеть, не про твою зависимость. Поверь, меня уже все устраивает. Останься такая, какая есть, мне этого достаточно. Я никогда не потребую от тебя того, что ты не сможешь сделать. – А я? – ее голос дрожал и даже насмешливость, с какой был задан вопрос, не смогла это скрыть. – Что ты? – Вы уверены, что я не потребую от вас того, что вы не сможете сделать? Михаил поднялся. – Я уверен, что ты не потребуешь подобного, если будут иные варианты. – Так нельзя, Михаил Юрьевич! – прошептала она. Дрожащий подбородок выдавал кипевшие внутри слезы. – Вы не должны мне доверять! Я доказала, что мне нельзя верить! С десяток раз точно доказала, что все, что я делаю, направлено вам во зло. – Похоже, у меня нет выхода, – печально улыбнулся он. Анна сделала шаг назад. – Галаксис – просто навар и подлянка. Ваш дом – просто месть. И да, я хотела вас, когда узнала получше, но помучить главу

LPI

доставляло несравненно большее удовольствие! Вы еще многого не знаете. Я получила сполна в компенсацию за то, что вы подвергли опасности меня и мою семью. А вы – за то, что делаете и кем являетесь. За то, что могли бы делать и кем стать. И для меня, и для многих, кого вы высокомерно поделили на правых и левых, заткнули и отправили спать, словно малых детей. Но уже слишком поздно. Я хотела увидеть вас... но больше не хочу. Анна обернулась к трапу, стерла слезы и взглянула на Михаила с широкой улыбкой. – Видите, – она постучала по нашлепке с транквилизаторами на плече, – платить не вам! – Куда ты собралась, – Михаил опомнился и пошел за ней, – зачем ты прилетела? Незнакомое давящее ощущение заставило зажмуриться. Он валил на солнце, но потом все же вспомнил о телепатах. Они стали проводниками бурлящего в Анне океана ярости, решимости и любви. Михаил и подумать не мог, что кто-либо способен чувствовать подобное. Казалось, гигантская раскаленная звезда стремительно сжимается у нее в груди – еще мгновение, и там образуется черная дыра, что поглотит и ее, и его, и весь мир вокруг. Его пошатнуло от этих чувств, нахлынувших инородной, валящей с ног лавиной. Когда он очнулся, Анна уже вернулась в самолет. – Анька, нет... Он рванулся за ней, когда ступеньки поползли вверх. Обнаружив на себе человека, они замерли в полуопущенном состоянии и позволили Михаилу забраться в салон. Анны здесь не было. Джет запустил двигатель. – Куда ты собралась?! – крикнул Михаил, разворачиваясь к рубке. Анна подняла заплаканное лицо и неопределенно махнула рукой: – Дальше... – Одна? – Липа, разрешение на взлет, купол... – всхлипнула девушка, пытаясь унять рыдания. – Пока Михаил на борту, до делегирования полномочий распоряжения принимаются только от него. Настала тишина. Анна вытирала слезы. Михаил наблюдал за ней. – Вам лучше выйти, Михаил Юрьевич. – Господи, я совершенно забыл об этом... – проговорил он глухо, садясь на сидение “второго пилота”, хотя ни приборов, ни рычагов управления для живых “пилотов” в джете предусмотрено не было. – Я же погасил долг бюро из средств “Живого проекта”, а это значит, что вы теперь принадлежите “Руси”... снова. – Это не имеет никакого значения, Михаил Юрьевич. – Значит, есть что-то еще, – продолжил Михаил. – Было... теперь этого нет. Покиньте борт, Михаил Юрьевич. Михаил поднялся, но вместо того, чтобы пройти к выходу, опустился на колени у ее ног. Теперь даже падающие на лицо каштановые волны не мешали видеть ее. “Чего больше нет? – спрашивал его взгляд. – Готовности разменять мою жизнь? А что на другой стороне весов? Жизни твоих родных, твоя собственная жизнь?” – Вика, даю разрешение, открой купол. Анна вскинула взгляд. – Принято, Михаил.

– Петр Сергеевич, только не в моей машине! Петр не слышал и не видел ничего, кроме материализовавшейся в каждой клеточке его существа боли. Даже если бы он мог расцепить зубы, ответу помешала бы тряска. Кроме того, что даже воздушная подушка повторяла уж слишком бугристый ландшафт, его тело окончательно утратило контроль и извивалось в непрогнозируемых, жутких конвульсиях. – Там же ничего нет! Проверьте координаты! Там ничего нет! Ответа не было. – Я могу связаться с офисом! Вас не оставят в беде! Парень, на чье лицо было жалко смотреть, обернулся к пассажиру на заднем сидении. – Только не умирайте! Мы почти... почти доехали! Еще через два часа водитель понял, что ошибался. Посреди степи ржавой металлической коробкой торчало заброшенное строение. – Господи... господи... – водитель выскочил из машины и подбежал к двери. – Господи... здесь же уже давно никто не работает... Матерь божья! Куда я привез вас? – Что тебе надо, мальчик? – послышался удивленный басок из динамика над дверью. Водитель замер, нервно озираясь. – Я работаю в офисе LPC-Казахстан. – Я знаю, кто ты. Что ты тут делаешь? – У меня тут... Петр Сергеевич... Кудасов. В динамике послышался треск. – Ау! Есть там кто? Помявшись, парень отошел от двери и растерянно потер плечи. – Ну, и что дальше? Вернувшись к машине, водитель поморщился и жалобно застонал: – Ну почему я?! Вы еще живы? Живы? Петр Сергеевич? Он не заметил, как открылась дверь, а увидел лишь стремительно подлетающую в прямом смысле слова дородную женщину в белой косынке. Точнее половину женщины – ног у нее не было. – Вы летаете! – опешил парень. – Где он?! – Тут... Водитель помог вытащить Кудасова из Машины и занести в здание. – А теперь уезжай отсюда, мальчик, – подняла женщина на него взгляд, с которым не хотелось спорить. – И забудь, где ты был и что видел. – Хорошо. С ним все будет хорошо? Вы его спасете? – Пошел отсюда! Часть пола тронулась и мгновенно провалилась вниз. Водитель в ужасе смотрел на зияющую под ногами дыру и не мог двинуться с места. Еще через пару мгновений дыру затянули горизонтальные створки. – Липа, что это? – Проследуйте на выход, – посоветовал поисковик. Тем временем Вера бережно уложила длинное и слабое тело Петра на стол и сделала укол. – Ну? Петр сфокусировал взгляд на знакомом лице. Стало легче. – Мэй, передай данные по фильтрам и оборудованию... Вере. – А где же “здрасти”? – усмехнулась женщина, оборачиваясь к стене, стремительно заполняемой информацией. – Сколько ты продержишься? – Не знаю. – Упс... – Вера перевела виноватый взгляд с рабочей стены на Петра. – Что? – Я тебе вколола... кое-что из списка. – Вынь фильтры! Просто вынь их из меня! – Хорошо. Тебя здесь похоронить или Королеву отвезти? – Свяжись с Марком. – Встретимся на той стороне. – Вера... Он поймал ее руку и понял, что это как раз одна из искусственных частей ее тела. – Я хочу жить... как угодно... – Я знаю, Петь. Когда его лицо разгладилось, и можно было приниматься за работу, Вера увидела, как сигнал Михаила стремительно удаляется от станции Песок-2. – Нет, Мишаня! Только не сейчас! Черт, только не сейчас! Марк, у нас проблемы! – Рад тебя видеть, Вера. Что случилось? – На моем столе Кудасов, и если я сейчас не уделю ему время... – Я пришлю специалиста. Он поможет удаленно, а через три часа будет у тебя лично с мобильным набором для Петра. – Подожди! Это не все. Миша в опасности. Прими управление... поймал? – Что это? Ух ты! Изумительно! Что они умеют? – Липа, транслируй трекинг Миши Королева Марку, картинку с любых ближайших камер, включая людей. Читай “Readme”, Марк... – Включая людей? Вера, я чего-то не знаю? – Миша передал полный контроль над