но одновременно оно нуждается в том, чтобы его рассматривали как явление-того-что-является, в непрестанном преодолении… Некая “сила” вселяется в феномен, наделяя его способностью
самопревосхождения, способностью разворачиваться в бесконечный ряд реальных или возможных явлений» (J. Р. Sartre,
Lessere е il nulla, Milano, 1958, р. 11–12).
249
SeC, р. XX.
250
Речь о схватывании, изначальном акте, «изначально конституирующем объект» (Е. Husserl, Idee per ипа fenomenobgia рига, Torino, 1965, 2aed, p. 422).
251
Percy Bridgman, La logica della fisica moderna, Torino, 1965, p. 75.
252
L. Hjelmslev, Essais linguistiques, cit., p. 100–101.
253
«Начальная гипотеза, отметим себе это, ничего не говорит о “природе” изучаемого объекта. Она весьма далека от философских или метафизических глубин вещи-в-себе» (op. cit., р. 22).
254
Bridgman, op. cit., р. 197.
255
Noam Chomsky, De quelques constantes de la theorie linguistique, in Problemes du langage, Paris, 1966. О проблеме языковых универсалий ср. J. Н. Greenberg, ed., Universals of Language, M.I.T., 1963.
256
Основная способность как система порождающих процессов (англ.).
257
Система правил, которая может повторно порождать неопределенно большое число структур (англ.).
258
Ср. Aspects of Theory of Syntax, M.I.T., 1965, cap. 1. Методологическое введение. Хомский H. Аспекты теории синтаксиса. М., 1972.
259
«В настоящее время мы не можем подойти вплотную к построению такой гипотезы о врожденных схемах, которая была бы достаточно обширной, подробной и определенной, чтобы объяснить факт усвоения языка. Следовательно, главной задачей лингвистической теории должно стать развитие представлений о языковых универсалиях, которые, с одной стороны, не будут опровергнуты действительными различиями, существующими между языками, и, с другой стороны, будут достаточно содержательными и эксплицитными, чтобы объяснить быстроту и единообразие процесса овладения языком» (ор ей., р. 27–28; ук. соч., с. 30). «Существование формальных универсалий глубинного уровня в смысле приведенных примеров предполагает, что все языки строятся по одному образцу, но не предполагает, что имеется какое-то взаимнооднозначное соответствие между конкретными языками» (ор ей., р. 30; ук. соч., с. 32).
260
Хомский неоднократно подчеркивает сугубо предположительный характер «генеративного метода, при том что речь идет о гипотезе разума» (ср. ор ей., р. 53). См. также введение к Syntactic Structures (Aja, 1964) и на с. 51 акцент наметодологическом характере генеративистского подхода. В Aspects, cit., р. 163, он настаивает на том, что синтаксическая и семантическая структура естественного языка по сю пору остается «глубокой тайной» и всякая попытка определения их неизбежно должна рассматриваться как временная и ограниченная.
261
Aspects, cit., р. 53.
262
В «Сыром и вареном» Леви-Стросс пишет: «Коль скоро сами мифы базируются на кодах второй степени (коды первой степени составляют язык), эта книга представляет собой код третьей степени, призванный обеспечить взаимную переводимость разных мифов». Другими словами, «по мере продвижения вперед структурного анализа изучаемое мышление все более обнаруживает свое внутреннее единство, связность и исчерпывающий характер. Структуры все более удаляются от начальной конкретности, становятся все более общими и простыми, покрывая все более широкую сферу явлений и тем самым обеспечивая их интеллегибильность» (ит. перевод Andrea Bonomi, Implicazioni filosofiche nell’antropologia di Claude Levi-Strauss, in «Aut Aut», 96–97, 1967).
263
«В сущности, мы занимаемся не чем иным, как разработкой языка, достоинства которого, как и всякого языка, заключаются исключительно в его связности и в том, что с помощью очень небольшого количества правил отдается отчет в очень большом количестве самых разнообразных явлений, в отсутствие недоступной истины факта мы постигаем истину разума» (Похвала антропологии, in Razza estoria, cit., p. 69).
264
Razza е storia, cit., р. 73–74. Процитируем также Мосса «Люди общаются с помощью символов, но они могут располагать этими символами и вступать с их помощью в общение только потому, что у них одни и те же инстинкты».
265
Андреа Бономи в упомянутой статье, представительствуя от имени феноменологии, старается подчеркнуть у Леви-Стросса моменты, несомненно имеющие место: он видит в структурном бессознательном – о чем речь позже – не столько хранилище содержаний, сколько «активное артикулирующее начало», хорошо понимая, что оно-то и гипостазируется под именем бессознательного. На самом деле, у Леви-Стросса оба эти момента то противопоставляются, то смешиваются, в то время как второй очевидно присутствует в текстах, которые мы обсудим в г. 4, имеются и другие пассажи, в которых подчеркивается, что целое, исследуемое структурным анализом (например, мифы), никогда не предстанет завершенным. Il crudo e il cotto, cit., р. 19–21. В г.5.yIII. 1 мы увидим, что Деррида вскрывает это противоречие (см., также ниже Г.3.111.2).
266
La pensee sauvage, Paris, 1962, p. 120. Леви-Стросс К. Неприрученная мысль. В кн. Леви-Стросс К. Первобытное мышление, М., 1994. С. 111–336.
267
Lapensee sauvage, р. 183, ср., также р. 197 и особенно 228.
268
Ibidem, р. 302.
269
Ibidem, р. 344.
270
Леви-Стросс К. Структурная антропология. М., 1985. С. 59–60.
271
Леви-Стросс К. Структурная антропология. М., 1985. С. 67.
272
Там же, с. 83–84. Об изоморфизме см. также Bonomi, art. cit.
273
С. Lévi-Strauss, Il crudo e il cotto, cit., p. 446.
274
Cp.J. Derrida, «La structure, le signe et le jeu dans le discours des sciences humaines», in Lecriture et la difference, cit.
275
Paul Ricoeur, Symboleet temporalite, in «Archivio di filosofia», 1–2, 1963, и Structure et hermeneutique, in «Esprit», № 11, 1963, в част. p. 618. Ответ Леви-Стросса Рикёру в «Сыром и вареном», «Увертюра».
276
С. Levi-Strauss, Introduzione in Marcel Mauss, Teoria generale della magia, Torino, 1965 (фр. изд. 1950).
