Читаем без скачивания Забавы марионеток (сборник) - Елена Малиновская

– В доме семейства Райен вот-вот обнаружат мое отсутствие, и тогда поднимется переполох, – наконец осмелилась я нарушить затянувшуюся паузу.

– Да-да, конечно, – рассеянно отозвался Вашарий, по всей видимости, занятый мыслями совсем о другом.

На глазах истончались толстые багровые нити блокирующего заклинания, медленно, но верно сходя на нет. Видимо, Вашарий больше не видел нужды в этих чарах. И как только на стене отгорел последний темно-красный всполох – в комнату ворвался Вериаш. Сделал несколько стремительных шагов по направлению к отцу, но затем остановился, не осмелившись нарушить его задумчивость. После чего вопросительно посмотрел на меня, словно спрашивая – ну как все прошло?

Я в ответ лишь пожала плечами. Понятия не имею, какие мысли сейчас блуждают в голове моего могущественного собеседника. Пожалуй, теперь он единственный человек, который знает обо мне и моих приключениях абсолютно все.

– А вы на самом деле желаете вернуться в дом Крагена Райена? – неожиданно спросил Вашарий, по-прежнему не открывая глаз.

– Разве у меня есть какая-либо приемлемая альтернатива? – вопросом на вопрос ответила я. Ресницы Вашария чуть дрогнули, и я нехотя пояснила: – Я не могу вернуться на Хекс. Лучше покончить с собой, нежели попасть в лапы Викория или его помощников. По крайней мере, таким образом я избегу ненужных страданий перед переселением в лучший из миров. А если я останусь на Нерии… Я уже рассказала вам, что Краген был весьма убедителен в своем предупреждении. Если я разобью сердце его сына, то он сделает мою жизнь здесь невыносимой.

Краем глаза я заметила, как по лицу Вериаша пробежала быстрая мрачная тень. По всей видимости, он не одобрял методов Крагена, которыми тот добивался счастья для своих детей.

– Я прекрасно помню все ваши рассуждения по поводу той ситуации, в которую вы угодили, – мягко напомнил мне Вашарий. Наконец-то открыл глаза, но при этом посмотрел почему-то на Вериаша, а не на меня, и прежним спокойным тоном продолжил: – Меня сейчас интересует не то, как вы вынуждены поступить, а то, как хотели бы сделать. Не довлей над вашей головой угроза Крагена – вы бы остались в Микароне? Стали бы женой его сына?

– Нет! – С внезапным глухим отчаянием вырвалось из моего горла. Это прозвучало даже не как крик, а как рычание загнанного в угол зверя, дикого, но непокоренного, который, несмотря на ранения и слабость, ждет только удобного момента для нападения – и рывка на свободу.

– Такого ответа я и ожидал. – Вашарий довольно усмехнулся, по-прежнему не глядя на меня, а с непонятным интересом изучая лицо своего сына. Потянулся и встал с кресла, напоследок обронив загадочное: – Помочь прекрасной даме, попавшей в беду… Что может быть почетнее для мужчины?

– Вы мне поможете? – недоверчиво осведомилась я, не торопясь поверить своему счастью.

– Значит, специалистка по смертельным проклятьям, – задумчиво протянул Вашарий, словно не услышав моего вопроса. – Пожалуй, я смогу найти применение вашим талантам. Только в каком из миров?.. Хекс по вполне понятным причинам отметается сразу, Нерий – тоже. Хотя, пожалуй, в столице вы бы смогли затеряться, но Краген частенько бывает там по делам, а судьба, как говорится, дама с весьма странным чувством юмора, любит устраивать неожиданные встречи в самых неожиданных местах. Лучше не рисковать. Хм-м… Варрий или Даритан?

– Варрий, – вдруг проговорил Вериаш.

Вашарий с нарочитым удивлением вскинул брови, словно не ожидал, что его сын осмелится вмешаться в этот разговор, не имеющий к нему ни малейшего отношения. Но на самом дне его темно-карих глаз затеплилась затаенная усмешка.

– На Варрии и климат лучше, – поспешил объяснить свое вмешательство Вериаш. – И специалистов подобного толка, насколько я понимаю, там почти нет, то есть Доминика явно придется ко двору.

– Насколько я помню, кое-кому в ближайшее время предстоит длительная командировка на Варрий, – перебил сына Вашарий и украдкой подмигнул мне. – Причем командировка с отчетливой перспективой остаться там на несколько лет.

Вериаш внезапно покраснел от, в сущности, невинного замечания отца. Словно мальчишка, пойманный на шалости, он стыдливо опустил голову и принялся расковыривать носком ботинка ковер.

– Впрочем, я не имею ничего против, – после длительной паузы, вдоволь насладившись зрелищем сгорающего от смущения сына, продолжил Вашарий. – Варрий так Варрий. Мне самому он нравится намного больше, чем Даритан. По крайней мере, знакомых у нашей семьи там с избытком. Будет кому за вами приглядеть в первое время и помочь освоиться на новом месте.

Я все еще не верила в происходящее. Неужели мои проблемы так легко и просто разрешатся? Неужели я вырвусь из западни?

– Желаете проститься с друзьями перед отбытием на новое место службы? – по-деловому осведомился Вашарий, глядя на меня сверху вниз. И тут же продолжил, не дожидаясь ответа: – Если честно, не советовал бы. Краген наверняка попытается остановить вас. А я бы не желал ссориться с одним из самых влиятельных семейств Нерия. Нет, вреда он мне причинить не сумеет, но вот Тициону наверняка наябедничает. Не хотелось бы выслушивать долгую и нудную нотацию от его величества о недопустимости подобного поведения.

Сама мысль о возможном тяжелом разговоре со Стефаном донельзя ужаснула меня. Я невольно передернула плечами, представив, как буду мяться в его присутствии, силясь найти слова, чтобы объяснить свое странное поспешное бегство от так называемых радостей семейной жизни. Нет, нет и еще раз нет! Ни за что! Лучше трусливо сбежать, чем успокаивать расстроенного мужчину, который уже готовился назвать меня своей женой, и пытаться убедить его, что проблема не в нем, а во мне.

«Нехорошо, – укоризненно забормотал внутренний голос. – Ты поступаешь очень и очень нехорошо и сама это прекрасно понимаешь. Если ты просто исчезнешь, то Стефан будет обречен на долгие годы мучительных сомнений: жива ли ты, не попала ли в беду. Неведение зачастую хуже смерти. Разве он заслужил подобную участь?»

– Записка! – обрадованно воскликнула я, поймав спасительную мысль за хвост. – Я бы хотела оставить друзьям записку. Ну, чтобы они не волновались обо мне. Это возможно?

– Конечно. – Вашарий благосклонно кивнул. – Обещаю, что передам ее по назначению.

Вериаш уже держал наготове лист бумаги, второпях вырванный из блокнота, и самопишущее перо.

Я не стала разводить долгих рассуждений и пытаться оправдаться. Написала коротко и ясно: «Прости и прощай. Мне было очень хорошо с тобой, но я не готова стать Доминикой Райен, добропорядочной и верной супругой. Надеюсь, ты не будешь держать на меня зла».

После чего сложила лист пополам и отдала его Вашарию.

– Люблю женщин, быстрых на решения, – пробормотал он, пряча его в карман брюк. После чего кивнул сыну и неторопливо направился к выходу. – Ах да. – Уже на самом пороге Вашарий остановился, словно вспомнив что-то важное, и обернулся ко мне. С нажимом произнес, глядя прямо в глаза: – Я запрещаю вам – слышите? – запрещаю кому-либо рассказывать про то, что вы узнали об игроках! Ни слова об этом не должно сорваться с вашего языка, пока я не освобожу вас от необходимости молчать.

– Но… – растерянно пробормотала я, однако тут же резко согнулась, словно получив жестокий и подлый удар под дых. Хорошо, что я все еще сидела, иначе, боюсь, не сумела бы удержаться на ногах. По коже пробежала судорога чужого заклинания. Из-за выступивших на глазах слез я расплывчато увидела, как тугие переплетения силовых нитей впитались в мою кожу, чтобы навсегда остаться там. Да что за магию использует этот странный тип? Почему я никак не могу не только дать отпор, но даже опознать заклинания?! Будто они базируются на совершенно иных принципах мироустройства.

– Отец! – возмущенно вскинулся Вериаш. Подскочил к моему креслу и рухнул перед ним на колени, взял меня за руки, пока я отчаянно пыталась протолкнуть в горящие огнем легкие хотя бы глоток воздуха.

– Надеюсь, завтра, Доминика, вы уже будете на Варрии, – через все усиливающийся звон в ушах с трудом расслышала я. – Вас там встретят.

Я успела услышать, как за мужчиной захлопнулась дверь. Затем удушье еще крепче схватило меня за горло своей костлявой рукой, и я захрипела, всерьез испугавшись, что наступили мои последние секунды жизни. Но пытка почти сразу же прекратилась, и я захлебнулась от избытка воздуха, от жадности сделав слишком глубокий вдох.

– Оригинальный у тебя отец, – с трудом просипела я в перерывах между приступами изнуряющего лающего кашля, пока Вериаш хлопал меня по спине. И только потом сообразила, что первой оставила официальный тон.

– Прости, – пробормотал Вериаш, в свою очередь с легкостью отказавшись от подчеркнуто вежливого обращения. – Он сильно изменился после гибели моей матери. Стал намного жестче и холоднее. Словно отгородился непреодолимой защитой от окружающего мира.